Чтение онлайн

– Это город? – возбужденно спросила девушка. – Город?

Амон кивнул.

О, как жадно она всматривалась! Немудрено, ведь за все эти долгие недели уже стало казаться, что здешний мир состоит только из бесконечного леса и едва видимой дороги, петляющей между деревьев.

Неужели сегодня она сможет лечь на настоящую постель, а не на грубое шерстяное одеяло? Неужели можно будет помыться в бане, а не плескаться, обтираясь немеющими от холода руками, в очередном ручье? Неужели можно будет поесть за столом, а посидеть на настоящем стуле или скамейке? Неужели, неужели, неужели?!

– Хватит подпрыгивать, – одернул нетерпеливо елозящую рабыню хозяин. Иначе спущу на землю, и побежишь, держась за стремя.

Кэсс затихла. Этот может.

Высокие стены из неровных природных камней выросли перед путниками примерно через четверть часа. Девушка с холодком в душе узнала незнакомый город… Именно его она разглядывала на загадочной монетке из сна. Те же стены, те же башни, заостренные крыши, та же стража в воротах… Неужели?

Глубокий ров, преграждающий дорогу незваным гостям, наполняла черная, вяло колышущаяся под ветром вода. Путники миновали опущенный мост и огромные ворота. Двое рослых стражников что-то спросили у ехавшего первым Риэля. Что именно, так и осталось тайной, однако после полученного ответа всю компанию беспрепятственно пропустили.

Конские копыта звонко стучали о неровные булыжники мостовой. Город был тесным, серым, приземистым, но многолюдным. То тут, то там мелькали чьи-то головы, проезжали телеги или верховые. Кэсс крутила головой во все стороны, постоянно оглядывалась и что-то невнятно восклицала, едва удерживаясь от детского желания тыкать пальцем во все, что движется.

Впрочем, ехали они недолго. Весьма скоро Амон направил коня к двухэтажному зданию с коновязью у входа. Коновязь караулил коренастый мужичок средних лет, заросший по самые глаза спутанной бородой. Он перехватил у господ поводья, помог спуститься на землю Кэсс и, опережая гостей на полшага, юркнул вперед, чтобы угодливо распахнуть перед ними дверь.

Кассандра обратила внимание на то, что рядом с этим рабом Шлец будто стал выше ростом, гордо расправил плечи и посмотрел на суетливого прислужника снисходительно. Еще бы! Он-то был хозяйский человек – много поездил, всякого повидал, не чета бестолковой юркой челяди, отродясь не видевшей ничего, кроме постоялого двора и коновязи у входа.

Амон легонько подтолкнул Кэсс к Риэлю, и тот повел девушку по узкой скрипучей лестнице наверх, туда, где располагались комнаты для постояльцев. Там впустил девушку в тесный покойчик и сказал:

– Нам нужно попасть в свои кварды, поэтому до вечера тебе придется побыть одной. Я оставлю с тобой Шлеца, так что ты сможешь даже прогуляться, когда отдохнешь с дороги. Но, – ангел слегка понизил голос и сказал: – в Ад не ходи, ясно?

– Почему? – Кэсс помнила по рассказам юного раба, что в Аду очень весело, и ей было обидно не попасть в такое интересное место. – Почему?

– Потому что это приказ, – ответил подошедший демон. – Ты о чем мечтала? Помыться, расчесаться? Вот мойся и чешись. Потом, как закончишь, поедите внизу, в зале. И все. Гулять только по Вильену и только в сопровождении Шлеца.

– Но почему? – повторила свой вопрос Кэсс, которая с детства ненавидела необоснованные запреты. Ну просто сказка про Синюю Бороду! Вот тебе ключи от всех дверей, но саму маленькую не отпирай… Да как же устоять-то?!

– Ты жить хочешь? – зло спросил Амон.

– Исчерпывающе, – с горечью подытожила собеседница и, не прощаясь, закрыла дверь.

Неразговорчивая грузная служанка помогла девушке принять ванну, если можно назвать ванной деревянную лохань с подстеленной на дно тканиной. Кэсс сначала не поняла, зачем эта тряпка, но когда едва не занозила руку о бортик корыта, быстро смекнула, что к чему. И все же она наслаждалась… Помимо ванной ей удалось получить и заколку – что-то вроде длинной деревянной спицы с несколькими бусинами на конце, а также остро отточенную опасную бритву, которой Кэсс, на удивление своей «камеристки», орудовала, едва ли не урча от счастья.

Намывшись вдоволь и надев чистую одежду, посвежевшая путешественница оглядела себя и впервые за многие дни улыбнулась. Теперь она хотя бы отдаленно похожа на женщину, причем довольно миловидную. К тому времени, как в дверь постучал Шлец, все посторонние, а главным образом негативные мысли уже покинули голову его подопечной.

Прогуляться решили прежде, чем поесть. Кассандра мучительно боялась, что вот-вот стемнеет и ей не удастся толком поглазеть по сторонам. Еда никуда не денется, а вот когда вернутся Амон и Риэль, побродить в безделье точно не позволят.

Увы, радужные ожидания новых впечатлений совершенно себя не оправдали. Вильен был такой же, как та деревушка, в которой девушку едва не казнили. Тот же пепел, те же чумазые, поглощенные работой люди, только дома выше, улицы уже, да еще иногда нет-нет да слышался смех. Город казался серым. Нет, даже не из-за пепла – здесь просто не за что было зацепиться взгляду – некрасивые дома, неказистые стены, разбитая мостовая… Все это надоело уже через пять минут. А вот раб Риэля оказался воодушевлен до крайности.

– Уф, наконец-то дома! – пиная ногами пепел, радовался он. – Что тебе показать?

Они побродили по кривым, залитым нечистотами улочкам, зашли на рынок, но там, едва завидев торговцев, Кэсс схватила юношу за руку и почти силой утащила прочь. Быстро темнело. Увы, фонари в Вильене не зажигали, поэтому приходилось брести в сером сумраке едва не на ощупь.

– Леко, давай вернемся в трактир? – попросила заскучавшая странница, впервые назвав спутника его настоящим именем.

А почему бы и нет? Рядом нет хозяев, которые могли это запретить или сорваться на безобидном парне.

– Я уже проголодалась. Да и спать хочется…

– Не-е-ет! – заупрямился тот. – Я так давно тут не был! Хотя… знаешь, здесь неподалеку есть одно местечко. Там хорошая еда и выпивка есть. Зайдем? Отдохнешь, покушаешь, а потом обратно.

– А зачем? – искренне недоумевала девушка, которой не улыбалось разморенной после сытного ужина куда-то тащиться по темноте.

– Там нет пепла, – загадочно сказал Шлец.

– Ну… ладно.

А вдруг и правда интересное место?

Они шли, петляя какими-то улочками, закоулками, арками, и в конце концов девушка совсем запуталась. Старые дома, заброшенные избушки, какие-то скособочившиеся хижины… Зато потом из очередной подворотни они вынырнули на ярко освещенную улицу. Тут все рябило и сверкало от факелов и масляных ламп. Это место словно горело. Везде шныряли нелюди, люди и даже бездомные собаки. Повсюду слышались восклицания, женский смех, отголоски то ли криков, то ли веселого визга. Одним словом – праздник.