Хранитель трона
Шрифт:
– Я не понимаю, – прошептал Гартош, – им что, следы от укусов ничего не говорили?
– Возможно не говорили, – ответил Гнивер. – Посмотрите внимательно, ничего не замечаете?
Полковник с сотником присмотрелись, но ничего такого, на что следовало обратить внимание, не заметили.
– Вот здесь на запястьях чуть заметные точки, еще на шее, и вот еще на лодыжках. Следы от укусов зарастают почти полностью и вероятно очень быстро. Скорей всего и от этих к утру мало что останется.
– А что вы здесь делаете? – раздалось от дверей.
В дверях стоял Терес и с любопытством взирал, как друзья рассматривают худые ноги принцессы.
– Смотрим, какое богатство мы тебе доверяем, – мрачно выдавил Гатрош.
– Какое богатство, и почему мне?
– Богатство, это принцесса Лукрен, которую ты будешь охранять до утра, пока она не придет в себя. А почему ты? Кому же мы еще можем доверить такую важную миссию?
Терес долго не находил что ответить на такую откровенную подставу друзей, и только ехидное замечание Алькона, – Смотри, не теряйся здесь, – вывело его из себя. Вслед шутникам полетели проклятья и угрозы, но дверь уже захлопнулась.
Для похода по подземным ходам кретеров, отобрали самых низкорослых. Взяли нужное снаряжение, факелов, и двинулись следами вампиров.
Полковник естественно вызвался идти первым и оспорить это право у него мог только старший брат, Гнивер.
– Первым все-таки пойду я, – сообщил он брату.
Гартош тут же встал в вызывающую позу:
– Это почему?
– Потому, что, судя по размерам ходов, мы можем там и не разминутся.
– Ну и что?
– А то. Если попадется магическая ловушка, кто будет ее обезвреживать, ты что ли?
– Могу и я… А если случится другая опасность, не магическая? Тогда как?
– Ты хочешь сказать, что я не умею владеть оружием, или не сумею справиться с парой тройкой вампиров?
– Нет, конечно, я не это хотел сказать…
– Ну и отлично. На том и порешим. Лучше придумай какую-нибудь очередность для своих бойцов, а то так и будут толпиться и спорить, кто пойдет вперед.
Пока Гартош создавал подобие боевого порядка, Гнивер открыл потайной ход и на четвереньках полез в темноту. Следом нырнул младший брат. Ход был слишком низким, и даже согнувшись в три погибели на двух конечностях было не пройти. Поэтому великие воины и не менее великий маг, передвигались самым незавидным способом – на четвереньках. А в этом, кроме смеха, нашлось много сложностей. Во-первых, как нести оружие? Не у многих была возможность закрепить его на спине, как у Гартоша, поэтому приспосабливались на ходу. Вторую сложность представляли факела – их на спину не прицепишь, приходилось волочь в руках, постоянно натыкаясь на языки пламени. Про едкий дым можно промолчать. Ну и самое главное: долго такого передвижения никто не мог выдержать. Так что о преследовании можно было забыть, хотя бы логово гаденышей найти.
Но к счастью, такой низкий тоннель, почти все время полого спускающийся вниз, тянулся всего шетов сорок, а затем пошел более высокий потолок. Воины выровнялись и зашагали бодрей, даже факела стали гореть ярче. Вскоре их тоннель соединился с более широким, в который вливались все новые ходы.
– На центральную выбрались, – обрадовался Алькон.
И действительно, больше всего это напоминало центральную улицу. Похоже, кретеры здесь обосновались основательно и даже создали целый подземный город. Оставалось только выяснить куда идти. Гнивер колебался недолго и махнул рукой:
– Туда!
И небольшой отряд двинулся вслед за магом. Сейчас оба Оскола шли впереди, благо ширина тоннеля позволяла, и именно Гартош первым услышал голоса – они доносились из одного из боковых ответвлений. Отряд остановился, и даже факела потушили, внезапность сейчас решала все, и особенно важным было захватить пленного. Голоса слышались все отчетливей, хозяевам нечего было бояться и от некого таиться.
Первым из тоннеля вышел весело гогочущий вампирчик с небольшим фонарем в руке, видимо делившийся впечатлениями о прошедшей ночи. Он не сразу заметил замерших людей и почти налетел на них. Кретер даже не пытался бежать, а пораженно застыл. Не дав ему опомнится, Гартош аккуратно отобрал у коротыша фонарь, приподнял за шиворот и отдал Гниверу:
– (Одного хватит?)
– (Лучше парочку.)
– (Как скажешь.)
Став чуть в стороне от выхода из бокового тоннеля, Гартош хватал ничего не подозревающих кретеров, зажимал им рот и передавал по цепочке. Набралось пятеро.
– А ну присвети, – попросил он брата.
Гнивер запустил в тоннель светящийся шар. Как раз чтобы осветить спину улепетывающего кретера. Руки среагировали сами, и в удаляющуюся спину полетел нож. Тихо вскрикнув, вампир с разгону упал на пыльный пол.
– Вот черт! Теперь за ножом топать.
– Зато проверишь, нет ли кого за углом.
– Хватит тебе пленных? – вернувшись и вытирая нож, спросил Гартош.
– Вполне. Если твои орлы не передушат их раньше времени.
– Бедолаг? Ты их назвал бедолагами?
– Да. Ты посмотри на них.
Кретеры действительно представляли из себя жалкое зрелище. Пришло понимание, в какие жуткие руки они попали, и некоторых это повергло в ступор. Хотя парочка и попыталась побороться за свою жизнь. Вскрикнул укушенный за ладонь боец, и в сердцах шлепнул вампира о стену. Тот безвольно сполз на пол. Минус один.
– Аккуратней с пленными! – вскрикнул полковник. – Уж больно они хлипкие.
– Ага, я своего, похоже, тоже придушил.
Один из бойцов приподнял безвольное тельце.
Гартош в сердцах сплюнул:
– Руки тебе поотрывать!
Широкоплечий единорог виновато понурил голову:
– Я его даже не давил, так, держал только.
– Всех вампиров к Гниверу! И понежней с ними, понежней! Как с девушкой.
– А у меня кажись девушка и попалась! – обрадовался Алькон, что-то там нащупав.
Вампирша пискнула и попыталась вырваться, но Алькон аккуратно прижал ее к себе, что вызвало смешки у окружающих. Заулыбался и Гартош:
– Ты подожди ее пользовать, дай сперва Гниверу на допрос.
Алькон хотел было обидеться, но передумал и принял игру.
– После допроса она моя, надо же как-то мстить за выпитую кровь. Так я по своему… А после скормлю своему единорогу.
Кретерша в ужасе запищала:
– Не надо, я больше не буду!
Алькон обрадовался:
– Ты смори, она еще и разговаривает!