Чтение онлайн

Его вид выдернул меня из объятий параноидальных мыслей. Я, глупо открыв рот, посмотрел на него сквозь слегка запотевший щиток костюма.

– А?

– Это Тацита горит, – Герман махнул пальцем на столб дыма. – Патрик уничтожает лабу. Необходимо предотвратить распространение. По хорошему…кто-то…нам нужно перетащ…пересчитать заражённых. Никто не должен вернуться на «большую землю»…кто-то… Отряд зачистки на подлёте. Нас спасут. А дальше они уже сами тут…кто-то…разберутся. Пойдём.

Я пошёл вслед за ним, сжимая огнетушитель в руках. Немного отстав, остановился. И с размаху вдарил по заледенелой корке на стекле. Звон льда и стекла рассыпался звеньями эха по коридору. Я замахнулся и ударил во второй раз со всей силы, сколько её осталось. Огнетушитель пробил снежную скорлупу и, юркнув сквозь разбитое стекло, загромыхал по полу медотсека. Воздух наполнился знакомым запахом корицы. Айо тявкнула на меня от неожиданности. А Герман подлетел ко мне и оттолкнул от двери:

– Ты что творишь…кто-то?! Костюм повредишь, твоё…и всё твоё возвращение насмарку!

Я заглянул в пробитое окно на двери медотсека. Мне удалось зацепить взглядом койки, покрытые стекающим льдом. Внутри них, как в куколках бабочек, билось что-то иссиня чёрное. В середине проходов лицом ко мне сидел Ник в нескольких куртках, проглядывающих из-под толстого красного тулупа. Окружённый обогревателями и термосами у ног, с винтовкой в руках. Выглядел он как-то окоченело, кожа почти фиолетово-оранжевая, красные мешки под глазами и белки покрытые сеткой лопнувших капилляров. В следующее мгновение его взгляд резко двинулся и вцепился в меня. Сердце у меня ушло в пятки. Всё в организме как-то опустилось. Я не мог понять этот взгляд. Ощущение, будто вид из окна, который ты видишь всё детство, вдруг резко сменили на нечто иное. Нечто неродное или инородное… На то, чего быть не должно.

– Кто-то… – тихо прошептал Герман, стоя рядом и отталкивая меня. Крикнул:

– Беги отсюда! К вертолёту!

Я покачал головой, пытаясь вернуться к разбитому окошку. Внутри болталась мысль, отскакивая от стенок черепа: «Он жив!».

– О ыф, – пытался я донести простую мысль до Германа, будто забыв человеческую речь. – Ом ыф!

Герман снова толкнул меня к выходу и перегородил проход к медблоку:

– Он…кто-то…уже не жив. Здесь нет живых, кроме тебя…кто-то… Уноси ноги, или я тебя унесу.

Вдруг, из медблока до ушей донесся звук разбивающегося льда. Я почему-то живо себе представил как из мутно-матовых толстокожих коконов выбирается кто-то. И надвигается на Ника. В следующую секунду я услышал шум возни и скрежет стула. И затем оглушающий выстрел. Потом звон в ушах. Ноги подкосились от неожиданности. Я рухнул на пол. Айо начала лаять, закрывая меня от медблока своим маленьким собачьим телом.

Ещё хруст льда, какая-то возня и выстрел.

Герман застыл, глядя на меня. Пропищал браслет на его руке. Но он продолжил спать стоя с открытыми глазами. Похоже, его ослабленное сознание отключилось, спихнув все обязанности на подсознание. Ещё бы, столько дней без сна. Браслет снова выдал электрическую трещотку. На этот раз дольше на пару секунд. Я лежал на спине, заворожённый зрелищем, как электрический будильник хлещет Германа, а тот стоит, не двигаясь и не моргая, будто вмёрз в место и время.

