Чтение онлайн

– Входи, Скотт! – воскликнул он. – Снимай ботинки, садись к огню.

Мы ужинали в просторной столовой, где витражные окна от лучших мастеров позвякивали в своих рамах. Кейт немного рассказала о школе (у нее в этом году были проблемы, особенно с математикой). Уит с большим энтузиазмом говорил о своей работе. Дженис по-прежнему работала в «Клэрион» над довольно простым синтезом белка и не распространялась об этом вовсе. Она, казалось, сдерживала себя, чтобы дать Уиту возможность похвастаться.

Кейт первой извинилась и понеслась в соседнюю комнату, где, перебивая ветер, бубнил телевизор. Уит достал графинчик бренди. Он разливал напиток неуклюже, словно уроженец Запада, подражающий японской чайной церемонии. Уит не был любителем выпить.

– Боюсь, я всех заболтал, – произнес он, – А ты-то как, Скотт? Как жизнь?

– «Фортуна одаряет не по книгам» [11] .

– Скотт опять цитирует стихи, – пояснила Дженис.

– Я хотел сказать, что мне предложили работу.

– Ты хочешь уйти из «Кэмпион-Миллер»?

– Мы с «Кэмпион-Миллер» расстались две недели назад.

– О! Смелый шаг, Скотт.

– Спасибо, Уит, но в тот момент я так не думал.

Дженис, лучше понимавшая ситуацию, спросила:

– Так где же ты теперь?

– Ну, это еще не точно, но… ты помнишь Сью Чопра?

Дженис нахмурилась. Затем ее глаза расширились.

– Да! Корнелл, верно? Младший профессор. Она в первый год читала у нас какой-то странный курс.

Мы с Дженис познакомились в университете. Когда я впервые ее увидел, она шла по химической лаборатории с колбой алюмогидрида лития в руке. Если ба она ее уронила, могла бы убить нас обоих. Первое правило стабильных отношений: не бросайте чертову бутылку.

Именно Дженис и познакомила меня с Суламифью Чопра, до нелепого высокой и коренастой аспиранткой, зарабатывавшей себе репутацию на факультете физики. Сью всучили (вероятно, в наказание за научную самоуверенность) второкурсников междисциплинарного факультета, давая возможность студентам с кафедры английского получить баллы по точным наукам, а студентам-технарям – баллы по английскому. По этому случаю она извернулась и написала такой страшный учебный план, что отпугнула всех, кроме нескольких наивных чудиков и смущенных заучек-компьютерщиков. И меня. Приятным сюрпризом стало то, что валить на экзаменах Сью никого не собиралась. Она дала такое описание курса, чтобы отпугнуть выскочек. Все, что ей нужно было от остальных, – это интересное общение.

В результате семинар «Метафора и моделирование реальности в литературе и физике» стал своего рода еженедельным салоном, а для проходного балла нужно было только продемонстрировать знание ее конспектов и не дать ей заскучать от наших рассуждений. А чтобы совсем не запариваться, достаточно было спросить о ее любимых темах исследований (геометрия Калаби-Яу, скажем, или разница между изначальными и контекстными силами); она могла проговорить минут двадцать и оценить вас за умение правдоподобно изображать глубокий интерес.

Но Сью весело преподносила всю эту ерунду, поэтому ее лекции превращались в долгие посиделки. И к концу семестра я перестал видеть в ней пучеглазую плохо одетую чудачку шесть футов ростом, а начал воспринимать ее как забавную, жутко умную женщину, которой она и была.

– Сью Чопра предложила мне работу, – сказал я.

Дженис обернулась к Уиту:

– Это профессор Корнеллского университета. Кажется, я недавно видела ее имя в газете?

Может быть, но это была скользкая тема.

– Она входит в исследовательскую группу, которую финансирует правительство. У нее достаточно влияния, чтобы нанимать помощников.

– И она связалась с тобой?

– Звучит не очень вежливо, – заметил Уит.

– Все в порядке, Уит, Дженис имела в виду: что такому серьезному ученому, как Суламифь Чопра, может понадобиться от такой мелкой сошки, как я? Логичный вопрос.

– И ответ…

– Думаю, она ищет еще одного программиста.

– Ты говорил ей, что тебе нужна работа?

– Ну, понимаешь… Мы иногда общаемся.

(«Я найду тебя, когда понадобится, Скотти. Не волнуйся».)

– Ага, – хмыкнула Дженис, как обычно делала, давая мне понять: она знает, что я лгу. Но на этом расспросы кончились.

– Это здорово, Скотт, – сказал Уит. – Сейчас не то время, чтобы сидеть без работы. Так что это здорово.

До конца ужина мы больше не говорили на эту тему, потом Уит извинился и вышел. Дженис подождала, пока его шаги не затихнут.

– Ты о чем-то недоговариваешь?

Да, кое о чем. Но об одном я решил сообщить.

– Это работа в Балтиморе.

– В Балтиморе?

– В Балтиморе. Штат Мэриленд.

– То есть, ты поедешь через всю страну?

– Если получу работу. Это еще не точно.

– Но ты ничего не сказал Кейтлин.

– Да, не сказал. Хотел сначала поговорить с тобой.

– Ага. Ну, я не знаю, что сказать. В смысле, это все очень неожиданно. Проблема в том, как воспримет это Кейтлин. Не могу даже представить. Не обижайся, но она уже не говорит о тебе так часто, как бывало раньше.

– Я не исчезну из ее жизни. Мы сможем ездить друг к другу в гости.

– Приезжать в гости – это не значит заниматься воспитанием, Скотт. Гости… Это дядя может приезжать в гости. Ну, я не знаю. Может, это и к лучшему. Они с Уитом очень хорошо ладят.

– Даже если меня не будет в городе, я все еще ее отец.

– Ровно настолько, насколько ты всегда им был.

– Ты злишься.

– Нет. Даже интересно, с чего бы мне?

Затем вернулся Уит, мы еще немного поболтали, но ветер усиливался, снег свирепо бил в окна, и Дженис забеспокоилась о том, что творится на улице. Поэтому я попрощался с Уитом и Дженис и дожидался Кейт у дверей, чтобы, как обычно, обнять ее перед уходом. Она вошла в холл, но остановилась в нескольких шагах от меня. Ее глаза сверкали, а нижняя губа дрожала.