Чтение онлайн

Теперь у него не было сомнений: пламя отклонилось, как будто его тянуло к каменной осыпи.

Это могло значить только одно: там есть движение воздуха, сквозняк! А движение воздуха – это выход, это жизнь!

– Подержите факел! – попросил Старыгин Марию.

Девушка подчинилась без лишних вопросов, и Дмитрий Алексеевич принялся один за другим отгребать от стены камни. Через несколько минут руки его были исцарапаны в кровь, но теперь уже он сам чувствовал дуновение сквозняка.

Еще несколько минут упорной работы – и он вытащил последние камни, за которыми оказалось круглое отверстие уходившего в беспросветную темноту лаза.

Это был не высокий сводчатый коридор вроде тех, по которым они ходили до сих пор, а узкий лаз, наподобие звериной норы, где можно было передвигаться только ползком. Но это был хоть какой-то путь из пещеры, едва не ставшей их могилой.

– Я полезу вперед! – решительно проговорил Старыгин. – Следуйте за мной! Только…

Он подошел к нише, где лежала книга.

– Я не могу оставить ее здесь! – твердо сказал он. – Понимаю, что выгляжу в ваших глазах в лучшем случае расхитителем гробниц, а в худшем – самым банальным музейным вором, но думаю, что эту книгу нельзя здесь бросить. После нас в это место, может быть, уже никто не попадет, и бесценная книга будет навсегда потеряна для человечества. Думаю, наш общий друг Педро не для того направил нас сюда, чтобы мы оставили эту книгу в подземелье.

С этими словами Старыгин положил книгу в свой рюкзак и нагнулся, чтобы влезть в расчищенный от камней туннель.

– Вы уверены, что этот лаз выведет нас наружу? – прошептала Мария, испуганно вглядываясь в сырую темноту.

Старыгин ни в чем не был уверен, но он не мог показать свои сомнения девушке. Главное – не впадать в панику. По крайней мере, они будут куда-то двигаться, а не стоять на месте и с ужасом ждать неотвратимой смерти…

– Уверен, – ответил он твердым голосом. – Вы видите, что пламя факела втягивает сквозняком в этот лаз? Значит, там есть выход наружу! Во всяком случае, это наш единственный путь!

Он и сам понимал, что его слова звучат неубедительно, но вопросов больше не последовало. Старыгин опустился на четвереньки и пополз вперед, выставив перед собой коптящий факел.

В его последних словах была доля правды: пламя факела отклоняло сквозняком в глубокую темноту лаза. Благодаря этому Старыгин не задыхался, дым и копоть уносило вперед. Факел освещал сырые стены лаза, стекавшие по ним капли. Проход явно имел уклон вниз, что очень огорчало Старыгина: вместо того чтобы подниматься к свету и воздуху, они спускались все глубже и глубже в тайные подземелья. Ничего хорошего это не обещало.

Вскоре Старыгин почувствовал, что силы его на исходе. Локти и колени сбились о камни, сердце колотилось от усталости. Он уже не рад был, что полез в эту тесную галерею. В пещере, где они нашли книгу, хотя бы можно было выпрямиться во весь рост, размять мышцы.

Мария ползла сзади, не жалуясь, и Старыгин продолжил движение.

Уклон коридора становился все сильнее. Благодаря этому ползти стало немного легче, но надежда на освобождение стремительно таяла с каждой минутой.

– Вы уверены, что мы выберемся наружу? – раздался позади дрожащий голос девушки.

Старыгин хотел фальшиво-бодрым голосом заверить ее в близости освобождения… но вдруг пол коридора ушел из-под его ног, точнее, из-под локтей, и Дмитрий Алексеевич провалился в пустоту.

К счастью, падение было недолгим. Старыгин выронил факел и откатился в сторону, пытаясь понять, где он находится.

Факел упал в лужу и погас. Старыгин оказался в темноте. По крайней мере, в первое мгновение он ничего не видел вокруг, но вскоре его глаза привыкли к скудному освещению, и он разглядел в высоте над собой какие-то странные, слабо светящиеся пятна.

Через несколько секунд над ним что-то громко зашуршало, зашумело, сверху посыпались комья земли и мелкие камни, а потом рядом упала Мария.

– Вы целы? – проговорил Старыгин, поднимаясь на ноги и отряхивая одежду.

– Скорее да, чем нет, – отозвалась из темноты девушка. – А где это мы? Уже попали в преисподнюю?

– Вы можете шутить – это хороший признак! – ответил Старыгин. – Взгляните-ка наверх. Видите эти светлые пятна? Вам это ничего не напоминает?

Сам он, приглядевшись к странным светящимся пятнам над головой, увидел знакомый узор южных созвездий, и с облегчением понял, что над ним нависает высокий каменный свод, усеянный множеством фигурных отверстий, через которые виднеется звездное небо, прекрасное ночное небо Андалусии.

Значит, хотя наклонный коридор вел их все вниз и вниз, в конце концов они все же выбрались из подземелья.

– Господи! – радостно воскликнула Мария. – Я знаю, где мы! Это Арабские бани!

– Бани? – переспросил ее Старыгин. – Да, помыться бы нам сейчас не помешало!

– Мы выбрались! – Мария подскочила к Старыгину, обхватила его руками и закружила, восклицая: – Выбрались, выбрались, выбрались!

Через минуту она успокоилась и, смутившись своего порыва, отошла от Старыгина. Опустив глаза, тоном скромной девочки-отличницы, отвечающей урок, Мария проговорила:

– Этот свод с фигурными отверстиями – крыша Арабских бань, средневековой мавританской постройки, расположенной в нижней части города, возле Римского моста. Поэтому мы так долго спускались вниз и все же вышли наружу… мы оказались почти на самом дне ущелья, разделяющего город на две части.

– Ну, это не важно! – Старыгин огляделся. – Главное, что мы спасены! А вот и выход из этих бань…

Они подошли к широкому проему в каменной стене, украшенному фигурной аркой, и выбрались из старинной постройки на поросший травой склон оврага. В стороне над ними на фоне ночного неба темнела громада моста.

– Это Старый мост, построенный еще римлянами, – сообщила Мария, карабкаясь вверх по склону. – По нему мы попадем в христианскую часть Ронды и доберемся до моего дома.

Выше по склону, недалеко от моста, трепетали в ночи живые языки пламени, оттуда же доносились печальные звуки гитары и приглушенные голоса.

– Кто это там? – поинтересовался Старыгин, помогая Марии вскарабкаться на крутой уступ.

– Понятия не имею, – девушка пожала плечами. – Впрочем, сейчас мы все узнаем. Тропинка ведет как раз в ту сторону.