Чтение онлайн

— Я, честно, рассчитывал на нечто большее, — признался Эммерих. — Где хоть холодные закуски? Аматриса и того напоили игристым!

— Не завидуй, — ответил тот, пройдя вглубь зала. — Впрочем, не могу сказать, что сам впечатлён. Свадьбы, на которых мне доводилось бывать, даже на уровне оформления были… роскошнее.

— Вам не угодить, — ответила Нина, проходя к украшенной белыми розами арке. Девушка осторожно дотронулась до лепестков, а затем наклонилась, чтобы понюхать ближайший бутон. — Живые… Уж не знаю, как в двадцатых было с искусственными цветами, но настоящие — это [очень] дорого.

— А ты, значит, в этом разбираешься? — с усмешкой спросил Ландони.

— Я была подружкой невесты. Конечно, разбираюсь.

— Реально? А у кого?

— Так у Полины, напарницы Евгена, — ответила девушка, — и нет, вышла она не за Евгена…

Кеган, пройдясь между столами, отметил, что еды на них и впрямь не было, но вот напитков — в избытке. Мало того, что на каждом столе, так ещё и в вёдрах со льдом рядом.

— Не пейте здесь ничего, — вспомнив разговор с Катрионой, музыкант перебил Нину. — Игристое может быть отравлено.

— А это мы сейчас проверим, — Эммерих достал из рюкзака портативный анализатор, которым до этого они проверяли водоёмы. — Посторонись!

Схватив из ведра одну из бутылок, странник откупорил её и, отлив немного в первый попавшийся бокал, окунул в него анализатор. Скорый тест выявил в напитке содержание литфиевой кислоты.

— На твоём месте я бы не рискнул брать что-то из бара, Эммерих, — проговорил Аматрис, взглянув на экран устройства.

— Ага, — хмуро откликнулся тот, — очень своевременный совет… Так значит, вам надо разыграть тут свадьбу? Ты типа в роли Айтверна, а Нина — та актриса? Лады, тогда заменю регистратора. Официальной речи не обещаю, но что-нибудь измыслю.

— Постой, серьёзно? Нам прямо при тебе… целоваться?! — Нина изумлённо посмотрела на Эммериха.

— А что такого? Не сказано же, что должен быть свидетель первой брачной ночи, — невозмутимо сказал Эммерих. — Хотя, если есть такие предложения, я готов их рассмотреть.

Услышав это, Аматрис утомлённо закатил глаза:

— Боюсь представить, какие ещё у тебя есть девиации, Ландони, — после чего повернулся к Нине. — Я сам не сторонник излишней публичности, но увы, это необходимо для дела.

— Говорит человек, который не один год отдал софитам, — заметила Нина.

Кеган подошёл к ней и пальцами коснулся её щеки, ненароком заправляя за ухо прядь волос.

— Но больше ничем я с ними делиться не готов, — ответил он полушёпотом и наклонился, целуя Нину.

Его руки уверенно легли ей на талию, придерживая её, когда Нойр встала на носочки.

— Вы поглядите, кто тут сама обходительность, — весело протянул Эммерих. — Вообще-то вы рано… Но репетиция — это правильно!

Нина отпрянула от Кегана — и тот плутовато ухмыльнулся:

— Репетиция никогда не бывает лишней, — он не выпускал её из объятий, — так что скоро… мы обязательно продолжим. Но пока, вероятно, нам стоит продолжить осмотр. Возможно, мы что-то упустили.

План торжества нашёлся в одном из кабинетов на первом этаже. Никаких красных лент не ожидалось, только свадебная церемония и присутствие журналиста из «Тризонийских времён». Вверху бумажной стопки на столе лежал лист с распорядком дня, а ниже — брачный договор и контракт на имя Катрионы Кэйвен.

— Похоже, обошлось без великой любви. Твой друг был бы разочарован, — читая последний, обратился к Нине Аматрис. — Госпожа Кэйвен должна была оставить свою карьеру после заключения брака, чтобы, цитирую, «не порочить добрый род мужа».

— А что, аристократы против искусства? — удивилась Нина, заглядывая в документ.

— Нет. Меценатство поощряется… и даже музыка, если не вспоминать об ортодоксах, — ответил музыкант и вернул бумаги на место. — Но театр — всякое лицедейство — даже сейчас не приветствуется многими знатными семьями. Тому же Стефану Айтверну пришлось отказаться от роли в сериале, хотя это и могло неплохо повысить его узнаваемость.

— Айтверн? Ещё один? — Ландони скрестил руки на груди. — Они что, почкованием размножаются?

— Иногда мне самому так кажется, — усмехнулся Аматрис. — Поверь, Эммерих, тебе лучше не знать, в скольких сферах жизни присутствуют потомки этой фамилии.

Повторный обход надземных этажей не выявил ничего подозрительного. Испускаемый кадильницей с аромолампами запах отпугивал немёртвых — однако то и дело где-то вдали показывались человеческие силуэты, нестабильные и дымчатые. Их рты выглядели разинутыми в крике, но вокруг сохранялась тишина. В остальном гостиница оставалась столь же безмолвной и покинутой, как и прежде. Тогда странник озвучил предложение, которое до этого лишь витало в воздухе:

— Проверим подвал?

Кеган, обменявшись с Ниной чуть нервным взглядом, вздохнул.

— Для гласности — мы же все понимаем, что это рискованно? Обычно, если апеллировать к классическим ужасам, это заканчивается пробуждением зла.

— А ты не читай вслух всякие древние книги, — посоветовала ему Нина, — и вообще ничего не трогай там.

— Хорошо, — с готовностью кивнул Кеган. — Тогда буду трогать тебя.

— Что?

— Что?

— Если вы закончили, — устало продолжил Эммерих, — может, уже пойдём?

Входов в подвал на территории гостиничного комплекса было несколько, но лишь один находился внутри главного здания — за стойкой регистратуры. Ведущая вниз дверь оказалась закрыта, и Эммериху пришлось прикладом сбивать замок. Когда тот упал оземь, странник сказал:

— Кто-то должен остаться здесь. На случай, если гостиница опять изменится, — и повернулся к Аматрису. — Кто-то останется?

— Почему сразу я? — недовольно поглядел на него музыкант.

— Учитывая, что ловят мои сканеры, внизу станет очень небезопасно, если кто-то решит вспомнить о пирокинезе, опять, — ответил Ландони. — Я бы Нине предложил остаться, но лучше бы того, кому в момент чего хватит сил сбить замок.