Чтение онлайн

— Кошмары… Да, Элиот сказал также.

— Кто? — спросил Кеган и тут же кивнул. — Тот вейт, понял.

— Да, — Нина смущённо почесала затылок, — так вот, Элиот сказал, что, в общем, Лир тут не причём. Не припомню, чтобы что-то ещё могло оказывать такое Воздействие, но… Короче, он так и не сказал, в чём дело.

Лицо Аматриса приняло задумчивое выражение.

— В карпейской мифологии немало существ, которые Воздействуют на психику посредством разного рода манипуляций, — сказал он, — как и в византийской… и даже авраамических религиях.

— К чему ты клонишь? — Эммерих повернул голову.

— К тому, что это не кошмары. Если ты не заметил, я специально тянул время — чтобы осмотреться, разумеется, — не без самодовольства отметил Аматрис, — и если мои наблюдения верны, то едва ли этих существ можно назвать кошмарами.

— А кто это тогда? — Нина напряглась.

— Демоны, — уверенно ответил музыкант и нахмурился. — После Нисхождения Лира кошмары не способны оказывать Воздействия на внешнюю среду, видоизменять её. Они самостоятельная единицы. Про демонов, если принять на веру мифы, пишут иное.

— Демоны, — повторила Нина. — Да, кажется, Элиот также их назвал.

— Что ж, значит, пташка солидарен с твоей тульпой, — заключил Эммерих, направляясь вперёд. — Лады, тогда погнали. Увидим старых друзей, родственников, бывших — попусту лясы с ними не точим, а сразу за оружие. Помните, что цель этих лировых тварей задурить вам мозги.

— Выход в другую сторону, Эммерих.

— А? Да я знаю, — отмахнулся тот, — но раз мы здесь зафиксировали Воздействие, я должен выяснить, какого оно характера — вне зависимости от того, связано оно с мощами или нет. Это у вас путешествие, а я как раз на службе.

Когда странник отошёл на несколько метров, Нина подняла на Кегана обеспокоенный взгляд и спросила:

— Ну, мы же не отпустим его одного?

— Не стоит, — согласился мужчина и подвинул её таким образом, чтобы она оказалась перед ним. — Иди впереди, я — за тобой, и постарайся нагнать Эммериха, чтобы между вами не было большого расстояния.

— А тебе самому не стрёмно будет идти позади?

— Стремнее, — он странно подчеркнул это слово, — мне было бы, если бы я позволил рисковать молодой вейне.

Нина, послушав его, неуверенно кивнула и поспешила за другом. Чем дальше они удалялись от гостиной, тем сильнее изменялось поместье. Казалось, оно сделалось древним и дряхлым, многократно увеличив свой возраст. Воздух отчётливо похолодел, из неведомых щелей задуло сквозняком, изо рта теперь вырывался пар. Паркет выцвел и потускнел, по стенам белёсыми пятнами пролегла плесень. Старинная мебель растрескалась, стремительно приходя в упадок. Некоторые проходы загородила паутина, под ногами толстым слоем пролёг слой пепла, однако дозиметр не затрещал. В воздухе промелькнули и заклубились частицы праха.

— Напоминает Финемилий, — Нина поёжилась.

— Однако очагов Воздействия поблизости нет, — задумчиво уронил Аматрис. — Не уверен, что даже слышал о подобном.

— Мне бы твою неуверенность, — глухо произнёс Эммерих.

Коридор удлинялся, становясь куда более протяжённым, чем был при первом осмотре поместья. Выложенный старым деревом, он порой разветвлялся, уводя прочь. Со стен глядели выцветшие портреты, изображённые на которых фигуры не получалось в точности разобрать. Стекло в дверцах шкафов зазмеилось многочисленными трещинами.

Наконец дорога привела в обширную комнату, которую путники прежде не видели. Её дальние углы терялись в темноте, а со стен свисали коконы с огромными яйцами. По полу, быстро перебирая лапками, пробежал паук размером с кошку. Бросив на путников взгляд множества чёрных глаз, он скрылся за гроздьями паутины, скопившейся возле стены. Оттуда слышалось глухое копошение, каменный пол царапали острые когти.

— Так, [к лиру], отступаем, — разом подобрался Эммерих. — Разведка отменяется.

— Это ещё почему? — спросила Нина и, попятившись, спиной врезалась в Аматриса. Тот удержал девушку за локти и внимательно просмотрел на озабоченного странника.

Тот резко обернулся и свистящим шёпотом ответил:

— Потому что это Обрыв.

— Надо же, кто это так резко уверовал в Обрыв, — снисходительно протянула Нойр. — А как же твоё Каэльтина Обрыва не существует?

— Так то было в полисе. [Зачем] мне подкармливать эту срань мыслями? — Ландони шагнул в сторону коридора, поманив компаньонов за собой.

— Обрыв, — выговорил Аматрис, сменяя странника во главе цепи при обратной дороге. — Что ты вкладываешь в это понятие?

— Если пользоваться официальным определением, — нехотя продолжил красморовец, — то это пространство за границами материального — нашего — мира. А если проще — мир мёртвых. Где тьма, пепел и прочий кал. С поправкой на то, что холодный.

— Суеверный странник, который верит в Обрыв… Надо же, я почувствовал себя весьма нормальным, — поделился Кеган, небрежно собирая волосы в хвост. — Значит, ты разбираешься в нём.

— В говне или мире мёртвых? — с нервным смешком уточнил Эммерих. — Да видел я уже это, ясно? И ничего хорошего в этом нет. В полисах всё чисто, потому что вестницы на подсосе, и крематоры бдят. На НуВе таких альтруистов нет.

— И это ни разу не утекло в сеть? Серьёзно? — Нина недоверчиво сузила глаза. — Керимов на Нулевой чуть ли не каждую дырку облизал.

— Ха, ну знаешь, — Эммерих качнул головой, — если бы мне платили за молчание столько же, сколько и ему, я бы и сам [болтал] поменьше. Керимов специально публикует маршруты, на которых этого нет. Вот и всё. Хранители — ну, Маришка и компания — следят, чтобы вы, гражданские, не вздрагивали по ночам, и держат инфу в секрете. Но Обрыв рвётся к нам, сюда, и последнее время всё чаще, — Ландони не отводил взгляда от мелькающих в темноте движений. Паутина, встающая впереди стеной, заколебалась и принялась изгибаться сразу в нескольких местах. — Эти твари не порождены кошмарами. Просто кто-то оттуда хочет сделать нам очень [плохо] здесь. Сбить с тол…