Хранительница
Шрифт:
Потирая озябшие руки, я вошла в дом, и тут же наткнуться на злой взгляд голубых глаз.
Глава 3
Несколько дней прошли у меня одинаково. С утра я занималась волком, что с каждым разом становилось сложнее. Впрочем дед предупредил меня об этом: как только зверь окрепнет, он будет кидаться и навряд ли подпустит к себе.
Потом от нечего делать я раз за разом обходила дом, осматривая и изучая его. Все старалась понять, что это было за место. Никаких документов я здесь не нашла. Даже не смогла угадать, в какой комнате жила моя предполагаемая бабуля. Сколько бы раз я не обходила, и не осмотрела комнаты, все, как и предыдущая была чуть ли не вылизанная до чистоты! Ни соринки, ни былинки, даже не единой личной вещички нет! Что казалось весьма странным.
«Может старушка здесь и не жила, а дом ей просто принадлежал, и она его сдавала?»
На время пребывания в доме, я решила переселиться на чердак. Только на её двери я обнаружила засов. Но на ночь я все равно блокировала входную дверь креслом. Да, весьма не эффективная мера безопасности, но так было немного спокойней.
Дни шли, волк как и прежде неохотно подпускал меня к себе, но все же я старалась аккуратно обрабатывать раны. Разговаривала с ним во время процедур, иногда ругала, когда едва успевала отдёрнуть руку от его челюсти клацнувшей совсем рядом с ней, а порой уговаривала поесть. Разговор с волком не лучший выход, но от одиночества и скуки, такие разговоры иногда приносили спокойствие.
Вскоре он стал потихоньку разгуливал по дому, что не могло меня не радовать, значит, скоро можно будет выпустить его на волю. А вот как я выберусь в цивилизованный мир, из этого места, остается для меня проблемой. Связь за эти дни так и не появилась, и я стала беспокоиться. Скоро закончится отпуск, и я должна вернуться на работу.
Как обычно гуляя вечером вокруг дома, я стараясь понять, смогу ли добраться отсюда до деревни пешком. Да, погода улучшилась, но снег, по-видимому не скоро растает, а выбираться отсюда как–то надо. До деревни пара часов езда, пешком гораздо дольше,.
«Да, это будет сложно, но что поделать, не зимовать же мне здесь?!»
Вернувшись в дом, я прошла на кухню намереваясь съесть ужин, который приготовила ранее. Но то, что обнаружила там, меня возмутило!
– Ах ты, паршивец! – воскликнула, наблюдая за тем как волк, стоя на задних лапах, держась передними за стол, ест мой ужин!
Волк на оклик даже не обратил внимания, продолжая с удовольствием поглощать еду. Обиженная таким поведением, схватила со стола полотенце и бросила его в зверя. Тот резко поднял морду от тарелки, и как–то нехорошо посмотрел на меня. И его хищный взгляд мне не особо понравился.
Волк медленно спустил лапы и рыча не торопясь пошёл на меня.
Ещё со школы я помнила, что когда рядом хищный зверь, нельзя бежать, или делать резких движений. Поэтому, стала медленно отступать назад, проклиная себя и то несчастное полотенце.
За эти дни я настолько привыкла к волку, что совсем позабыла, о том что он дикий зверь. Отчего–то, ранее я не испытывала к нему страха, до этого самого момента. Только сейчас я поняла, что волку загрызть меня ничего не стоит. И до меня наконец дошло, какую я совершила ошибку, решив оставить волка у себя.
Я медленно пятилась от зверя, а он неспешно шёл на меня. Так незаметно он и припёр меня к стене откуда я уже не видела выхода. Бежать я бы никогда не рискнула. Волк хоть и был ранен, но он все же дикий зверь, и инстинкты у него превыше всего.
Зверь оскалившись зарычал и прыгнул на меня.
Испуганно вскрикнув я закрыв глаза и резко присела, сжавшись от страха в комочек. В голове пронеслась мысль; что это конец!
Почувствовав резкую боль в ноге я вскрикнула, резко подняв голову, тут же встретившись с хищным взглядом. Волк стоял близко, и я чувствовала его горячее дыхание на лице. Посмотрев в его голубые глаза, что напоминали мне лёд в холодной Антарктиде, наполненные ненавистью я неожиданно разозлилась. На него за то что напал, на себя за то что из-за глупости оказалась в опасности. Недовольно отпихнув морду волка, зло воскликнула.
– И эта вся твоя благодарность? После того как я тебя спасла, ты вздумал меня загрызть? – держась о стену я поднялась не спуская с волка глаз. – Даже не смей об этом думать! – проговорила чеканя каждое слово, вкладывая накопившееся за последнее время раздражение.
Волк после моих слов, очень странно себя повёл, он приник к полу и затих.
– Так-то лучше! – заявила я, и похромала мимо него на кухню.
Нога ужасно саднила; не то чтобы было больно – скорее, неприятно, но посмотреть и обработать рану все же стоило. Достав в одном из шкафов аптечку, я вернулась в гостиную, затем, стянув с себя штаны, уселась на диван и взглянула на рану.
Оказывается, он не укусил, а поцарапал оставив немаленькие следы от когтей. Вздохнув печально, стала ковыряться в аптечке в поисках перекиси: что бы ни сделал этот зверь, а обработать рану нужно.
– И зачем, спрашивается, я вообще сюда приехала? Знала же, что все кончится именно этим! – запричитала, чувствуя как на глаза наворачиваются слёзы. – Ещё этого подобрала, добрая душа, чтоб меня! – раздражённо бросила. – Выходила, переживала, а он… – Тут я не выдержала и всхлипнула. – Ещё и перекись эта… где она есть?
Вдруг стало так жалко себя! Одна, не пойми где, связи нет, уехать возможности нет, ещё и этот… неблагодарный!
Сама не заметила, как небольшой всхлип превратился в плач, а потом и в рыдание. Сколько я так просидела, жалея себя, не знаю, но моё одиночество прервал волк, бесцеремонно ткнувшись мордой в колени.
Отняв ладони от лица, я посмотрела на него; во взгляде зверя читалось раскаяние в содеянном. Но мне уже было все равно! Пока жалела себя, поняла одну вещь, что не хочу больше тут находиться. И если ранее меня здесь удерживала жалость к зверю, то сейчас я не видела какого–либо повода больше задерживаться в этом месте.
Я отодвинулась от волка подальше, подгребая аптечку ближе, не смотря больше на него, продолжила искать перекись. Но как только я ее нашла и смочила ватку, почувствовала на ране что–то мокрое и шероховатое. Резко подняв взгляд, я увидела, как волк облизывает рану. От такой наглости я вновь отпихнула от себя зверя.
– Что, решил доесть меня? – возмущенно воскликнула, а после гневно прокричала: – Обломишься!
Схватив штаны, я спешно надела их, кривясь от неприятного зуда в ноге. Захватив аптечку, решила подняться наверх, отсидеться в комнате до утра, а потом отправиться в деревню. Подальше отсюда! Ничего, там я уже смогу что-нибудь придумать, чтобы добраться до города.