Чтение онлайн

– Значит, послышалось?

– Да. Оташ иногда переходит на свой язык, но я делаю вид, что не понимаю.

– Это ведь ваши вещи? – Рейн кивнул в сторону свитков, чернил и тёплой кофты, лежавших на полу.

– Мои.

Арчибальд шагнул к свиткам и нагнулся, чтобы взять один из них.

– Не трогайте! – воскликнул Юрген.

– Почему же? – Рейн поднял свиток. – Как интересно. Особенно интересно то, что я не понимаю ни слова из того, что здесь написано. Да и свиток этот явно очень древний. Откуда он у вас? Не пытайтесь мне врать и говорить, что украли его у шоно. Он лежал открыто, значит, шоно в курсе.

– Это «Ырк Битиг», – тихо сказал Шу. – Я всегда мечтал его прочитать и перевести.

– И вам дал его шоно?

– Да.

– Значит, шоно знает, что вы понимаете язык сарби?

– Да, – ответил Юрген, чувствуя, как язык словно прилипает к нёбу, мешая говорить.

– И давно?

– Нет. Это вышло случайно! – попытался оправдаться Шу.

– Пусть случайно, но как же так вышло, что шоно не убил вас? Не догадаться, что вы шпион, мог только глупец, а шоно не глупец.

– Я смог его убедить, что это не так.

– Это каким же образом?

– Ну, я сказал ему, что изначально я был шпионом, а потом вроде как подружился с ним и не смог больше его обманывать.

– И шоно поверил?

– Да.

– А я вот не верю.

– Но это правда!

– Что правда? – Рейн скривил губы в усмешке. – Что вы сказали шоно? То есть вы предали Нэжвилль? Это правда? Вы предали своего короля. Это государственная измена.

– Нет! – воскликнул Юрген. – Я соврал Оташу, чтобы он не убил меня.

– Почему же вы не пришли ко мне, сразу как это произошло? Почему не поставили меня в известность? Почему я не получаю от вас никакой информации? Вы не сказали мне ровным счётом ничего после вашей поездки с шоно. Какие ещё выводы я должен был сделать?

– Я не знал, как вам сказать.

– Вы? И не знали? Нет, в это я не поверю. Я сегодня же отправлю Олафа в Нэжвилль с письмом для господина первого министра. Там решат, что с вами делать. Его величество милостив, уверен, что он не прикажет вас казнить. Но от тюрьмы вам не скрыться. А вы сейчас пойдёте со мной и будете жить в моём гере, пока не прибудут люди из Нэжвилля. Это приказ.

– Если я не приду сейчас посмотреть на тренировку воинов, Оташ начнёт беспокоиться, – сказал Юрген.

– Пусть беспокоится, – ответил Рейн. – Возьмите ваши вещи и следуйте за мной.

– А если я не пойду?

– Вы подданный его величества. Вы ещё не забыли об этом? Вы хотите окончательно расписаться в вашем признании в госизмене?

– Я не пойду, – тихо сказал Юрген.

– Что ж, я понял, – проговорил Арчибальд. – Я не поведу вас силой. Это ваш выбор.

Рейн ушёл. Шу вдруг понял, что в течение всего разговора с послом он не переставал мыть посуду. Закончив с этим занятием, Юрген на ватных ногах покинул гер и направился к месту тренировки воинов. Увидев его, Оташ подошёл к нему и спросил:

– Что-то случилось? Ты сам не свой.

– Рейн всё знает, – прошептал Юрген.

– Что знает?

– Всё. Он обвиняет меня в госизмене. Он напишет письмо в Нэжвилль. Олаф отвезёт. И за мной приедут.

– Я не отдам тебя, – ответил Оташ.

– Что?

– Пусть приезжают, пусть посылают армию. Армия шоносара больше. Я не отдам тебя.

октябрь-ноябрь 2017

Переход длился уже второй день. Юрген был поражён, увидев, как легко складываются геры. Их помещали на повозки вместе с утварью и прочими вещами. Однако гер Оташа почему-то разбирать не стали. Его водрузили на повозку, запряжённую двумя лошадьми. Оташ ехал впереди вместе с Юргеном. За ними вместе с десятком лучших воинов ехал Сагдай со своей семьёй и Дониром. Вместе с ними переход совершал и Рейн. Шоносар шёл без остановок. Сарби ели, пили и справляли нужду прямо на ходу. Спали на повозках по очереди. Юргену трудно были привыкнуть к такому ритму жизни, но он старался.

Олаф уехал в Нэжвилль ещё за несколько дней до перехода, и, как казалось Юргену, он должен был уже вернуться, ведь шоносар шёл ему навстречу. Рейн, судя по всему, думал о том же самом. По его виду, конечно, трудно было догадаться о его мыслях, но выглядел Арчибальд мрачнее тучи. В какой-то момент он словно не выдержал и подъехал ближе к шоно.

– Вы что-то хотите мне сказать? – спросил Оташ.

– Да, – ответил Рейн. – Признайте, что вы отправили кого-то в погоню за господином Найтли. Он ведь не доставит письмо в Нэжвилль, не так ли?

– Вы смеете подозревать меня в подобном?

– Смею.

– Хотя чему я удивляюсь. Вы же считаете, что я сплю и вижу, как завоевать Нэжвилль.

– А это не так?

– Да что с вас взять, кроме ваших серебряных шахт? В Фейсалии хотя бы земля плодородная есть, а у вас лето короче нашего в два раза. Да и серебро у нас и своё есть. И не только серебро. Не мните о себе лишнего, господин посол.

– Это же неправда, Оташ! – возмутился Юрген, которому было неприятно слышать подобное о своей родине.

– Господин Шу, вы потеряли право защищать Нэжвилль, когда предали своего короля, – проговорил Рейн.

– Наш разговор окончен, господин посол, – сказал Оташ, пришпорив коня.

– Он никого не посылал за Олафом, ясно вам? – проговорил Юрген и бросился догонять шоно.

– Будешь нахваливать Нэжвилль? – усмехнувшись, спросил Оташ.

– Мог бы и извиниться, – пробурчал Шу.

– За что это?

– Нэжвилль прекрасен. Зачем ты тогда отправил туда свою сестру, если там всё так плохо?