Чтение онлайн

— Ты же сказал, что он погиб?

— Так и есть. Но другие ведьмаки выжили, и они могут стать моими наставниками. Опять же в Норброде узнаем новости с фронта. Там мощная радиостанция и связь с войском постоянная.

— А–а-а… — протянул Николаев и задал новый вопрос: — Какие у тебя планы?

— Честно говоря, ничего конкретного нет. Осмотреться надо. Структуру свою попробовать сколотить и ты мне в этом поможешь. Разумеется, если захочешь и не струсишь.

— Меня на слабо брать не надо. Пока ты мне платишь и не втягиваешь нас в темные дела, я буду с тобой.

— Это правильно. Верная позиция.

— А как быть с сектантами?

— По возможности, будем их уничтожать. Но не всех подряд, а только верхушку.

— Слушай, Олег, а может, стоит поделиться секретом с госструктурами?

— Нет смысла. Государство про Кромку знает давным–давно и соседний мир Кремль не интересует. Для правителей этот мир скорее обуза и постоянная угроза.

— Почему?

— Сам рассуди. Зачем России или другой стране территории, которые невозможно контролировать?

— Действительно. Но теперь есть человек, который может открывать порталы.

— И что ты предлагаешь? Сдаться ФСБ и служить отмычкой? В таком случае меня лишат свободы и посадят на цепь. А потом я все равно умру, когда-нибудь, и все, что Россия здесь построит, снова будет недоступно.

— Я об этом не подумал, — он нахмурился.

— Зато я сразу сообразил, что в лапы «государевых людей» попадать не стоит. Лучше сдохнуть, чем жить в неволе. Это не по мне.

Он помедлил, обдумал мои слова и сказал:

— Ты не подумай, чего лишнего… Я тебя не сдам…

— Верю. Поэтому и взял тебя на Кромку.

Мы разговаривали долго, до полуночи. Потом выставили на единственной дороге, которая шла вниз, пару растяжек и по очереди подремали.

Наступило утро. Нужно ехать и, сняв гранаты, мы прошлись по окрестностям, нашли неподалеку развалины древнего замка и отправились в Норброд, до которого около восьмидесяти километров. Дорога была не очень хорошая и если бы мы оказались на Кромке весной, осенью или зимой, зависли бы в ближайшей канаве. Но сейчас лето и сухо, а вокруг горы и под колесами щебень с утрамбованным грунтом. Поэтому машина тянула.

Первая остановка произошла через десять километров, в поселке Демидовск, где нас едва не расстрелял патруль преображенцев. На весь анклав десяток автомобилей, они наперечет, и моя была в новинку. Значит, чужак! Атаковать его и остановить! Однако я вовремя почуял угрозу, остановился и вызвал старшего патруля, пожилого сержанта, на разговор. Представился ему, и он меня узнал, оказывается, мы встречались в Ольгинске и Норброде. И, отдав воинское приветствие, он пропустил нас дальше. Кстати, спросил его о новостях, но сержант ничего нового не рассказал. Его группа прикрывала отдаленный поселок и с новостями у них плохо.

Тронулись и поехали дальше. Машина у меня приметная и, возможно, я зря засветился в Преображенском анклаве. Мог бы появиться тихо, в одиночку, пройти за пару–тройку дней путь до Норброда, и никому ничего не объяснять. Однако я решил, что рано или поздно о ключе в моем теле все равно станет известно, а терять время не хотелось. Тем более я вышел в анклаве, где моего учителя и других ведьмаков уважали. Да и вообще, если с кем-то вести дела, лучше всего с преображенцами. Они люди суровые, но честные и с военной косточкой. Если правильно объяснить им ситуацию, можно с ними торговать. Разумеется, втайне от Каменца, Зеленогорья и Алексеевской республики. А ведь можно вообще никому и ничего объяснять. По крайней мере, пока. Кто осмелится спрашивать ученика самого Вадима Рыси, пусть и покойного? А спросят, легенда готова, нашел потеряшку Николаева с машиной. Но это потом. Пока меня никто не дергал и в полдень, проехав мимо Медногорска, с несколькими остановками на преображенских дорожных заставах, мы прибыли в Норброд.

