Чтение онлайн

— Ты должна Засранцу завтрак в качестве компенсации за то, что забыла о нем, так что одевайся, — складывает руки на груди, закрываясь от собеседницы, которая моргает, бросая взгляд то на котенка, то на Дилана, который не настаивает на сказанном, но умеет неплохо давить на людей, так что девушка потирает вспотевшие ладони, кивнув головой, и послушно выходит с кухни, всё ещё в недоразумении направляясь в свою комнату, чтобы переодеться. Она трогает свои волосы, хмуря брови, но оставляет все свои мысли при себе. И так поступает постоянно, просто промолчав.

Дилан выходит с кухни, успев зацепить взглядом ноги Эмили до того, как она скроется за стеной на втором этаже, и вновь прячет одну руку в карман, а другой поправляет козырек бейсболки, с хмурым видом подмечая свою собственную глупость.

Вроде умный парень, но и тот только сейчас задумывается над тем, что Хоуп всё-таки девушка.

***

— И чья это была идея?

Я не могу не улыбаться, знаю, что подобное сейчас ни к месту, да и настроение у моего собеседника не самое лучшее, но просто не в силах заставить себя успокоить мускулы лица, чтобы прекратить выражать светлые эмоции.

Мы сидим на высоком бетонном выступе маяка, который уже давно не светит для моряков, хотя, кто знает. Я не так часто здесь бываю, быть может, во время шторма он горит и даже издает сигналы. Правда, скорее я бы любовалась стихийным бедствием, чем маяком.

Дилан держит котенка, пытаясь съесть свой йогурт, но при этом покормить и своего питомца, который не может усидеть на месте, ведь боится шума воды, а от криков чаек начинает пищать. О’Брайен косо поглядывает на меня, удивляясь моей довольной физиономией, пока я уплетаю свой йогурт с черникой, наслаждаясь соленым ветром и странным спокойствием, но, думаю, для других людей подобное не кажется расслабляющим, ведь вот-вот погода испортится. Так всегда — жара и духота сулят грозу. И теперь меня переполняет еще больше удовольствия.

Этот день должен быть таким.

— Эмили, — Мне правда тяжело. Трудно осознавать, что к тебе кто-то так обращается, но… Думаю, могу смириться. Да. Кажется, мое имя звучит неплохо. Дилан хочет испортить мне настроение своим ворчанием, ведь ему не удается поесть, но я не даю должной ответной реакции и улыбаюсь, повернув голову в его сторону, после чего ставлю свой йогурт на бетонную поверхность рядом и протягиваю руку, забрав у ноющего «папаши» его чада. Дилан купил Засранцу отдельный йогурт… Да, кажется, он его сильно балует.

О’Брайен не мирится с тем, что не ворчу в ответ на его раздражение, поэтому продолжает кушать, бросая на меня косые взгляды, будто говоря, что моя очередь мучиться с дитём в лице рыжего комка шерсти. Но я принимаю такое с улыбкой, даже, несмотря на внутренние противоречия, дарю её парню, который лишь хмыкает в мою сторону, вновь направив свой взгляд на линию темнеющего горизонта.

Я открываю упаковку йогурта, начиная успокаивать котенка, чтобы покормить. К слову, мой завтрак был оплачен Диланом, ведь не смогла даже цента найти, так что теперь я ему дважды должна.

Начинаю кормить Засранца с ложечки, при этом успевая какое-то время дарить свое внимание волнующемуся морю. Кажется, оно всегда было таким. Сколько себя помню, меня окружали дожди, грозы, ураганы и бушующая, полная безумия вода. Эта неблагоприятная погода сопровождает меня. Такое чувство, что весь мир накрыт дождевой пеленой, лишь изредка пропуская тепло.

Хмурюсь, наклонив голову к плечу.

Или, возможно, я сама не хочу видеть «солнце»?

— Что вчера произошло? — один вопрос — и моя улыбка, одно из самых слабых и непостоянных чудес, которое только может проявиться на моем лице, пропадает. Исчезает без следа, оставив лишь необъяснимый отблеск страха в глазах.

Делаю ошибку, повернув голову в сторону парня, который, как убеждаюсь, смотрит на меня, поднося к губам уже сигарету, пока пустой стаканчик из-под йогурта находится между коленками. Начинаю быстро моргать, никогда не умела особо скрывать свои эмоции, так что моя нервозность, как огромный рекламный плакат, который обязана носить с собой. Будто меня можно охарактеризовать одним словом «неуравновешенная» — и всё становится ясно.

Хорошо, что сейчас в моих руках находится Засранец. В такие моменты мне нужно что-то делать руками, и обычно это мои волосы. Я порчу их, дергая и путая, но в данный момент пытаюсь сосредоточиться на котенке, чтобы тот смог спокойно поесть, пока на его мордашку летят капли морской воды. Не поднимаю головы, глаз, даю понять, что не хочу обсуждать это, но, как мне уже удалось понять, Дилан не «не понимает» намеков. Он хуже. Просто игнорирует.

— Я не выспался, — хрипит, зажав сигарету между зубов и начав рыться в карманах в поиске зажигалки. — И мне не охота выводить тебя на диалог, так что не усложняй задачу, — смотрит перед собой, зажигая кончик сигареты, а мне остается глотать дым, от которого начинает щипать в горле. О’Брайен, кажется, замечает, как искажается мое лицо, поэтому высовывает сигарету изо рта, что-то проворчав, и бросает её в воду, отчего мои брови лишь сильнее хмурятся. Перевожу на него взгляд, собираясь на этот раз сокрушить его взглядом, но уже смешно, не так ли? Дилан непринужденно смотрит в ответ, ожидая объяснений, и нервно вертит пальцами зажигалку, пока выпускает из ноздрей остаток дыма. Пытаюсь вдохнуть как следует и дать ответ, внушающий доверия, но моя мозговая активность меня подводит, так что откашливаюсь, вновь опустив взгляд на котенка, который уже свободно, позабыв о море, сует голову в упаковку от йогурта, вылизывая стенки:

— Что именно ты хочешь слышать?

— Версию, — краем глаза вижу, как Дилан немного наклоняет голову, будто старается нарочно заглянуть мне в глаза, правда, обычно он так не поступает.

Усмехаюсь краем рта, качнув головой, и вновь поднимаю голову, но смотрю уже в сторону горизонта:

— Ты ведь не идиот, — шепчу, и мой голос растворяется в природном шуме, вот только со стороны О’Брайена всё равно следует тяжелый вздох. Он явно готов высказаться, но затыкается, когда слышу голос за спиной.

— О’Брайен? — этот тон мне знаком, но не могу понять, кому он принадлежит. Правда из привычки не оборачиваюсь. Обращаются всё равно не ко мне, тем более вдруг мой взгляд может разозлить незнакомца?

— Что ты здесь делаешь? — Дилан поворачивает верхнюю часть тела, сильнее сутулясь, и обращается к тому, кого мне не удастся увидеть, но позволено слышать.

— Не думаю, что тебе будет интересно знать подобное, — нет, его голос точно мне знаком.

— Эмили, это дрыщ, — Дилан кивает в сторону своего знакомого, но я остаюсь неподвижной, так что парень хмурится, но ему приходится вновь взглянуть в сторону незнакомого собеседника, который ворчит: