Чтение онлайн

— Достаточно. Пауза.

Ну и что в этом обывателе уникального? Да они все такие: говорят одно, хотят другого, делают третье. Истово молятся своим богам и отчаянно грешат, потом каются и снова грешат… Обещают любимым сделать их самыми счастливыми и делают все для того, чтобы они стали самыми несчастными. И лгут, лгут, лгут, чаще всего без всякой на то необходимости. Скучно все это, скучно и пошло…

— Теперь зачитай пару наиболее характерных цитат из работ Кропоткина.

— Работа «Современная наука и анархия», глава десять, второй абзац. Цитата:

— Стоп-стоп-стоп, достаточно! Сотри из своей памяти все статьи о Кропоткине и все его работы!

Терпеть не могу социологию, историю и прочие общественные науки. Любое сообщество обывателей — это огромная стая обезьян, живущая в конечном итоге по законам стаи. И все попытки заставить их жить иначе обречены на провал.

К сожалению, даже самые умные обыватели не в состоянии понять эту простую истину.

Зря я получал эту информацию, только время потерял. Но иначе нельзя. Всякое новое явление в вирте требует выявления его истоков, изучения и осмысления. Про Заратустру тоже нужно будет разузнать — но не сейчас. Вначале Кропоткин.

Я отыскиваю в каталоге «Материалы-7» видеозапись, сделанную Авером, запускаю ее на воспроизведение.

Теперь я смотрю на вирт глазами Аверьяна Никаноровича. Конечно, видео это не вирт-запись, полной иллюзии погружения не дает. Но создание вирт-записи требует слишком много ресурсов, и мы этой возможностью не злоупотребляем. Для оперативной работы вполне достаточно и обычного видео.

На экране появляется гостиная. Она выдержана в старинном стиле — начала прошлого века примерно или даже конца позапрошлого. Светильники, по форме напоминающие подсвечники, вычурная мебель, камин. Возле камина глубокое кресло, в углу — белый кабинетный рояль.

В гостиной собралось человек двадцать. Это те, кто заранее забронировал места. Счетчик в правом верхнем углу экрана показывает, однако, что еще около двухсот виртлян наблюдают за Кропоткиным и его гостями из невидимых лож бельэтажа.

Однако… Такой популярностью могут похвастаться только знаменитые рок-группы и актеры. В вирте насчитывается уже несколько сотен тысяч гостиных. Среднее число присутствующих в виртуале — обычно около десяти миллионов, из них в гостиных толчется тысяч сто-триста, поэтому в среднем на каждую гостиную приходится один человек — ее создатель. И если Кропоткину удалось собрать аж 220 виртлян — это о чем-то говорит.

Аверьян Никанорович молодец, дал панораму публики. Народ разный — от молодых бездельников, транжирящих в вирте отцовские состояния, до умненьких студенток и солидных мужей в пенсне. Впрочем, все это — лишь виртела. Под личиной студенточки может скрываться пятидесятилетняя матрона, слишком поздно расставшаяся с девственностью и пытающаяся наверстать упущенное в вирте, а под личиной бездельника — лесбиянка, желающая как можно полнее ощутить свой утраченный при рождении истинный пол. Не исключено, кстати, что мужчина в пенсне — девица шестнадцати лет, опасающаяся потерять в вирте девственность и посему напялившая хомоскаф.

Хорошо, что обезьян нет или котов в сапогах. До принятия Хартии в вирте можно было встретить и весь зоопарк, и весь бестиарий. Нужно было довести до инфаркта не одного виртлянина, чтобы в Хартию был введен пункт четырнадцать: посещение виртуала разрешено только в виртеле человека.

Наконец все устроились.

Кропоткин вышел не в желтой кофте фата и даже не в шортах, с голой волосатой грудью и грязными волосами до плеч. Почему-то именно таким я представлял анархиста. Нет, напротив — он был в сюртуке, строго соответствующем стилю гостиной, при галстуке и тщательно причесанный. Аверьян Никанорович секунд двадцать не сводил с него взгляда — а значит, и объектива камеры, — и я смог рассмотреть Кропоткина достаточно подробно. Да, его личина явно списана с какого-то буржуя начала прошлого века. Сюртук, золотая цепочка от часов, обильная черная борода, чуть тронутая сединой. Виски тоже седые.

Помнится, оригинал личины, то есть настоящий Кропоткин, был князем? Что ж, вполне соответствует. Такому не нагрубишь, не нахамишь — язык не повернется.

Похоже, над его личиной поработал профессиональный имиджер. А значит, Кропоткин — не чудак, пытающийся в одиночку изменить виртуал к лучшему, а, вполне возможно, агент влияния какой-то мощной группировки.

Молодец Аверьян Никанорович, интересное явление выудил. Что ж, будем наблюдать дальше.

— Здравствуйте. Рад видеть вас у себя в гостях. Располагайтесь поудобнее. Места всем хватило?

Голос у Кропоткина густой, сочный. Имиджер и здесь не оплошал — голос полностью соответствует личине. Нет сомнений — работал профессионал, а услуги профессионала дорого стоят. Хотелось бы знать, кто за всем этим стоит.

— Я хотел бы поговорить с вами о вирте, — продолжает хозяин гостиной. Он не садится в роскошное кресло, но расхаживает туда-сюда перед камином, время от времени потирая руки. — Вам не кажется, что виртуал с каждым годом все более напоминает реал, мир обычный? Более того, все новые поправки, которые готовятся к принятию Конвентом, еще более ограничивают нашу с вами свободу, еще более приближают вирт к реалу. Уже пятый год запрещены свободные полеты, третий год заблокирована возможность иметь личину какой-нибудь знаменитости или звезды, запрещены близнецы, заблокировано это, не разрешается то… Обсуждается даже вопрос о том, что каждый виртлянин должен иметь в вирте свое настоящее лицо и свой собственный возраст!

Гостиная возмущенно гудит.

Действительно, этот вопрос обсуждается. Виртом стало чрезвычайно трудно управлять. Кроме того, очень многие люди, регулярно надевая в виртуале личину другого, начинают страдать раздвоением личности; сумасшедшие дома в реале переполнены несчастными, которые уже не мнят себя Наполеонами и Цезарями — пик этих заболеваний пошел на спад после принятия соответствующей поправки, — но элементарно не осознают ни свой реальный возраст, ни, очень часто, свой реальный пол. И это — при нормальном гормональном балансе. А сколько пожилых мужчин умерли от инфаркта, прикидываясь в вирте Дон Жуанами…