Чтение онлайн

— Сигюн, — прошептала я. — Ты — Сигюн, норвежская богиня преданности. Жена Локи. — Я вспомнила кое-что ещё, и мой взгляд метнулся ко второму этажу, где стояла её статуя.

Поэтому твоя статуя в библиотеке казалась такой пустой, когда я, в поисках кинжала Хельхейма, прикоснулась к ней. Потому что ты всё это время находилась в мире смертных, а не… здесь. Где бы там ни было это «здесь».

Сигюн улыбнулась.

— Да, Гвендолин. Ты всё поняла. Я провела столетия в мире смертных, охраняя Пантеон, Протекторат и студентов академии.

— Но зачем?

В её чёрном взгляде отражалась печаль.

— Потому что Локи столетия назад перехитрил меня, чтобы я помогла ему сбежать. Потому что действительно думала, что он сожалеет о том, что организовал убийство Бальдра. Потому что верила, что он действительно изменился и хочет стать хорошим богом вместо того, чтобы подчинять всех своей воли. Если бы я не была такой глупой, то ничего из этого не случилось бы. Можно было бы избежать столько боли и страданий. Столько… потерь.

Она посмотрела на своего бывшего мужа, который всё ещё стоял на коленях на полу библиотеки. — Поэтому я решила посвятить себя задачи исправить все, чтобы, так сказать, компенсировать свои ошибки. И, в конце концов, мне удалось сделать это. С твоей помощью.

Она подошла ко мне и протянула руку. Я поняла, что она просит Вика, поэтому дала ей меч. Сигюн одно мгновение смотрела на лезвие, потом, прежде чем отдать Вика назад, порезала свою ладонь.

Она подошла к Локи и снова посмотрела на него.

— Я сожалею, что дошло до этого, — тихо произнесла Сигюн. — Но ты не оставил мне выбора.

Локи зло уставился на нее, но ничего не сказал. Сигюн вздохнула. Вздох был полон печали, будто она чувствовала зло, причиненное Локи, намного интенсивнее, чем другие. И в некотором смысле так и было. Потом она сжала руку в кулак, пока с ладони не начала капать кровь.

Кап… кап… кап…

Одна за другой капли падали на браслет из омелы, который обхватывал запястье Локи. Он, шипя, втянул в себя воздух, борясь изо всех сил. Но какая-то невидимая сила удерживала его на полу. Ощущение было такое, будто это та же самая старая, неусыпная, всезнающая сила, которую я часто чувствовала вокруг бабушки, когда та получала одно из своих видений. И каким-то образом я знала, что в этом замешана победоносная магия Ники.

В конце концов Сигюн отступила.

— Так, — устало сказала она. — Свершилось. Омела привязана к нему, и он привязан к этому месту навсегда.

— А теперь, — пробормотала Ника, — наш последний шаг, — она помахала рукой. Я заморгала. Локи исчез, пол передо мной был пуст. Я вертелась вокруг себя на месте, пока Ника не положила мне руку на плечо и не указала на галерею на втором этаже. С тех пор, как я начала посещать Миф, в круглом Пантеоне богов всегда находился один пустой пьедестал — свободное место, где должна была стоять статуя Локи.

Но теперь сам бог стоял на том месте.

Ника, Сигюн и я смотрели на него, и только в этот момент я заметила, что мы не одни в библиотеке. Все статуи повернули головы в его сторону, И они больше не были статуями, а настоящими, живыми лицами.

Настоящими богами и богинями.

Моё дыхание перехватило, когда я пыталась смотреть на всех сразу… всех божественных существ, о которых я до сих пор читала только в моей миф истории. Бастет — египетское божество-кошка с её серьёзным, мудрым лицом. Койот — бог-проказник коренных американцев, со своей широкой, хитрой улыбкой.

И сотни других из всех культур мира. Все собрались здесь, чтобы засвидетельствовать события сегодняшнего дня — окончательное поражение Локи и его наказание.

— Мы все согласились с тем, что это должно стать его судьбой, — объяснила Сигюн. — И он сам навлёк её на себя.

Один за другим боги и богини кивнули, выражая таким образом своё согласие с тем, что должно случиться.

— Эйр, — позвала Ника. — Будь так добра.

Из галереи вперёд вышла богиня. Чёрные волосы, зелёные глаза, светлая кожа. Я узнала её, мы встречались в Колорадо — Эйр — скандинавская богиня милосердия и исцеления. Та, что подарила мне серебряные лавровые листья и браслет из омелы. Эйр шагнула вперёд и подняла руки. Из неё вырвалась сила, пронеслась по воздуху и попала в Локи на другой стороне галереи.

Злой бог закричал, и я заметила, что браслет из омелы на его запястье засветился интенсивным серебром. Затем свет распространился. Я наблюдала за тем, как омела пустила побеги. Тонкие ветки выросли из браслета, поднялись вверх и обвили тело Локи. Бог кричал и кричал, но ничего не мог сделать против этой медленной, беспощадной атаки. Ветви быстро расползались по его рукам вверх, прижимая их к телу, потом переходили на грудь и шею. Он попытался поднять лицо, чтобы защитить его от зелени, но ветви обернулись вокруг его головы и склонили её вниз, поглощая всё тело. Спустя какое-то время стихли даже его крики.

В последний раз вспыхнул серебряный свет, светлее и интенсивнее, чем раньше, так что мне пришлось закрыть глаза от ярких лучей. Когда свет потух, и я, в конце концов, смогла снова открыть глаза, стало ясно, что в Пантеон была добавлена ещё одна статуя — Локи.

Его голова была опущена, а глаза сощурены, как будто он злобно смотрит на браслет из омелы на своем запястье, источник всех ветвей, обернувшихся вокруг него. Но он, в отличие от остальных богов и богинь, теперь был из массивного камня, в то время, как другие показывали свою истинную форму. Я устало вздохнула.

Дело сделано. Локи заточён — навсегда.

Глава 31

— Свершилось, — звонко произнесла Ника, будто услышав мои мысли. — Навсегда.

Один за другим боги и богини кивнули, затем шагнули назад и вновь слились со своими каменными изваяниями. Мгновения спустя в библиотеке стояли только Ника, Сигюн, Вик и я.

— Что случилось? — спросила я, уставившись на Пантеон. — Что происходит? Почему они уходят?

— Пришли сумерки богов — Рагнарёк, как это называют некоторые люди. Боги уходят из мира смертных, — объяснила Ника, коротко посмотрев на Сигюн. — С некоторыми известными тебе исключениями, конечно.