Гулкий стук тяжёлых и быстрых шагов за моей спиной вытащил меня из гипнотического транса. Кто-то в серебристом костюме химической защиты подбежал к Герману и отключил убийственный будильник. Второй «серебристый» подбежал, поставил чемоданчик и аккуратно уложил Германа на пол. Первый распаковал чемодан, и они начали его реанимацию. Подошли ещё двое таких же и накрыли Германа серебристым одеялом. За ними вбежали несколько фигур в чёрно-красных костюмах. Коридор наполнялся серебряными и чёрными людьми, и начинал представлять собой сверкающую трубку калейдоскопа, в котором толкались муравьи. Некоторые люди держали наготове оружие, у других в руках были странные приспособления, напоминающие сеткомёты. Айо прижалась ко мне. Из-за стен медотсека доносился шум схватки и какой-то утробный булькающий вой. В нос ударил запах пороха и аммиака, что быстро вернуло меня в реальность. Запах корицы меркнул и ускользал из моих рецепторов, как рука старого доброго друга из моей руки.

– Михаил, поднимайтесь, – прозвучал плотный, бархатистый голос надо мной. В стекле маски я увидел только протянутую ладонь. – Нужно вас отсюда увести и поскорее. Они начинают вылупляться.

Я протянул здоровую руку навстречу и поднялся. Передо мной стоял человек в чёрном плотном костюме с большим количеством стягивающих ремней с красными фастексами. Маска у него более облегающая, чем у моего костюма, с фильтрами по бокам.

– Я руковожу вашей спасательной операцией. К сожалению, мы столкнулись с непредвычисленными обстоятельствами и ситуация сильно обострилась. Прошу вас, следуйте за мной, пока ваш друг выигрывает нам время.

«Друг»

«Выигрывает»

«Время»

Мысли уже походили на лениво сменяющиеся кадры в замедленном произведении.

Мы быстро прошли на кухню. Там мой спутник включил все плиты. Затем вышли через зал столовой в коридор, ведущий к лестнице вертолётной площадки. Внезапно в коридоре выключился свет, и мы остались в полной тьме. Через некоторое время Айо начала излучать голубоватый свет.

– О, я не могу поверить своим глазам! Это прекрасно! – восхищённо восторгался мой спутник, увидев светящуюся собаку. – Я предполагал, что это необычная собака, но видеть это вживую – невероятно.

Мы бежали к лестнице, а мой спутник всё не замолкал:

– Михаил, вы можете мне сказать, почему так назвали свою собаку?

Я промолчал, даже не пытаясь ответить.

– Ах, да, простите… Знаете, это удивительно, что вы её назвали так. У нас в организации само понятие «Айо» – это нечто, вроде, оси времени и пространства, проходящей сквозь все слои мироздания. Это, скорее даже, сила, которая связывает всё живое, мёртвое, мыслящее и вымышленное. Бесконечной лентой Мёбиуса в этой силе соединяются частицы и галактики, прошлое и будущее, инстинкты и желания, Альфа и Омега.

Мужчина вдохновенно рассказывал. Меня восхищало то, что жизнь предусмотрительно подарила хорошую дыхалку такому говорливому человеку. Мы вбежали в дверь с лестницей к вертолётной площадке. Его молчания хватило на пару ступенек. Далее он продолжил:

– Я думаю, эта собака может проходить сквозь слои без «затрат» на переход. Наша организация занимается исследованием аномалий, в том числе. Не знаю, зачем я всем это рассказываю. Как правило, слушатели потом плохо заканчивают: смертью или работой у нас.

Мужчина коротко хохотнул, не сбавляя ритма. Показалось, что теперь он замолчит, но так только показалось.

– Скажу честно, мы могли бы забрать только собаку, но, так как она испытывает к вам чувство привязанности, мы предлагаем вам сотрудничество. К тому же, у вас есть опыт хождения сквозь слои, вы многое видели и могли бы с нами поделиться информацией. В обмен на соглашение обязуемся вернуть вам речь, посредством высокотехнологичных имплантатов. Подумайте, пожалуйста, над моим предложением, пока будем лететь в Пандорум. На месте мы окажем вам необходимую медицинскую помощь независимо от вашего решения.