Чтение онлайн

Она улыбнулась и коснулась его щеки рукой.

— Для человека не слишком красноречивого ты высказался просто замечательно.

Уэбб поцеловал ее руку.

— Надеюсь, что ты то же чувствуешь ко мне. Хотя я не так уж много могу предложить тебе…

Она прикрыла его рот ладонью.

— Я люблю тебя, Уэбб, люблю безумно. И не только люблю — я уважаю тебя, доверяю тебе. Поверь, это очень важно для меня.

Он обнял и поцеловал ее. Его поцелуй был крепче, нежнее, нетерпеливее, чем прежде; он вызвал огонь и трепет во всем ее теле, и она ответила со всей страстью, на которую только была способна.

Уэбб раздевал ее, словно богиню, и занимался с ней любовью так, будто она самая настоящая распутница. Она обожала каждый момент этого соединения, наслаждалась разгоравшимся в ней огнем, радовалась словам, которые он произносил, исследуя ртом и языком ее самые интимные места.

Когда он наконец вошел в нее, она пришла в неистовство, с восторгом встречая его движения, и сама двигалась вместе с ним.

Это был рай, это был ад, это была любовь.

Ее затрясло, она закричала и вцепилась в него, чтобы не умереть от взрыва эмоций.

Потом они лежали в объятиях друг друга, ощущая дразнящий запах влажной кожи.

— Я люблю тебя, — прошептал Уэбб. — Никогда не забывай об этом. Никогда.

— И я люблю тебя, — пробормотала она, засыпая.

Сахарная Энн проснулась внезапно. Она была в кровати одна. Вскочив, она выбежала в гостиную как раз в тот момент, когда Уэбб собирался открыть дверь в холл.

— Куда это вы, капитан? Хотели удрать на кладбище без меня?

— Дорогая, это опасно, и…

— Опасно? Я не боюсь покойников и в любом случае способна защитить себя. Ни шагу больше, пока я не оденусь. — Она развернулась и поспешила в спальню, бормоча себе под нос: — Никакая я не упрямая, а просто знаю, чего хочу, и твой лживый язык не удержит меня.

Она приготовила простую английскую блузку и юбку заранее, поэтому оделась очень быстро, после чего понадежнее пришпилила шляпу, взяла свою сумку, в которой среди множества других вещей лежали револьвер и очки, и, схватив зонтик, вернулась в гостиную.

— Я готова.

— Что у тебя в сумке?

— Самое необходимое.

Уэбб выхватил у нее сумку и, открыв ее, вынул револьвер. Его лицо помрачнело.

— Ты не возьмешь оружие.

Она вздернула подбородок.

— Конечно, возьму. Никогда не знаешь, с какими неприятностями можешь столкнуться в такой ситуации.

— Я позабочусь обо всем и не хочу, чтобы пуля снова меня зацепила за задницу.

— Если ты помнишь, то не я в тебя стреляла. Я только прострелила твою шляпу, и, кроме того, в очках я не промахнусь мимо цели.

Уэбб фыркнул:

— Может, это и так, но ты не возьмешь револьвер. — Он положил оружие у своих ног.

Сахарная Энн знала, что лучше не спорить. Более упрямый человек, чем Уэбб, еще не родился на свет.

— Извини меня, пожалуйста, я на минуту — забыла носовой платок. — Она поспешила обратно в спальню и, выдернув ящик комода, подняла стопку платков, из-под которой достала припрятанный пистолет «дерринджер». Его дал ей Джеймс, сказав, что маленький двухзарядный пистолет — самое подходящее оружие для леди. Конечно, она предпочла бы большой пистолет, но на худой конец «дерринджер» тоже пригодится.

Оглянувшись, не наблюдает ли за ней Уэбб, Сахарная Энн подняла юбку и засунула оружие за подвязку, затем довольно улыбнулась, оправила юбку, собрала вещи и пошла к Уэббу.

— Который час? — спросила она, опуская носовой платок в сумку.

— Половина второго ночи.

— Прекрасно. Это значит, что нам пора.

Сахарная Энн страстно желала, чтобы резинка оказалась потуже; когда пистолет скользнул вниз по ноге, она накрыла его рукой, потом попыталась подтянуть повыше и заснуть обратно под подвязку на бедре.

— Черт возьми, прекрати наконец тыкать меня своим зонтиком!

— Я сказала, что ничего не вижу. Почему бы тебе не зажечь фонарь?

— Еще не время; потерпи, пока мы не дойдем до могилы. Лучше дай мне руку.

— Ты, должно быть, наполовину кот, если видишь в темноте, — я так понятия не имею, где мы.

Уэбб пробормотал что-то не слишком для нее лестное, но она пропустила его слова мимо ушей, понимая, что он просто расстроен и переживает за нее. Оружие снова начало скатываться с ноги, поэтому Сахарная Энн быстро отдернула руку и задрала юбку, поправляя пистолет.

Через мгновение Уэбб так резко остановился, что она уткнулась ему в спину и чуть не вскрикнула от неожиданности.

— Ты слышала? — прошептал он.

— Что?

— Кто-то кашлянул…

Они замерли и прислушались, но единственным звуком, который доносился до них, был стрекот ночных насекомых.

— Пойдем, — сказал Уэбб. — Это где-то здесь.

Ей приходилось верить ему на слово. Вместо луны на небе была только крошечная полоска света.

Уэбб остановился и поставил сумку с инструментами на землю.

— Раскрой зонтик, мы загородим им свет.

Сахарная Энн подчинилась, и Уэбб зажег фонарь. Потом он принялся снимать мраморную плиту.

— Ты не поможешь мне? Эта проклятая штуковина ужасно тяжелая.

— Конечно.

Они оттащили плиту подальше от ниши и увидели, что кирпичный сводчатый вход наглухо заложен. Уэбб приставил долото к штукатурке и стукнул молотком; кирпичи треснули и рассыпались.

— Они не скреплены раствором, это лишь одна видимость. — Он наклонился к отверстию. — Поднеси фонарь поближе.