Хозяин
Шрифт:
Темный владыка, будто в забытьи, медленно кивнул.
Вот теперь он понимал, как и за что погиб его сын. Знал, что Талларен все же сумел исполнить задуманное и создал нечто новое, непонятное. То, чего не должно было существовать. Но в то же время он дал своему народу надежду, потому что стоящая напротив женщина была той, у кого хватило бы сил стать настоящей парой любому представителю его рода. При этом он также знал, что она может исполнить свою угрозу. Чувствовал, какой страшной силой наделил ее неразумный сын. Ощущал, что тоже начал поддаваться ее очарованию, и, к собственному стыду, оказался совершенно беззащитен перед маленькой женщиной.
И, что самое ужасное, она тоже об этом знала. А зная, была готова пустить в ход свою чудовищную магию, чтобы больше никто и никогда не совершил злодеяний Талларена илле Л’аэртэ. И чтобы ни один эльф не смел даже задумываться над тем, чтобы повторить начатое им изменение.
Белка удовлетворенно кивнула и отступила на шаг, а потом повысила голос, чтобы теперь ее могли слышать все остальные:
— Надеюсь, вы понимаете, что я не шучу, и лично проследите за тем, чтобы ни одна сволочь не вздумала юлить. Если так, то прекрасно. А теперь медленно повернитесь и посмотрите на тех, кто наведается в ваш лес, если ваш владыка надумает меня обмануть.
Пораженный до глубины души эльф поднял глаза и взглянул на две оскаленные морды, свысока взирающие на одурманенных ее голосом эльфов: хмеры были настолько реалистичными, что просто оторопь брала. У одного зверя шипы на спине были подняты на всю высоту. У второго было попорчено правое ухо, зато зубы оказались чуть ли не вдвое длиннее, а чешуйчатый хвост обнажал еще одно смертоносное оружие — кончик острого, как стальная игла, шипа, которым свирепая хищница с легкостью прошивала даже гномьи доспехи.
Таррэн ошарашенно моргнул, внезапно сообразив, что именно в этих статуях было неправильно. Понял, что где-то уже видел это оборванное ухо и сломанный коготь на передней лапе. Почти вспомнил, отчего у второй статуи в пасти мелькает ненормальный второй ряд зубов и… неверяще обернулся к Мирдаису, чтобы тот сказал, что самолично велел установить этих красавцев в своем саду. Но увидел на лице короля лишь оторопь и первые признаки просыпающегося страха: кажется, Мирдаис только сейчас заметил, что в его саду появилась пара неучтенных памятников. А подметив, как с массивных тел начала стремительно осыпаться белая штукатурка, едва не схватился за голову.
Над дворцовыми садами пронесся безмолвный вопль ужаса, когда внезапно ожившие хмеры с урчанием соскочили с постаментов, после чего оплели гибкими телами Белку и нового члена их маленькой стаи. Грозно приподняли губы, продемонстрировав зубы. Наконец стряхнули с тел остатки порошка, позволившего им так долго оставаться неотличимыми от статуй, и торжествующе взревели.
Гончая довольно улыбнулась, потому что желаемый эффект был достигнут, а Таррэн, отойдя от потрясения, поскреб жесткий затылок одной из хмер.
— Траш, как это понимать? Карраш — ладно, но ты? Малыш, как она сумела отойти от дома?!
— А ты еще не понял? — промурлыкала Гончая, мигом уподобившись кровной сестре. — Рядом с хозяином Проклятого леса она может уйти куда угодно! Теперь ты наша стая, Таррэн, и она черпает силу из твоего источника, как и Карраш, как и любая зверушка. Они твои, друг мой. Полностью твои: и душой, и телом. Даже Лабиринт с его силой и все-все, что там только есть. Понимаешь? — Белка мягко улыбнулась и звонко чмокнула страшную морду мимикра. — Теперь, когда у них есть настоящий вожак, они последуют за тобой хоть в ад, хоть в рай, хоть в новый поход. Не думаю, что после этого тебя можно соблазнить каким-то замшелым троном. Так что гордись оказанной честью, принимай и командуй.
Хмеры согласно рыкнули и грозно взглянули на обомлевших от всего происходящего светлых и темных эльфов, у которых только глаза оставались живыми на разом помертвевших лицах. Гномы вообще предпочли промолчать, и лишь на физиономии Крикуна застыло злое восхищение пополам с непередаваемой досадой на то, что не распознал в статуях живых хмер.
Белка довольно оглядела испуганных ушастиков, чья магия была бессильна против новых подопечных Таррэна, с нескрываемым удовлетворением убедилась, что теперь его не просто не тронут, а даже на расстояние полета стрелы не подойдут. И наконец обернулась к благоверному, которого тоже сумела поразить в самое сердце.
— Да ладно, чего ты всполошился? Мы сюрприз готовили. Каррашик целый вечер старался, переживал… смотри, как у него с мрамором здорово вышло! Как настоящий, правда?
— Да, конечно, — наконец пришел в себя Таррэн. — Значит, он поэтому вчера был белым? Репетировал сегодняшнее выступление? Но Траш… девочка моя, как же ты решилась?!
— Просто она соскучилась, — охотно пояснила Белка. — Потому и рванула следом за нами, а показалась на глаза уже в Интарисе, когда было поздно возвращаться. Даже Каррашик не узнал, пока она не решилась открыться. Ой! А представляешь, какое сейчас лицо у Дядько, если он сообразил, куда она могла деться?!
Эльф невольно улыбнулся и с чувством обнял свою женщину.
— Ты чудо. И Траш с Каррашиком — тоже. Честное слово, я восхищен. Пойдем, малыш, нам действительно здесь нечего делать.
Он развернулся и, не глядя на помертвевшего отца, уверенно направился к выходу. Просто отвернулся от него, как и двести лет назад, и ушел. Но на этот раз он был не один. Свой главный приз в этой жизни он уже получил: Белка была с ним рядом. Траш с Каррашем тоже оказались довольны, Гончие охотно его приняли, а Проклятый лес станет им всем надежной защитой.
Что же касается прошлого, то пусть оно останется на совести владыки, хранителей и всех остальных. А он свое прошлое уже отпустил и больше не хотел к нему возвращаться.
Белка, покосившись на расправившего плечи эльфа, неожиданно улыбнулась.
— Знаешь… не исключено, что скоро наша стая станет больше. На одного малыша или даже на двух… Но мне тут подумалось, что если у Траш родится мальчик, то он непременно должен найти себе пару… впрочем, и девочка тоже. Вряд ли они будут против, тем более что всего через пять лет Карраш наберет полную силу, а у Траш как раз подойдет время для брачного сезона… Кстати, как считаешь, на кого будут похожи наши малыши?