Чтение онлайн

– Ну и как насчет этого, Спок – Есть ли смысл в том, что они подают нам пример?

– Нет.

Маккой глубоко вздохнул, понимая, что Спок не будет спешить.

– Надеюсь вы собираетесь объяснить мне, почему нет?

– Я озадачен тем, что у нас есть, – сказал Спок. – Доктор, задайте себе вопрос: что именно Хранители оставили на базе Первой Федерации?

У Маккоя не было ответа.

– Напоминаю вам, – продолжал Спок, – что база Первой Федерации была астероидом, не имеющим атмосферы, неспособным поддерживать никакие формы жизни. Даже до того, как эти существа нанесли удар по маленькому астероиду, шесть лет назад проникнув под его кору, и разрушили флот звездолетов внутри него.

Маккою совсем не нравилось куда это вело.

– Тот первый обелиск, который нашел Джим, обладал уникальным устройством тяглового луча, который отклонял от траектории столкновения астероиды, способные убить людей того мира. А ведь люди начиная с Третьей Мировой Войны знали, что любой, обладающий способностью изменить орбиту астероида чтобы он не столкнулся с миром, по определению обладает способностью преднамеренно заставить астероид воздействовать на мир.

– Вы утверждаете, что обелиск на базе был помещен туда, чтобы стать причиной столкновения, которое разрушило корабли?

– Логика не дает другого ответа.

– Но зачем?

Спок взглянул на Маккоя с вулканским выражением извинения.

– Чтобы помешать Тиберию заполучить флот звездолетов класса «Фезариус».

Маккой резко откинулся в кресле, потрясенный последствиями умозаключений Спока.

– Значит вы утверждаете, что Хранители в действительности не сохраняют нейтралитет. Что они управляют нами.

Спок кивнул, и Маккой понял, что вулканец разделяет его неловкость.

– А какова противоположность Главной Директивы? – сказал Маккой. – Вмешательство в развитие примитивных культур?

– Независимо от ответа на этот вопрос, доктор, полагаю что теперь мы знаем, почему был создан Проект Знак, и от какой угрозы они пытаются нас оградить.

Маккой шумно отодвинул стул и встал. Теперь оставалось сделать только одну вещь.

– Мы должны рассказать Джиму.

Но Спок остался сидеть.

– К настоящему времени, – сказал он, – капитану уже рассказали. – нов мог бы уместиться врядамя, которое заполняло огромный камин. ружить – уже

– Все так, как я и объяснил, – сказал Тиберий. – Все хотят заполучить меня.

– Даже Хранители? – Кирк даже не потрудился скрыть свое презрение.

Неудивительно, что Тиберий пришел к типичному эгоцентричному заключению из того, что раскрыл ему Спок. Кирк поглубже затолкал руки в карманы своей толстой клингонской куртки. Тепло его собственного тела было чем то вроде тепловой завесы, защищающей его от этого чуждого мира и от его двойника. Тиберий напротив стоял перед ним на лесной тропинке в расстегнутой куртке с оголенными руками. Это выглядело так, словно он заявлял, что сама природа неспособна подчинить его.

– Я понимаю, Джеймс. Вы просто завидуете, что они не пришли за вами.

Кирк не ответил. Он изо всех сил пытался понять смысл махинаций, благодаря которым Тиберий очутился здесь не как враг, а как союзник. Потенциальный союзник. Четыре недели назад, когда «Энтерпрайз» вернулся с базы Первой Федерации, Спок и Пикард стали архитекторами беспрецендентного соглашения с разведкой Звездного Флота. T'Вэл и Кейт Джэнвей позволили вернуться на Вулкан и воссоединиться с интендантом Споком. Но зеркальный Пикард и остальная часть команды дубликата «Энтерпрайза» должна была остаться под арестом вместе со своим кораблем. Кирк мог понять эти рассуждения. На протяжении более ста лет Звездный Флот считал, что зеркальная вселенная была закрыта, и защищена специальным приложением Главной Директивы.

Однако агенты Альянса из зеркальной вселенной начали партизанское вторжение, похитив «Энтерпрайз» Пикарда и заменив персонал Звездного Флота их зеркальными копиями. Перед лицом этих провокаций, Звездный Флот снял ограничения главной Директивы. Таким образом команду зеркального «Энтерпрайза» можно было рассматривать как пленников необъявленной войны. Хотя Кирк знал, что с ними будут обращаться справедливо и гуманно, все же их тщательно допросили, когда взяли под стражу на надежной звездной базе.

Но только не Тиберия. Ему позволили вернуться на Кронос вместе с Кирком. Кирк не возражал этому решению Пикарда и Спока. Его сражение с Тиберием закончено. У его копии больше не было возможности занять положение командующего флотом непобедимых звездолетов. А сам Кирк теперь хотел вернуться к своей жене и ребенку. Его даже не заботило, найдет ли Спок какую-то логику в предложении Тиберия стать новым главнокомандующим Звездного Флота. Кирк всего лишь хотел вернуться домой.

Однако Кирк сомневался в намерениях Спока и Пикарда. Оба процитировали две основные причины своего решения и возможного решения Звездного Флота, пусть и неохотного. Во-первых, как утверждали Спок и Пикард, за время своей долгой карьеры Тиберий убегал из мест с куда более строгими мерами безопасности, чем могли обеспечить большинство звездных баз Федерации. Поэтому было необходимо найти другое место, более пригодное в качестве неприступной тюрьмы для Тиберия. Такое место существовало на Кроносе в изолированном военном поместье, окруженным силовыми полями, укомплектованным вооруженной охраной, и окруженным сетью сенсоров высокого разрешения, предназначенных для обнаружения местонахождения добычи для клингонской ритуальной охоты.

Вторая причина Спока и Пикарда состояла в том, что знание Звездного Флота о зеркальной вселенной можно было несоизмеримо увеличить, если Кирк и Тиберий вместе поведают свои личные истории, чтобы определить, какие события были точно такими же, а какие отличались. А так как Кирк не собирался оставаться вдали от Тейлани и ребенка, логика диктовала, что Тиберий должен отправиться на Кронос вместе с Кирком.

По какой-то причине или по комбинации причин, разведка Звездного Флота согласилась. Но Кирк знал, что за просьбой Спока и Пикарда была еще и третья причина держать Тиберия под присмотром – причина, которой они не хотели делиться ни со Звездным Флотом, ни с Кирком, хотя Кирк подозревал, что это имело какое-то отношение к обелиску Хранителей, найденному на базе Первой Федерации. Как ученый и археолог соответственно Спок и Пикард оба были весьма обеспокоены присутствием обелиска на базе. Однако беспокойство Кирка было беспокойством мужа и отца. Теперь ничто другое не имело для него значения.

– Признайте это, Джеймс, – сказал Тиберий. – Реальная причина того, что вы скрываетесь здесь и замкнулись от остальной вселенной в том, что вы наконец-то поняли, что потратили свою жизнь ничего не достигнув.

Кирк посмотрел вниз на тропинку, туда, где на упавшем стволе дерева осталась сидеть Тейлани. Среди деревьев он видел ее телохранителей, подобных ожившим теням, но был уверен, что она даже не подозревает об их присутствии. Вместо этого она пристально смотрела на небо, потемневшее от приближающегося ливня. Она казалась такой маленькой в этом лесу. Такой одинокой и преисполненной болью. Все о чем он мог думать, что он любит ее больше, чем может выразить словами, и он знал, что несмотря на боль, которая поглощала их, боль, которая угрожала оттолкнуть их друг от друга, она любит его с такой же страстью.