Чтение онлайн

Что же касается территории университетского кампуса, где разворачивалось основное сражение, то его разрушение исцелило великое древо, вызванное моим финальным движением.

Не обошлось и без потерь. К сожалению для пояса, он потерял сразу несколько сильнейших архимагов. В том числе и двух глав семей Воронова и Дроздова. Оба так и не смогли оправиться от ран, нанесённых им проклятым оружием. Не помогло даже моё вмешательство, слишком уж глубоко проникло проклятье в их тела. Хватало и смертей обычных магов, разведчиков и стражи. Остановить сильнейших тёмных практиков оказалось непросто даже архимагам и «Оплотам магии»._

Потеря двух глав Великих семей сильно ударило по всему поясу и спровоцировало кризис в совете. Мало того что после уничтожения предателей там и так было всё шатко и непросто, а сейчас и вовсе пошло в разнос. Старые союзы рассыпались, новые создавались. Никто не знал, как действовать в подобных условиях. Те же Заславские потеряли на некоторое сильнейшего своего союзника. Пока новый глава примет управление семьёй, пока войдёт в курс дела — этой займёт дело. К тому же внутри самих семей Дроздовых и Вороновых обострилось противостояние тех, кто претендовал на роль глав.

Но даже так, это всё равно оказалось куда лучше того, что я предполагал. Не думаю, что столица смогла бы выдержать прямого противостояния между Наследником и Иваном Владимировичем. Уж очень непростые силы они оба использовали. Золотые молнии мага и вовсе после себя оставляли на земле настоящие проплешины, которые даже возможностями Великого древа залечить оказалось непросто.

Сейчас, спустя несколько дней, я всюду видел строительные бригады восстанавливающие причинённые тёмными практиками разрушения. Особенно это касалось университетских зданий, которые пострадали сильнее всего. Даже по самым скромным оценкам местных строителей, на то, чтобы восстановить всё, уйдёт не одна неделя. И это с учётом использования магии, конечно.

Сразу после победы, мне удалось поговорить с Иваном Владимировичем, выяснив большую часть вопросов касательно будущего. В том числе и насчёт осколка. Предполагаю, если бы я показал куда меньше во время поединка с Наследником, а маг был бы в лучшей форме, этот разговор прошёл совсем в другом ключе.

Но сейчас ослабевший и серьёзно раненный великий маг согласился с моими аргументами. Пока мы в компании с Михаилом добирались до спешащих к нам стражей и лекарей удалось обсудить многое. Я даже сумел договориться о передаче мне территории храмового комплекса. Не бесплатно, конечно. В качестве оплаты старик настоял на обучении некоторых представителей пояса боевым искусствам.

В сущности, мне было без разницы на этот счёт, главным условием с моей стороны здесь стало только то, что ученики должны быть не старше пятнадцати лет. Уверен, внутри будущей школы я смогу привить ребятам правильные моральные принципы.

Понятное дело, что забрать весь осколок мне бы никто никогда не позволил, но это, если не принимать в расчёт трон и великий домен, выстроенный вокруг осколка. По факту, находясь там, я уже буду контролировать всё, а по силе сравняюсь с Наследником или даже превзойду его, если трон накопит достаточно природной энергии.

Также удалось договориться и насчёт приюта. По большому счёту старику было всё равно на судьбу сирот, и он был не против их ухода при условии, если она сами будут согласны на это, конечно.

Отдельным моментом был не самый простой разговор с Заславскими. Это случилось на следующий день после столкновения с Наследником, когда Иван Владимирович сумел немного восстановиться. Хотя со всей очевидностью, было ясно, что до полного выздоровления ему ещё ой как далеко. И это если не забывать про потерянную руку. Для мага — это самая большая проблема, нарушение течения магических каналов.

Так или иначе, я всё ещё считался наёмником Заславских с заключённым магическим контрактом и должен был уведомить их об уходе. Евгений Михайлович и его брат были крайне недовольны тем, что один из сильнейших наёмников уходит именно сейчас, в столь непростое время. Лишь авторитет Ивана Владимировича погасило недовольство, а также обещание заняться обучением их молодых представителей в числе первых.

Меня, скрепя сердцем, отпустили. Особенно когда старик устало попросил меня оставить его с Заславскими наедине. Не знаю, что он им такого сказал, но после этого никаких вопросов ко мне не было.

После того, как мне удалось показать свою полную силу, многое поменялось. Ко мне стали обращаться с большим почтением и с явной опаской. Хотя я всё равно старался не расслабляться. С Великих кланов станется попытаться убить меня в спину или захватить кого-то из близких, чтобы попытаться манипулировать.

Хотя в последнем я и сильно сомневался, уж очень высок риск при этом столкнуться с моей потенциальной местью. Ну не будут так рисковать они, после столько тяжёлых потерь. Случись это до восстания и войны с Наследником и проклятыми практиками, может быть. Но точно не сейчас.

Тяжёлым оказался и разговор с Марией. Девушка восприняла мой уход… тяжело. Особенно когда узнала, что я собираюсь отправиться жить в осколок. К сожалению для неё, присоединиться ко мне она никак не могла. При всё желании. Будучи наследницей Великой семьи, ещё и с таким огромным потенциалом в поглощении и усваивании магии она была связана по рукам и ногам. И лишь моё заверение, что в будущем ей никто не будет запрещать посещать осколок, позволило хоть как-то подсластить пилюлю.

Тем временем в поясе всё ещё продолжали охотиться за остатками Одержимых и умудрившихся сбежать тёмных практиков. Когда стало очевидно поражение Наследника, часть из этих врагов умудрились разбежаться, воспользовавшись общей суматохой и занятостью большей части летающих крепостей.

Обучение в столичных школах и университетах было отложено на год и большинству студентов и учеников не было большого резона возвращаться. Город всё ещё жил наполовину военной жизнью. Комендантский час так и не отменили из-за оставшихся не пойманными группы врагов. Но в целом же на улицах уже было безопасно.

Приют я навестил спустя пару дней после вторжения, когда удалось утрясти некоторые важные вопросы, связанные с переездом в осколок. И убедить главу, что это безопасно для неё и её воспитанников, оказалось куда труднее, чем договориться с местной аристократией о передаче храмового комплекса.