Чтение онлайн

Рябинин долго ходил вдоль скалы, скользя пытливым взглядом по земле. Выгоревшая на солнце трава, палые листья деревьев, глыбы гранита — все было покрыто желтой и красной пылью... Рябинин сел на валун и осмотрел подошвы своих болотных сапог — почти во все углубления заводского рисунка набились крупинки реальгара и аурипигмента.

«Нет сомнений в том, что неизвестный, бродивший в ольховнике вблизи скважины № 607, бывал именно здесь, в Волчьей пади... Только зачем он сюда приходил? С какой-то определенной целью или, быть может, забрел просто так?» — тревожно думал капитан.

И вдруг на молодом, еще не успевшем выгореть на солнце мху он увидел четкие следы... Четыре параллельные полосы и три глубоких квадратика! Знакомая «лесенка»! Опять все те же геологические сапоги сорок четвертого размера... А чуть в стороне, тоже на молодом мху, усыпанном слоем желтой и красной пыли, — другие следы, другая обувь: на подметке двадцать две маленьких, в горошину величиной, вмятины, а на месте каблука, по краям его — десять бугорков, образующих как бы подковку. Такой отпечаток дают кирзовые сапоги... Любопытно, черт побери!

Рябинин зарисовал в блокнот следы, складным металлическим метром сделал кое-какие замеры. Он попытался проследить, куда ведут те и другие следы, но из этого ничего не вышло: метров через пять молодой мох кончался, а на упругом ковре из хвои и палых листьев абсолютно ничего не удалось обнаружить, сколько он ни старался. Капитан мысленно выругался и перевел взгляд на густые заросли кедрового стланика, который рос в пяти шагах от скалы... В одном месте были обломаны две ветки, и это заинтересовало контрразведчика. Метр за метром стал он обследовать стланик...

Спустя полчаса, не найдя больше никаких следов, Рябинин хотел было уже закончить осмотр, но в тот же момент нога его провалилась в пустоту. Он чертыхнулся и. вытащив осторожно ногу, заглянул в образовавшуюся дырку... Темно, как в цистерне.

Рябинин поднялся, еще раз посмотрел на круглый проем и начал раскидывать палую хвою и листья. Под листьями оказались ветки кедрача, яма стала шире, и вскоре в лицо капитану дохнуло спертым воздухом подземелья... Он взял в правую руку пистолет и включил карманный фонарик. Опустился в яму (она теперь, после расширения, доходила ему до груди) и направил золотистый сноп света в большое, яйцевидной формы отверстие в белом, ноздреватом известняке...

«Карстовые пустоты... Притом весьма древние...» — определил капитан.

Он пригнулся и полез внутрь... Проход вскоре расширился, и капитан оказался в большой пещере. В ней свободно можно было стоять, она имела длину метров шесть и ширину — метра три. На неровных, ячеистых стенах пещеры рос мох, с потолка, словно сосульки, свисали кремовые известняковые наросты...

Яркий луч фонарика медленно плыл по пещере. Вот он осветил лежащие в углу пустые консервные банки, скомканную пачку «Примы», большую кучу еловых веток... Рябинин шагнул к куче, долго смотрел на нее. Раскидав ветки, увидел коричневый чемодан. Он был закрыт на два замка... Капитан постучал легонько пальцем по крышке чемодана и, достав из внутреннего кармана пиджака универсальную отмычку, открыл замки. Осторожно поднял крышку, тихонько присвистнул... В чемодане было множество любопытных вещей: бесшумный пистолет с удлиненным стволом, две обоймы патронов, три пластиковые мины большой разрушительной силы, сделанные в виде обычных спичечных коробков, — Рябинин уже встречался с такими. Крупномасштабная карта Н-ского района, компас, бинокль, средства тайнописи, полдюжины картонных цилиндриков с неиспользованными микропленками и две толстые пачки советских денег.

Рябинин минут пять изучал содержимое чемодана, ничего не передвигая и ни к чему не прикасаясь руками. Опустил крышку, щелкнул замками и снова засыпал чемодан еловыми ветками.

Еще раз тщательно обследовав пещеру, капитан постоял несколько минут в раздумье. Потом повернулся к выходу и, стараясь не оставлять следов, выбрался наружу. Вытянув шею, осмотрелся по сторонам, прислушиваясь. Тихо. Только ветер чуть слышно бормочет в верхушках деревьев...

Капитан забросал дырку ветками кедрача и посыпал сверху палыми листьями. Вытер маслянистое от пота лицо рукавом и торопливо зашагал домой.

До Волчьей пади Рябинин добирался по левому берегу ручья, а назад пошел — по правому.

«Итак, карстовая пещера — тайник вражеского агента. Того самого, который был возле скважины № 607, — размышлял контрразведчик, крупно вышагивая по гальке. — Агент — назовем его по-старому «Икс» — часто сюда наведывается, подтверждение тому — пустые консервные банки из-под свиной тушенки, кусочки мяса на стенках одной из банок не успели еще испортиться, они совсем свежие... Последний раз «Икс» был здесь, очевидно, сегодня...

Но что это за второй человек — в кирзовых сапогах? Как попал он в Волчью падь? Кто он: сообщник «Икса» или случайный прохожий?..»

Солнце поднималось все выше.

Пройдя еще с километр, Рябинин снял пиджак, бросил его на плечо и зашагал быстрее.

Монотонно журчал ручей, в блестящей, как ртуть, воде дрожали плети ив.

Рябинин поправил ремень ружья на плече и застыл: слева, шагах в десяти от ручья, лежал без движения под елью человек. Руки — широко раскинуты в стороны, правая нога неестественно подогнута. Рядом валялась соломенная шляпа...

Придерживая рукою охотничье ружье, Рябинин подбежал к человеку и узнал... старшего мастера Назарова. Вытянувшееся лицо его было сильно поцарапано, в уголках полуоткрытого рта сургучом запеклась кровь. Застывшие стеклянные глаза неподвижно смотрели в небо...

— Мертв... — вслух подумал капитан, но все же вытащил круглое зеркальце и приложил его к губам Назарова. На стекле не осталось никаких следов.

Капитан поднялся и, скрестив на груди руки, долго смотрел на старшего мастера... На груди у Назарова можно было насчитать четыре ножевые раны: три — в области сердца и одна — чуть пониже. На прорванной материи алыми пятнами застыла кровь.

Цепкий взгляд Рябинина двигался от одной точки к другой, возвращался назад... В перепутавшихся волосах Назарова — хвоя, листья. Очевидно, была борьба... Одет в старенькую штормовку, серые грубые штаны... Дерматиновый патронташ и двустволка лежат тут же: на охоту, по всему, ходил... А на ногах — кирзовые сапоги... Сорок второй размер... Кирзовые сапоги, кирзовые сапоги... Стоп! Так и есть: в углубления на каблуках набились крупинки реальгара и аурипигмента!.. Значит, второй неизвестный, что был в Волчьей пади, — это Назаров. Но что он там делал? Для чего пришел туда? И, наконец, самое главное — кто убил его? Кому он мешал?!