Чтение онлайн

Вот и пришлось туристам-мародёрам срочно зубы отращивать. Тут-то и выяснилось к общему неудовольствию, что прогресс местный очень и очень однобокий. Оружейные технологии развиты хуже некуда. В крупных городках есть дружины — нечто, вроде полиции и охотничьих команд, так на вооружении у них ружья капсюльные. Однозарядные, те, что с дула заряжаются. Порох, естественно, дымный. А уж если винтовка, считай, то же ружьё, только ствол нарезной, то исключительно за большие деньги, и то купить трудно. По слухам, в северных городах всё то же самое, нужды нет в продвинутых стволах. Даже примитивные револьверы почему-то не делают, двуствольный дробовик — вершина местной технической мысли.

В первый год погибли у них семь человек, то есть, точно погибли двое, а остальные просто не вернулись из рейда. Остальных такая судьба товарищей не остановила, наоборот, ещё более бурная работа развернулась, составлялись подробные карты руин, описывались новые дороги, рейды становились всё более далёкими и продолжительными. Особенную ценность представляли описания монстров. Каждый, кто встречал новую тварь, обязан был описать её, где обитает, одиночка или стайный, что ест, чем опасен, зарисовать внешний вид, а в идеале и принести образец, в виде шкуры, головы, клыков, лап. Ну, и название придумать, само собой.

Поскольку все вместе они уже не собирались, то для обмена информацией рейдеры облюбовали небольшой трактир Глубокая Топь в городке Люшен, сразу и харчевня, и постоялый двор, и баня, конюшня, там у хозяина была особая комната, где каждый прибывший из рейда ходок оставлял подробные записи обо всём, чем хотел поделиться с братством. Именно так, братством. Осознав себя спаянным коллективом, противостоящим враждебному миру, они усилили взаимную привязанность. Даже знаки для своих придумали, медальон с двумя шестерёнками, сделанный из того самого сверхпрочного сплава. На заказ металлурги на севере сделали. Теперь и посторонний человек сразу видел, с кем дело имеет (а после этого старался отойти подальше).

А отношение этих самых посторонних за прошедшие годы сильно изменилось, если раньше на ходоков смотрели, как на никчёмных бродяг, с презрением и жалостью, то теперь во взгляде обывателя добавилось уважения и, конечно, страха. Рейдер — человек опасный, он силён и смел, никого и ничего не боится. Кстати, нашлись желающие использовать рейдеров в своих целях. Чудовища с пустошей и просто дикие звери иногда забредали близко к селениям, тогда-то и бежал староста к ближайшему рейдеру, умоляя помочь людям и убить тварь. Брали за свои услуги дорого, но всегда выполняли порученное, опыт, полученный в Пустошах, давал большое преимущество. Случалось и на людей охотиться, разбойники в этом краю — редкость, но за много лет и их приходилось встречать. За их головы ещё больше платили.

Туда, в трактир, и стремился сейчас Ник, понятно, что сегодня уже не дойдёт, до заброшенного дома бы успеть, скоро стемнеет. Ник вздохнул, поправил мешок и пошагал дальше. Тут уже места относительно безопасные, разве что, волков можно встретить, да пока ещё не зима, они в стаи ещё не собрались, так что шансы отбиться есть. Ник не стал размениваться на дорогостоящий примитивный огнестрел, обошёлся арбалетом. Лёгкий, мощный, дальнобойный. Взводится руками, и проблем с боезапасом нет, три десятка болтов не заканчиваются уже несколько лет. А для ближнего боя есть абордажная сабля. Почти прямая, с увесистым клинком и закрывающим кисть эфесом. Можно колоть, рубить и резать. Кузнец её на заказ сделал, а хорошую сталь он сам притащил из рейда. Есть ещё финка и кастет, а на предплечьях стальные наручи, обшитые кожей, тоже сделаны на заказ, лёгкие, не мешают двигаться, и под одеждой не видны. А в беде не раз выручали, прыгнувшему на тебя хищнику самое простое руку поперёк пасти вставить, да только пасть у некоторых тварей такая, что руку отхватит в один укус, вместе с рукавом. Так что наруч для ходока — вещь далеко не лишняя. Слышал он, будто купец привозил какие-то страшно удобные и надёжные пистолеты с нарезным стволом, дорогие, но уж точно стоят отданных денег. Кто-то даже себе купил, но Нику пока такие не попадались, как увидит, обязательно купит.

Скорее бы уже, вечер только начинался, но вокруг уже было темно, плотные тучи не пропускали солнечный свет. Внезапно, цепкий взгляд зацепился за необычный след. Собственно, ничего необычного в нём не было, это был след подкованной лошади, едва видный на жидкой грязи. Часа два назад конный проехал, или три. Но были и странности, след появился вдруг, словно всадник ехал по лесу, а потом вышел на дорогу. Прикинув, Ник решил, что так и было. Да и на дороге след лошади был странный, она, словно пьяная, шла зигзагом. Ранена?

Ник добавил шагу, что-то подсказывало, что впереди его ждёт неприятный сюрприз. Дом должен был показаться из-за ближайшего поворота, там он всё и узнает. Вот и он. Запаха дыма нет, никаких звуков, но следы копыт ведут именно туда, ошибки быть не может.

Арбалет соскользнул с плеча и удобно лёг в руки. Не отводя взгляд от дома, Ник нагнулся, поставил ногу в стремя и двумя руками натянул тетиву. С тихим щелчком она встала на стопор, оперённый болт с трёхгранным наконечником лёг на направляющие.

Тревога нарастала, взгляд зацепился за кровавый отпечаток ладони на полусгнившей ступени, раненый человек практически полз на четвереньках. Заходя за угол, он увидел лошадь, привязанную к столбу, она стояла осёдланной, тихо и недовольно всхрапывала, показывая всем своим видом крайнюю степень недовольства. На боках у неё виднелись глубокие порезы, досталось скотинке от души. Знать бы ещё, кто её так разукрасил?

Тут до него дошло, что и эта лошадь, и седло, и даже сумка ему знакомы. Да и без них можно было догадаться, что мало кто так далеко забирается, если это не его работа. Кто-то из своих, рейдер, он даже догадывался, кто именно.

Уже не осторожничая, он бегом поднялся на второй этаж, дверь запиралась изнутри, но теперь она была распахнута настежь. В просторной тёмной комнате послышался тихий стон. Чтобы не споткнуться в темноте, Ник первым делом подался к камину. Воздав должное предыдущим гостям, оставившим просто гору сухих берёзовых дров, он вынул из кармана жестяной коробок и чиркнул спичкой. Сухие дрова зажглись почти мгновенно, теперь, когда в комнате уже не было так темно, он стал шарить глазами в поисках раненого.

На лежанке, покрытой старым соломенным тюфяком, лежал плотный черноволосый мужчина лет сорока с небольшим, одетый в тёплую клетчатую рубаху. Витые чёрные усы, выделявшиеся даже на фоне недельной щетины, позволили Нику без труда опознать в нём Карлоса. Мексиканец, попавший в этот мир вместе со всеми. Это был один из лучших рейдеров, частенько забиравшийся в совсем уж неведомые дали и всегда возвращавшийся живым и с богатой добычей, каковую, впрочем, быстро спускал в кабаках с друзьями. Но везение не может быть бесконечным, в тусклом свете камина Ник различил глубокие рваные раны на теле, такие же были у лошади.