Чтение онлайн

— Да-да-да, конечно же, — засуетился Серапионыч. — Но расскажите, где вы были, что делали!

— Был в деревне Каменке, а делал то, что нужно было в данный момент, и то, что от меня зависело. — Майор явно не был склонен расписывать свои боевые похождения. — Зато вот без Васятки ничего бы не получилось.

— Да ну что ты, дядя Саня, — смутился Васятка.

— Однако расскажите, Александр Иваныч, удалось ли вам узнать, что это за секретное оружие князя Григория? — нетерпеливо спросил Рыжий.

— Увы, — покачал головой майор, — я его уничтожил, так и не узнав, что это такое и каков принцип действия. Известно только, что неприятель собирался кроме всего прочего использовать боевую авиацию в лице ковров-самолетов. Вот один из них. — Селезень вздохнул. — Последний. Хорошо, Чумичка проинструктировал насчет управления, а иначе бы грохнулись за милую душеньку.

— Вы уничтожили все запасы секретного оружия? — недоверчиво переспросил Дубов.

— Ну, все не все, но то, что было в наличности. Весь обоз, — скромно ответил Селезень и отхлебнул из чашки, куда Серапионыч плеснул малую толику своего эликсира. — Однако же нет никаких гарантий, что это оружие не будет изготовлено в еще больших количествах и что князь Григорий вновь сюда не полезет.

— Да, надо что-то делать, — тяжко вздохнул Рыжий. — Еще неизвестно, чем все кончится на этот раз. Хватит ли у нас сил противостоять его войскам даже без секретного оружия?

— Чувствую, что мне придется здесь задержаться, — заметил майор.

— Правда, дядя Саня, оставайся! — подхватил Васятка. Он с удовольствием прихлебывал ароматный чай, налитый Серапионычем.

— Кстати, Васятка, ведь священник отец Нифонт — из вашего прихода? — вдруг спросил Дубов.

— Да, — кивнул пастушок, — но он поехал в Новую Мангазею разузнать о судьбе своего племянника Евлампия и до сих пор не вернулся.

— Я его там повстречал, — заметил детектив. — И отец Нифонт говорил мне, будто ты высказал какое-то предположение о судьбе Евлампия.

— Да, я ему сказал, что Евлампий, наверное, ввязался в какое-то нехорошее дело и угодил в темницу. Но вообще-то я думаю, что с ним случилось что-то еще худшее.

— И ты оказался прав. — Василий Николаевич отпил чая и закусил куском ржаного каравая. — Евлампий погиб.

— Какой ужас, — прошептал Васятка и перекрестился.

— Но правда и то, что он ввязался в нехорошее дело. Именно Евлампий и был тем, кто убил воеводу Афанасия.

— Вы и это раскрыли? — подивился Рыжий.

— Да. Однако Евлампий был всего лишь исполнителем, которого убрали, как только он сделал свое дело. Собственно техническую подготовку осуществляли другие люди, и в их числе господин Загрязев.

— Так он еще и убийца! — совсем пригорюнился Рыжий. — Вот и верь после этого в людскую порядочность…

— И должен вас огорчить еще больше, — продолжал Дубов. — Отец Нифонт, этот достойнейший и порядочнейший человек, тоже погиб.

— Не может быть! — вскричал Васятка, и на его глазах блеснули слезы.

— Увы, это так, — вздохнул детектив. — Сам того не подозревая, отец Нифонт встал на пути мангазейских заговорщиков, ну и они его просто-напросто уничтожили.

Над верандой повисло невеселое молчание.

— Послушайте, господин Рыжий, — вдруг оборотился Селезень к царь-городскому реформатору, — а я к вам с челобитной. И не совсем обычной.

— Слушаю вас, Александр Иваныч, — несколько удивленно сказал Рыжий.

— Я так понял, что Каменка осталась без священника. И прошу вашей протекции, чтобы меня назначили на место отца Нифонта.

— Я, конечно, постараюсь вам помочь, — еще больше изумился Рыжий, — но почему вдруг священником? Вы могли бы стать одним из воевод или даже главой военного приказа…

— Нет, — решительно покачал головой майор, — если я стану воеводой, то придется принимать участие во всех этих интригах и мелком политиканстве, а мне это надоело. Я еще в Кислоярске понял, что политика — дерьмо, пардон за выражение. А вот практическое дело…

— Да, но почему именно священником? — недоумевал Рыжий.

— Не просто священником, а священником в приграничной Каменке, — уточнил майор. — Там сейчас нужен именно такой человек как я — способный противостоять нечисти не только крестом, но и мечом. В смысле, «Дегтяревым».

— Да, это прекрасная идея, — подумав, согласился Рыжий. — Но пока еще неизвестно, чем кончатся военные действия. Наша дружина настолько неподготовлена и деморализована, что войска князя Григория могут их побить безо всякого тайного оружия…

— Нет-нет, — перебил Селезень, — когда мы летели сюда, то видели, как наши войска гнали князь-григорьевских наемников — за милую душу!

— Правда?! — опять вскочил Рыжий. — Что ж вы молчали… Хоть одна позитивная весть! — И снова погрустнел: — Только куда же все-таки подевались царевна и боярин Андрей?..

— Смотрите, что это?! — вскричал Дубов, указывая на темнеющее небо. Там летело что-то вроде истребителя, выпускавшее огонь из трех реактивных сопел, так что сам объект почти не был виден.

— Малая авиация, — спокойно пожал плечами Серапионыч.

— Что вы, доктор, откуда здесь авиация? — возразил Рыжий.

— Уж не тайное ли это оружие князя Григория? — проницательно заметил Васятка. Тем временем «истребитель», сделав крутой вираж, бухнулся прямо на лужайку, отчего царский терем покачнулся, как при землетрясении. Когда пыль улеглась, обитатели веранды увидели, что рядом с теремом приземлился вовсе не боевой аэроплан, а жуткое трехголовое чудище, на спине у которого виднелся неясный женский силуэт.

— Ба, да это же наши старые приятели — Баба Яга и Змей Горыныч! — перекрывая грохот, радостно сообщил майор Селезень. — Как раз к ужину! Ну, я пошел за «Дегтяревым»…

— Какой еще Змей Горыныч? — встряхнул шевелюрой Рыжий. — Это же антинаучно!

— Весьма интересный экземплярчик, — пробормотал Серапионыч, — надо бы произвести вивисекцию…

— Уж извините, опять маленько промахнулись, — приятным густым басом прогудела правая голова Змея, галантно помогая Бабе Яге спуститься на землю. На ее плече сидел черный кот с громадной книгой в лапах.