Чтение онлайн

Дорогой это можно было назвать только условно. Скорее, направление. Узкая полоса, покрытая менее густой растительностью.

— А долго ехать? — спросил Влад.

— До завтра, — серьёзно сказал Алекс, — если шагом, но скоро будет ровный участок, пустим лошадей вскачь. К вечеру увидим реку.

Ровный участок действительно им здорово помог, это была не просто старая дорога, а, скорее, какая-то площадь, огромное поле, покрытое чем-то вроде асфальта. То есть, оно им было покрыто когда-то, а теперь сохранились лишь редкие островки, да и те грозила похоронить под собой местная растительность.

Лошади хорошо отдохнули и поели, были бодры и веселы, не чуяли никаких монстров. Их настроение передалось и седокам. Казалось, всё худшее позади, больше они не увидят монстров и благополучно вернутся домой с жирным хабаром. Карлос ведь писал в журнале, что у реки много вкусного, вот и проверят. Прибыль будет огромная, из бездонной мошны торговцев получат по паре тысяч. Может быть, эти неизвестные уже вняли письму и прекратили попытки им помешать? Или просто лучше затаились? А потом выждут подходящий момент и ударят в спину. Но, как говорят японцы, "Самурай, которого ударили в спину, — это плохой самурай", то есть, им надо быть хорошими самураями и спину никому не подставлять.

Журчание воды они услышали к вечеру, когда и люди и кони уже валились от усталости. Последние страдали также от голода, рейд затянулся, овёс теперь приходилось экономить, а жухлая трава — продукт для лошади почти бесполезный.

Спустившись к воде, они отпустили лошадей попить, а сами осмотрелись на местности.

— И? Где обещанные катакомбы? — спросил Алекс, поворачивая голову на триста шестьдесят градусов.

— Спокойно, — осадил его Ник, — Карлос писал о неких Трущобах, много маленьких одноэтажных домиков. Там же и катакомбы. Он двигался строго на юг, возможно, объект выше по течению.

Лошадей мучить больше не стали, по течению вверх прошли пешком, пока, наконец, не вышли к небольшим домам. Это были бетонные одноэтажные домики с плоской крышей и почти без окон. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что они ещё и неправильной формы, в горизонтальном сечении трапеция или параллелограмм, для чего кому-то понадобилось такое строить, было решительно непонятно. Пока непонятно. Для разведки они зашли в один домик в форме ромба со стороной метров десять и огляделись, окон и здесь не было, но света, попадавшего через раскрытую настежь дверь, хватало, чтобы увидеть всё.

В глаза им бросился двигатель, стоявший в дальнем от входа углу, к которому был подключен насос, со сложной системой шлангов, задвижек и клапанов. Рядом был пульт управления, напоминающий компьютерную клавиатуру, только раз в восемь больше и с десятком каких-то датчиков, напоминавших автомобильные спидометры. А шланги от насоса, гофрированные и обычные, тянулись к странному сооружению, напоминающему поставленный на попа стеклянный гроб. Шланги заходили внутрь, там же были предметы, напоминающие автоматический инъектор, один из гофрированных шлангов заканчивался резиновым загубником, как у аквалангиста. А в том месте, где у стоявшего в этом гробу гипотетического человека располагались запястья рук и лодыжки, здесь были кандалы из блестящего металла, надо полагать, закрывались и открывались они автоматически, путём нажатия кнопки на пульте. Надо сказать также, что тот, кто здесь стоял, был существом немаленьким. Даже Алекс, будучи самым высоким из них, ростом под эти кандалы не подходил.

Воображение сразу послушно нарисовало монстра доктора Франкенштейна, который стоит здесь, прикованный за четыре конечности и залитый по макушку питательным раствором, дышит через шланг, а в задницу ему постоянно колют новые мутагены.

— Ты понял, для чего это? — спросил Ник, поворачиваясь к Алексу.

— Любой человек, смотревший или читавший фантастику, всё уже домыслил, происхождение мутантов, в целом, понятно. Их делали здесь, ну, или просто содержали. Меня смущает другое: как давно это было?

Ник внезапно почувствовал себя дураком. Резина, шланги, пластик, да за неполные двести лет, которые, вроде как, насчитывает Катастрофа, это всё рассыплется в прах, да и движок этот, сделанный отнюдь не из суперсплава, должен был рассыпаться от одного чиха. Здесь всё было новым, лаборатория эта, если это лаборатория, заброшена, от силы, лет пять назад, а то и позже.

— Что делаем? Спросил он, на всякий случай положив руку на рукоять револьвера.

— Делаем ноги, — сказал с улыбкой Алекс, — шучу, сначала хабар соберём, а потом уже ноги. Я с лошадьми, а вы вдвоём пошарьте. Может, сам движок возьмём?

— Нет, тяжелый, лошадей жалко, лучше провода посмотреть и конденсаторы. Электрощиты надо найти. Здесь должны быть.

Они отправились на поиски. Классических электрощитов здесь не нашлось, но провода (тоже отлично сохранившиеся, даже в целой обмотке) привели их к некой подстанции, что и как там было устроено, понять они не могли, но вот материалы видели хорошо. Тот же оптоволоконный кабель, теперь уже куда большей длины и намного большего сечения. Получилось два мотка метров по десять, придётся лошадкам напрячься. Выломали также найденный монитор, примерно семнадцать дюймов по диагонали, неизвестно, как он работает, но торговцев точно заинтересует. Короче, седельные сумки и заплечные мешки ломились от намародёренных сокровищ. Конечно, куда больше пользы здешним техникам (и денег ходокам) все эти вещи принесут целыми и в сборе, да только возможности нет всё это туда отнести, вот и приходится, как вандалам, ценную аппаратуру разносить.

Разорение местных закромов закончилось далеко за полночь, прекратили ломать не потому, что темно, масляный фонарь худо-бедно решал проблему, просто некуда было складывать. Лошадям точно придётся туго, а седоки временно станут пешеходами. Примерная сумма, за которую рассчитывали продать полученное, перевалили за пять тысяч, притом, что стоимость некоторых предметов они не знали и считали за ноль. Если у купца не окажется денег, можно напрямую менять на снаряжение, всё же, этот поход, будь он трижды удачный, — всего лишь прелюдия к основному. К походу к водопаду, вниз по реке, за тайной Карлоса. Изменит всю нашу жизнь. Что имел в виду Карлос?

Эйфория от находок схлынула быстро, остались голод, усталость и сильное желание спать. Под лагерь отвели один из домиков, костёр развели прямо на бетонном полу, благо, в здании была отличная вытяжка, вмонтированная в стены. За дровами отправился Влад, ближайшие деревья находились в ста метра от реки. Он вернулся быстро, принёс огромную охапку хвороста, но при этом тревожно заявил:

— Там кто-то есть, — и показал рукой в темноту.

Взяв в одну руку фонарь, а в другую револьвер, Ник отправился проверять, кто именно и где вышел на молодого ходока. Первичный осмотр окрестностей ничего не дал, Влад заявил, что видел тёмную фигуру в зарослях, а теперь её нет. Некоторое время они молча крутились на месте, тщетно всматриваясь в темноту. Свет от фонаря был достаточен, чтобы освещать круг земли радиусом в три метра, за пределами которых был абсолютно бесполезен. Вдруг Влад замер и показал пальцем вправо. Проследив за направлением, Ник тоже разглядел фигуру. Нечто человекоподобное, не обезьяна точно, одет в тёмную одежду, длинный плащ или что-то похожее.