Во время отсутствия Ирика Бородина и ведьмака старшим в поселке был оружейник Ингольф. Его я знал неплохо, косматый здоровяк с длинной бородой, специалист по различным видам вооружения и великолепный стрелок. Он меня, естественно, тоже знал и сразу пригласил в обеденный зал. На Колю, при этом, внимания особого не обратили, и он остался во дворе, вместе с дружинниками. Мой приказ — помалкивать, официальная версия, что Николаев потеряшка, который провалился на Кромку вместе с автомобилем, а я его нашел. Легенда хорошая и подозрений он не вызывал.

Итак, я оказался в обеденном зале, где помимо Ингольфа и меня присутствовали еще четыре человека: библиотекарь Олекса, целитель Митяев, младший ученик Конев и ведун Родослав. Все люди надежные, покойный учитель им доверял, и я поведал собравшимся о нашем походе. Попутно поблагодарил Конева за предупреждение, благодаря которому уцелел. Однако умолчал о том, что являюсь владельцем ключа.

О смерти учителя все присутствующие уже знали, весточка об этом прилетела в поселок еще восемь дней назад. И когда мне задали вопрос, каким образом я так быстро выбрался из лесов и оказался в Преображенском анклаве, пришлось сослаться на покойного ведьмака. Он указал мне короткий путь и это не моя тайна. Ингольф и Митяев поверили, они знали, что есть «короткие пути», телепорты в пределах мира, и были уверены, что Вадим Рысь и другие ведьмаки имели к ним доступ. А вот Олекса, Родослав и Конев сразу поняли, что я ухожу от прямого ответа. Причем ведун и библиотекарь одновременно посмотрели на мои руки, но татуировку–артефакт, прикрытую маскхалатом, конечно, не увидели. А молодой пророк Конев из своих видений знал, что я завладел ключом. Однако они меня не выдали, понимали, что есть информация, которая должна оставаться тайной, и предназначена для узкого круга посвященных.

В общем, пока все прошло неплохо и когда мне перестали задавать вопросы, я сам перешел к расспросам: — Какие новости с фронта?

Все присутствующие моментально потемнели лицом. Понятно, что ничего хорошего в лесах за Тихой не происходит.

— Наша армия почти разбита, — мне ответил Ингольф.

— Но как же так? Ведерскую переправу взяли, а дальше открытая дорога на Барх. Стейкорф погиб, а второй демон, Альчион, был ранен Яросветом.

— Стейкорф погиб и Альчион ослаб, все верно. Но он получил помощь от других демонов и вампиров. Вейц Пиявка кинул своих упырей на Алексеевскую республику. Долгое время сидел тихо, но вдруг показал клыки, почуял нашу слабину. А к Ведерской переправе подошли крупные отряды бесов и дикарей, которых прислали соседи Стейкорфа. Это переломило ход сражения и наша армия отступает. Алексеевцы, узнав о нападении на свой анклав, бросили тяжелое вооружение и бегут к реке, а остальные пятятся и отбиваются. Думаю, через пять–шесть дней основные силы армии подойдут к Тихой напротив Ольгинска. Потери огромные, не менее сорока процентов личного состава.

— А с нашим отрядом что, который на Кирту ходил?

— Уцелела четверть воинов. С ними Ирик, раненный Николаша и Кен Кабарга. Остальные погибли, как и Вадим. Плохо все, хотя основная цель достигнута, демоны не получили древние артефакты. Подвалы хранилища загорелись, и после гибели Вадима произошел обвал. Вряд ли там что-то уцелело.

— И что теперь?

Ингольф пожал плечами:

— Вадима нет, и трудно сказать. Однако я, как временный глава поселка, получил указание Ирика ждать его и нового хозяина поселка. Есть только один старший ученик, Николаша. Он унаследует все имущество Вадима и решит, как мы станем жить.