Чтение онлайн

Шорох… Тереза, у которой неистово билось сердце, прижалась к стене.

— Ты слышал? — прошептала она, обращаясь к своему спутнику.

Огюстен напрягся, прислушиваясь. Шорох повторился. Он доносился из зарослей у них за спиной. Ночь усиливала любой звук, даже самый тихий, которого днем никто бы не расслышал.

— Ничего страшного, это какое-то животное… — успокоил он ее.

Они, крадучись, шли вдоль стены, стараясь не ступать на опавшие ветви. Впрочем, опасность, что их заметят, была невелика. Жители деревни полагали, будто родильный дом охраняли круглые сутки, как крепость. Но Тереза знала, что ночью охраны вообще не было.

Тереза испытывала чувство, сотканное из страха и восторга. Ее переполняла радость при одной только мысли о неминуемой мести. В течение полугода ее унижали, порицали, презирали. Более того, на нее объявили охоту, как на нечистоплотную, мерзкую воровку из-за этой истории с кофе, которую она никак не могла объяснить. Конечно, как и другие, она иногда лакомилась украдкой. В конце концов, эти девицы, бившие весь день баклуши, не заслуживали всех этих яств, которые им подавали, когда люди в округе умирали с голоду. Но до кофе она никогда даже не дотрагивалась.

Перед глазами Терезы до сих пор стоял образ этой мерзкой главной медсестры, которая в присутствии всего персонала своим визгливым голосом с жутким акцентом орала на нее. Ничего, скоро она раскается. Как и все эти девицы, которые расхаживали с важным видом, демонстрируя ей свое презрение. И тем хуже для их детенышей… В конце концов, это просто гнусные маленькие боши.

Огюстен открыл калитку. Плохо смазанные петли заскрипели. Две тени обменялись взволнованными взглядами.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? Еще не поздно отступить.

— Нет, продолжим, — подбодрила она его.

— Все же я предпочел бы, чтобы ты подождала меня на улице.

— Об этом не может быть и речи, мы так не договаривались. Я хочу вернуться сюда в последний раз.

— Замечательно.

Тереза хотела получить все за свои деньги. Но это так, ради красного словца, поскольку, чтобы добиться помощи Огюстена и заручиться его молчанием, она заплатила своим телом. Два раза. А третий будет тогда, когда он выполнит работу.

Они молча прошли метров двадцать, отделявшие их от здания. После того как Терезу уволили, никто не подумал забрать у нее ключи. Таким образом, у них не было необходимости взламывать замки. Тереза прекрасно ориентировалась и показывала дорогу своему спутнику. Они зашли с заднего хода, через кухню, где она работала еще две недели назад, потом, миновав длинный коридор, попали в гостиную, погруженную во тьму. Неожиданно из темноты вынырнула голова Огюстена, похожая на восковую маску. Он зажег спичку, чтобы сориентироваться в комнате.

— Отойди в сторону, — посоветовал Огюстен. — Надо быть готовыми в любой момент смыться.

Гостиная вновь погрузилась в кромешную тьму. На ощупь молодой человек осторожно открыл бутылку, которую принес с собой. Это был быстро воспламеняющийся раствор на основе уксусной кислоты, который он украл из сарая отца. При слабом лунном свете, просачивающемся сквозь решетчатые ставни, Огюстен смочил раствором льняные шторы. Отойдя на шаг, он зажег спичку, осторожно подошел к окну и едва успел отпрыгнуть назад.

Толстые шторы вспыхнули, как факел. Пламя полностью охватило их. Комнату мгновенно залил золотистый свет. Казалось, все предметы, стоявшие там, ожили.

— А теперь сматываемся, — приказал Огюстен, хватая Терезу за руку.

Они стремительно побежали и обогнули решетку, окружавшую парк. Тереза не смогла удержаться, чтобы не бросить последний взгляд на поместье, зацепилась ногой за корень и упала. Огюстен был уже далеко впереди.

— Черт возьми, ты с ума, что ли, сошла?

Тереза быстро поднялась, но осталась стоять на месте.

— Подожди! — крикнула она. — Я хочу посмотреть…

Прорези в ставнях на первом этаже сверкали, как неопалимая купина. Тереза, прижавшись лицом к решетке, судорожно сжимала ржавые прутья. Зрелище было таким завораживающим, что она не могла отвести взгляд от здания.

— Надо уходить! — заорал Огюстен.

Молчание ночи разорвали крики, похожие на взвизгивания, к которым примешивался звон бьющейся посуды. Возможно, это под воздействием жары лопались оконные стекла.

Когда языки пламени начали вырываться из окон, на губах Терезы появилась улыбка. Она повернулась спиной к зданию и со всех ног помчалась к опушке леса.

Глава 22

«В очередной раз возобновлено дело об убийстве в Суланже

Двенадцатого марта в кладовке, примыкающей к дому, была найдена Николь Браше, безобидная пенсионерка, жившая в коммуне Суланж. Она была убита и привязана к стулу клейкой лентой. Эта трагедия вызвала широкий резонанс в небольшой коммуне Марна и ее окрестностях.

Первое время Отдел по расследованию убийств жандармерии Шалон-ан-Шампань неохотно делился информацией по этому делу. Было известно лишь о том, что предпочтение отдавалось версии об ограблении с применением насилия, закончившимся убийством. Эти кражи с угрозами в частных домах называют “домушничеством”.

Три дня назад дело приняло иной оборот. Были арестованы двое подозреваемых, задержанных после нового ограбления в квартале Эперне (см. наш выпуск от 10 мая). Хотя жандармы установили связь между этим делом и несколькими нападениями на дома, совершенными в районе за последние два года, на настоящий момент ничто не позволяет утверждать, будто они имеют отношение к смерти восьмидесятилетней женщины.

Как заявил капитан Лорини из жандармерии Шалон-ан-Шампань, “обстоятельства смерти мадам Браше отличаются от обстоятельств, при которых совершались налеты на дома в этом районе”. Совокупность деталей наводит на мысль о том, что преступник или преступники хотели натолкнуть полицию на ложный след и ограбление не было главным мотивом нападения.

Расследование приняло новый оборот через несколько дней в связи с запоздалым свидетельством соседей жертвы, которые дали следователям “основополагающую” информацию. Один из свидетелей действительно видел, как в день убийства перед домом мадам Браше стояла белая машина. Капитан Лорини подтвердил, что “в данный момент эксперты проводят проверку и делают всевозможные анализы”. Прокурор Республики также не слишком словоохотлив. Он лишь отмечает, что существует несколько версий у тех, кто расследует преступление, которое сейчас рассматривается как предумышленное убийство, не имеющее прямого отношения к совершенным ранее ограблениям».