Чтение онлайн

— Так тебе и надо! — сердито буркнула я, схватив его. — Из-за тебя жизнями рискуем! Скажи «спасибо», что тут сейчас нет никого.

— Не скажу. Уже есть, — Гринфрог невозмутимо показал лапкой в сторону входа.

Вот и кончилось мимолетное везение. В тронном зале нарисовалась разъяренная госпожа в сопровождении не менее разъяренного верзилы. Мой взгляд заметался в поисках хоть чего-нибудь для самообороны. Ели только схватить вон тот тяжеленный на вид канделябр…

Но вместо гневных воплей и приказов убить на месте, при виде нас госпожа даже остолбенела. Глядя на Гринфрога с чуть ли не благоговением, пролепетала:

— Сереброкрылый… — и тут же заорала на стражника: — Держи дракона! Но чтобы не пострадал!

Видимо, всю магию она растратила на создание купола и пока не восстановилась. Вот только ее верзила мог прихлопнуть меня и голыми руками.

— Не приближайтесь! — не менее громко заорал Гринфрог, явно все еще до глубины души оскорбленный из-за меда. — Или я натравлю на вас это!

И схватив чашу, швырнул ее прямо в голову громиле. Тот на миг застопорился, видимо, липкий мед попал в глаза, уже не говоря о насекомых на лице. Еще живые, они норовили заползти риквестинцу в нос и уши. Меня от такого зрелища аж замутило.

— Что стоишь, остолоп?! — чуть ли не зарычала госпожа, ринувшись вперед. — Это же всего лишь беззащитный маленький дракон!

— У этого дракона есть хранитель! — я с размаху долбанула ее канделябром.

— Так их! Давай! — радостно скакал по полу Гринфрог. — Будут знать, как связываться с самим Гринфрогом Доблестным Победителем!

— Это тебе за Лекса, гадина! — канделябр оказался довольно весомым оружием. — Это тебе за меня! Это тебе за Гринфрога! А это тебе за всех драконов и хранителей!

Пламя от одной еще не погасшей свечи само собой перекинулось на засаленные волосы госпожи. Она заорала и заметалась по залу. Стражник на миг растерялся: то ли нас хватать, то ли ее тушить. Ринулся все же за ней. Да только они как раз были у самого выхода из зала — нам никак не проскользнуть.

— Маринка, скорее! — верещал Гринфрог. — Там, за троном какая-то дверь!

Бросив канделябр, я схватила дракончика. Дверь пряталась за занавесью и, к счастью, оказалась не заперта. Небольшая лестница вела на самую крышу башни. Мы выбрались наверх, едва не навернувшись на покатой поверхности. Гроза бушевала со страшной силой, как и пожар, — мы были в эпицентре этого светопреставления.

Вслед за нами с леденящим душу рычанием на крышу выкарабкалась госпожа. На ее лысой голове багровели ожоги, глаза светились потусторонней злобой. Да и кралась она на четырех конечностях, цепляясь когтями — животного в ее движениях было куда больше, чем человеческого. А мы уже забрались на самый верх, дальше некуда. Как назло, я все-таки поскользнулась и растянулась на крыше. Едва успела одной рукой ухватиться за выступ, а то бы просто съехала вниз.

— Вот и все… — чуть ли не по-змеиному шипела приближающаяся госпожа. — Но прежде, чем сдохнешь, знай, что и любяший тебя вот-вот умрет. Против моего яда ему не найти средства, еще два дня и все, — она хрипло расхохоталась. — Но ты этого уже не увидишь! Отдай мне дракона, и я позволю тебе умереть быстро! Ну а если нет… — гаденькая ухмылка и без слов намекала, какая именно смерть меня тогда ждет.

Она схватила меня за ногу и потянула на себя.

Наверное, раньше я бы просто остолбенела от леденящего ужаса. Все уже улетели, фактически сейчас здесь только я и толпа разъяренных риквестинцев, которые явно не прочь на ком-нибудь сорвать свою ярость. Одна мысль о таком могла вогнать меня в паралич. Раньше. Еще в первые дни в этом мире. Но не теперь.

Второй ногой я с размаху впечатала ботинком ей в лицо. Зарычав, госпожа на какой-то миг отцепилась, и я тут же попыталась встать, едва удерживая перепугано молчащего Гринфрога.

А эта неадекватная вдруг расхохоталась, ее ладони вспыхнули мутно-зеленым. Ну вот, ее магия восстановилась, в то время как я свою не ощущала совершенно. Угрожающе потрескивая, убийственный поток устремился ко мне. Доли мгновений… Мощные лапы схватили меня за плечи, больно раня когтями, и рванули наверх. Внизу раздался полный бессильной ярости вопль. А мой ездовой, так и держа меня лапами, спешно улетал прочь. Но и эта гадина не бездействовала! Над пылающей крепостью начал восстанавливаться купол! Все, лишь бы нас не выпустить!

— Ну все, нам конец, — испуганно пискнул Гринфрог, прижавшись ко мне и закрыв лапками глаза.

Я и сама понимала, что не выбраться. Мой ездовой всегда был самым слабым и медленным из всех. Но сейчас… Он чуть ли не молниеносно успел проскользнуть в закрывающуюся брешь купола!

Мои нервы сдали. Я завсхлипывала. То ли от радости, что вроде бы спаслись. То ли от боли. Не от физической, нет, хотя дракон и держал меня слишком, крепко, чтобы не выронить. Просто… Лекс… Она сказала, что Лекс вот-вот умрет… И нет противоядия… Силы небесные, что же делать…

Дождь лил стеной, сверкали молнии, и от грохота закладывало уши. Порывы шквального ветра швыряли ездового, как пушинку. Он пытался бороться со стихией, унести нас как можно дальше от крепости риквестинцев, но ведь не зря драконы не летают в грозу…

Очередным порывом ветра дракона закрутило и чуть ли не впечатало в одну из скал. Он спешно принялся снижаться — хотя вернее, просто изо всех сил старался замедлить неминуемое падание, чтобы мы все не убились. Во вспышке молнии чуть ниже на склоне показался черный провал входа в пещеру. Последним рывком ездовой таки умудрился юркнуть туда.

Мы все попадали на холодный каменный пол. Видимо, я сильно приложилась головой, перед глазами стремительно стемнело, сознание уже отключалось. И последнее, что я уловила, это как Гринфрог трясет меня за плечо и испуганно зовет.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

О неожиданных открытиях и однозначных выводах

В забытьи я пробыла остаток ночи. Когда открыла глаза, уже светало, и гроза наконец-то прекратилась. Ездовой не спал, просто свернулся вокруг меня, словно стараясь согреть. А вот лежащий на моих коленях Гринфрог пока просыпаться даже не думал, но при одном взгляде на дракончика вся злость за вчерашнюю безответственность пропала. Его лапки были выпачканы в том целебном концентрате, что в свое время взял у целителей для меня Лекс, а я на всякий случай прихватил на вылет с собой. Сам же фиал валялся рядом совершенно пустой. Но при этом концентрат покрывал мои руки и лицо — видимо, Гринфрог нанес на все открытые участки кожи. И вдобавок на лапе ездового красовался свежий шрам, хотя раньше его точно не было. Получается, дракон упал так неудачно, но Гринфрог и его пытался исцелить, и рана вполне затянулась. И пусть лечение мне ничем не помогло, но уже один факт заботы приятно отозвался в сердце. Может, не такой уж мой дракончик и бессовестный эгоист, как иногда казалось.