Чтение онлайн

— Ладно, я готов. Включай…

— Ни пуха, ни пера, сэр!

— К чер-…

— …знании… Пульс — сорок семь ударов в минуту…

Голос, ударивший по ушам, принес с собой жуткую боль. Казалось, болело не только тело, но и мозг, и даже мысли. И Донован, оглушенный этим жутким ощущением, чуть было не потерял сознание.

— …кубиков! Немедле-…

Сразу же после этого обрывка разговора боль исчезла. Совсем. И сознание геолога затопило ощущение бесконечного счастья.

Причины счастья он не понимал. Но точно знал, что ему безумно приятно слышать голоса. И страшно хочется открыть глаза, чтобы увидеть тех, кто говорит…

— Состояние стабилизировалось… Он в норме… А что со вторым?

'Второй — это Нил…' — мелькнуло в голове. А сразу же за этой мыслью пришла вторая. О Циклопах, оставшихся в двенадцати часах гипера от Октавии…

— Нил жив? — еле слышно выдохнул он.

— Еще нет… — пошутил тот же голос. — Впрочем, процентов шестьдесят пять за то, что мы его вытащим…

— Шестьдесят пять — это гораздо больше, чем пятьдесят один… — глупо хихикнул Донован и чуть не 'отъехал' в небытие от наступившей слабости.

Сохранить способность думать удалось с большим трудом.

— Вы кто? Где я? — кое-как собравшись с силами, поинтересовался он. — И почему я ничего не вижу?

— Андре Гайдн, лейтенант медицинской службы ВКС. Медблок эсминца 'Варгас'. Система Октавия. Ничего не видите, потому что лежите в регенераторе с непрозрачными стенками…

— Вояки… — угрюмо констатировал геолог. — Оборудование конца прошлого тысячелетия…

— Зато не святой Петр у ворот рая… — жизнерадостно хохотнул врач. — А оборудование у нас очень даже ничего…

Обсуждать сравнительные характеристики лучших и худших регенераторов современности не было ни сил, ни желания. Поэтому Нил набрал в грудь воздуха и потребовал:

— Свяжите меня с командиром корабля. По Красному Коду. И обеспечьте конфиденциальность разговора…

— Хорошо, если нас подберут 'таблетки'… - контролируя демонтаж эволюционника, рассуждал Нил. — Тогда мы сможем договориться: десять килограммов рениита, которые я положу в каждую капсулу — это бешеные деньги даже в эпоху Смуты. За такую сумму любой гражданский плюнет на долг и отправится с нами хоть на край света. Но вероятность такого подбора исчезающе мала: СЭМП обычно работает только на планетах и крупных спутниках. И крайне редко отзывается на сигналы 'SOS', раздавшиеся с задворок системы… Гораздо вероятнее, что нас найдут вояки. Тупых служак и жулья среди них, конечно же, хватает, но, вопреки расхожему мнению, основная масса офицеров достойна уважения. В общем, давать взятку этим — не стоит: будет только хуже. С ними надо по-другому… Как? Сейчас расскажу…

…Командир 'Варгаса' явился в медблок через пару минут. И, выставив вон всех подчиненных, склонился над ванной регенератора:

— Майор Ортан. Тридцать Седьмой флот ВКС Конфедерации. Слушаю…

Вглядевшись в лицо офицера, Нейман не нашел в нем ни гордыни, ни самовлюбленности, ни дуболомства, которыми офицеров наделяли анекдоты — прямой, спокойный и участливый взгляд, четкие, самые обычные мимические морщины и простая прическа без каких-либо претензий на модность или оригинальность.

— Вы меня слышите, сэр? — не дождавшись реакции, спросил майор Ортан.

— Да, сэр! — выдохнул геолог. — У меня сообщение чрезвычайной важности. Но прежде, чем его озвучить, я бы хотел получить подтверждение того, что до конца нашего разговора ни один бит информации не покинет стен этого медблока…

Командир 'Варгаса' подумал… и кивнул:

— Даю слово… Подождите минуту — заблокирую каналы наблюдения и связи…

…Дождавшись, пока офицер закончит все необходимые манипуляции, Донован собрался с мыслями и негромко пробормотал:

— Мы обнаружили Циклопов. В шести световых годах за Рантаилом. Информация о точных координатах системы, количестве кораблей и…

— Циклопы? Здесь?! Вы уверены?!!! — перебил его майор.

— Увы, да… Не перебивайте меня, пожалуйста… Мне не очень легко говорить…

— Простите, сэр! Я вас внимательно слушаю…

…Изложить свои соображения и обрисовать наиболее вероятные перспективы Октавии Доновану удалось минут за десять. Еще столько же он ждал, пока командир эсминца ознакомится с содержимым его комма и примет решение. И молил Бога, чтобы это решение было тем самым. Единственно верным.

Наконец, майор свернул экран локалки и вернулся к ванне регенератора:

— Мда… Задали вы мне задачку, сэр…

— Я? — криво усмехнулся геолог. — Если бы это зависело от меня, я, живой и здоровый, дробил бы астероиды где-нибудь у черта на рогах. В целом и невредимом 'Сизифе'. А Циклопов во Вселенной не было бы вообще…

— Это я так, к слову… Просто оба возможных пути, которые я вижу, ведут в тупик…

— Оба? Мне кажется, что путь у вас всего один… — выделив последнее слово, буркнул Нейман. — Вы присягали не Комиссии Присоединившихся систем, не штабу ВКС, а Человечеству! И ваш долг — сделать все, что можно, для спасения тех, кто построил для вас эти боевые корабли. Там, за стенами вашего эсминца — планета с населением в два с лишним миллиарда… Вы готовы доверить их жизни политикам, умеющим только говорить?

— Нет, но я готов за них умереть…

— Вы имеете право умереть только в одном случае: если ваша смерть СПАСЕТ население планеты. Во всех остальных ваше самопожертвование будет абсолютно бессмысленным… Да черт подери, если не в состоянии думать сами, возьмите пример с Демонов и Шестого Флота: они до сих пор живы. А все те, кто суется к ним с мечом, превращаются в пыль…

Майор Ортан скрипнул зубами. И… улыбнулся:

— Знаете, а ведь вы правы: не надо толковать смысл слова 'Долг'. Надо им жить…