Чтение онлайн

Синерпи оказалась голубоглазой пышногрудой красавицей, одетой в длинное льняное платье, вышитое красным узором. На голове девушки был изящный убор, украшенный монетками.

– Ну, здравствуй, великий шоно, – с поклоном проговорила Синерпи.

– Здравствуй, – ответил Оташ. – Зачем пожаловала?

– За братом.

– Твой брат – взрослый мужчина, сам волен решать, где ему быть.

– Он ослушался отца и мать. Они горюют. Разве может хороший сын так поступать?

– Да неправда это! – воскликнул Карсак. – Не нужен я им вовсе!

– Не слушай его, великий шоно, – сказала Синерпи. – Глупый он.

Карсак махнул рукой, развернулся и побежал обратно в Яссу.

– Значит, глупый? – с улыбкой проговорил Оташ.

– Конечно, глупый. Не понимает, что родители ему только добра желают.

– Я не стану держать его силой, но и выгонять его не буду.

– Я очень прошу тебя помочь, великий шоно, – с этими словами Синерпи вдруг обняла Оташа и поцеловала. Сарби опешил. Губы девушки были сладкими, и целовала она умело и страстно. Оташ всё же оттолкнул девушку, но внезапно почувствовал сильную слабость в ногах и понял, что падает. Он хотел удержаться на ногах, но не смог. Всё тело вдруг стало ватным, и в глазах потемнело.

Когда Оташ открыл глаза, было уже темно. Он сел и тут же уронил голову на руки, такой она была тяжёлой. Поднявшись, Оташ размял затёкшие мышцы и поспешил в деревню. Шоно понимал, что Синерпи усыпила его, хотя и не догадывался как. Неужели через поцелуй? Может, она намазала губы сонным зельем, но почему тогда оно не подействовало и на неё тоже? Или же это было что-то другое, чего он не заметил?

Добравшись до дома Драго, первым Оташ увидел Витольда, сидевшего на пороге. Его голова была перевязана.

– Что произошло? – спросил шоно. Витольд вздрогнул. Он поднял глаза на Оташа, и его лицо приобрело крайне драматичное выражение. – Что произошло? – повторил сарби.

– Юргена похитили.

– Как похитили? Кто?

– Мы полагаем, что сивары.

– Вы полагаете? Кто это вы?

– Ну, я. Господин посол тоже.

– Как его похитили?

– Да тут…понимаешь….

– Что ты мямлишь? – Оташ схватил Витольда за грудки и поднял. – Как его похитили?

– Меня ударили по голове, я ничего не знаю.

– Кто ударил?

– Да отпусти ты меня!

– Я спрашиваю. Кто ударил?

– Не знаю я! Я немного задремал.

– Задремал?

– Ну да. Мы сначала с Юргеном разговаривали, а потом я прикорнул немного. Проснулся, потому что вроде кто-то вошёл, а потом бум и всё.

– Где в это время были Драго и Нуца? – Оташ всё-таки отпустил Витольда.

– Нуца у Виорики была, с внуком. Драго встречался с местными, что-то они там о посевах решали. Он меня и нашёл, я без сознания был.

– А где Карсак?

– Не знаю, я его не видел с тех пор, как он с тобой ушёл.

Оташ громко выругался. Витольд поморщился и добавил:

– Мы думали, ты уехал. Не знали, что делать. Господин посол уже хотел отправлять гонца.

– Где он?

– В доме, – Никсон кивнул на дверь.

Проснувшись и увидев рядом Витольда, Юрген отвернулся к стене.

– Я говорил с шоно, – сказал Никсон.

– И что?

– Я переживаю за тебя.

– Заткнись, а!

– Зачем ты грубишь мне? Я старше, и я твой дядя.

– Тогда сказку рассказывай, – вдруг попросил Юрген. Ему не давал покоя его последний разговор с Оташем. И скотине свойственно спотыкаться. Так он говорил?

– Что? – удивился Витольд.

– Сказку рассказывай, чтобы я спал. Как мама.

– Да я не умею…

– А как же ты будешь своему сыну рассказывать? Или дочке?

– Ладно, – пожал плечами Витольд, – я попробую. Жил-был один маленький непослушный мальчик. Мама говорила ему не ходить на соседнюю улицу, но мальчик…

– Я знаю эту сказку, – перебил его Юрген. – Мальчика похитил людоед. Это дурацкая страшилка, которой родители запугивают детей, чтобы те не уходили далеко от дома. Вот только этот мальчик оказался намного умнее людоеда и сбежал от него. Что, другой сказки не знаешь?

– Знаю про девушку, которая укололась веретеном и уснула.

– Ну да, а потом её разбудил поцелуй прекрасного юноши. Знаю, скучно.

– А, по-моему, красиво. И романтично.

– Не получаются у тебя сказки, дядя.

– Флейта с собой у тебя?

– Да, она в сумке.

–Так и думал, – улыбнулся Витольд.

– Неужели хочешь сыграть? – Юрген обернулся.

Витольд молча достал флейту из сумки, сел рядом с племянником и начал играть. Это была колыбельная. Когда-то очень давно такую пела ему мама. Юрген снова отвернулся к стене и закрыл глаза. Он и не догадывался, что Витольд мог знать эту мелодию. Никсон играл нежно и плавно, его музыка убаюкивала. Юрген сам не заметил, как уснул. Его разбудил странный шум, но понять, что происходит, Шу так и не успел – ему зажали рот платком, смоченным в чём-то очень пахучем, и Юрген отключился.

Очнувшись, Юрген обнаружил себя лежавшим поперёк седла со связанными сзади руками. Всё тело жутко ныло, и кружилась голова.

– Эй! – попытался позвать Юрген всадника, но сильно закашлялся.

– Очнулся? – услышал он над собой грубый мужской голос, говоривший на языке сарби.

– Кто вы такой? – хрипло спросил Шу и попытался извернуться, но у него не получилось.

– Моё имя ничего тебе не скажет. Я сивар.

– Что вы сделали с Витольдом?

– Это тот парень, что был с тобой в доме? Я стукнул его голове. Делов-то.

Юрген задрыгал ногами, снова пытаясь повернуться, но сивар ударил его по спине.

– Не рыпайся! – прикрикнул он.

– Хорас, прекрати это! – послышался рядом знакомый мужской голос. Юрген готов был поклясться, что это был Карсак.

– Не указывай мне! – огрызнулся Хорас.

– Карсак? Это ты? – спросил Шу.

– Я, – ответил тот.

– Так ты, что же, с самого начала поехал ради этого? Ты предал нас? Предал шоно?

– Что-то вроде, – ответил Карсак на языке сарби, а затем добавил на языке нортов. – Ты не забывай, что я тактик.