Чтение онлайн

Следовало уйти раньше, чем сгорит и Музей, а вместе с ним весь Заповедник. Гнев клокотал, готовый вырваться наружу, но Аматрис понимал, что не может позволить себе месть. Не сейчас, когда Нина останется одна и в опасности, если он вступит в бой с Кемромом и погибнет.

Едва Аматрис подошёл к двери, как дезертир сжал кулак, и на пороге соткался дымчатый женский силуэт, преградивший Кегану путь. От фигуры веяло холодом, её лицо оставалось нечётким. В воздухе промелькнуло несколько частиц праха.

— Я не договорил, кайр Аматрис, — прошелестел градоначальник. — Проявите немного терпения, иначе вас, как и вашего отца, настигнет пожар прошлого.

— Что это значит?

— Возможно, это ваш последний шанс спасти свои души. Если вы окажетесь способны слышать и слушать, — отчуждённо проговорил Кемром. Так, словно Аматриса не стояло рядом, и не было Атриума с шипящим радиоприёмником. Будто окружающий их мир замолк, перестал существовать, снизойдя до абсолютной тишины. — Он уже преследует вас.

— Он? — развернувшись, переспросил Кеган. — Кто — он?

— Тот, у кого много имён — чьи осколки заполонили эту усыхающую землю, — быстро ответил Кемром и наморщил лоб. — Я не хочу играть эту роль… но должен. Однако, покуда кадильница стоит, я должен тебя предупредить. Вы должны не допустить, чтобы это оказалось у него.

Дезертир достал из нагрудного кармана оплетённый змеями крест и передал его Кегану. Драгоценный камень тускло блестел в его сердцевине.

— Что это?

— Эголетсо, как «ключ» на карпейском.

— Значит, ключ, — Кеган, рассматривая безделицу, неуверенно кивнул. Крест, запечатлённый на портрете Катрионы Кэйвен, вспомнился не сразу. — И от чего он?

— От врат Теуграда, — более ровным голосом ответил капитан. — Если их не соберёте вы, то соберёт он, и тогда… Солнце навсегда исчезнет в этом мире, и холод уничтожит последние ростки жизни.

— Это слишком абстрактно, — Аматрис мотнул головой, — либо переставайте говорить загадками, либо не мешайте мне уйти. Ответьте на один простой вопрос: кто — он?

— Каэльтин Обрыва.

Едва Кемром это произнёс, как в Атриуме похолодало. Свет свечей, которыми были уставлены подоконники, стал слабее.

— У нас осталось немного времени, прежде чем нам придётся вернуться к ролям, — оглядевшись, вполголоса сообщил Кемром. Взгляд его задержался на зеркале, покрытом плотной тканью. — Ему нужны ключи, чтобы ничто не могло помешать экспансии Обрыва. Чтобы никто вновь не пытался спасти этот проклятый мир.

— Понял, — глухо ответил Аматрис. — И сколько таких ключей?

— Ещё три. Этот, — он глянул на переданный музыканту артефакт, — был найден в Грустине и презентован Катрионе Кэйвен её женихом, второй — на самом Обрыве, а третий, как гласят легенды, в пределах Гигантики.

— Тогда где четвёртый?

— В Тельгарде. Покинутом городе из погибшего мира.

— Похоже, все дороги ведут в Тельгард, — пробормотал Кеган. — Каким образом он оказался там?

— Полагаю, волей случая, — Кемром, подойдя к бару, достал бутылку солода да разлил по стаканам, после чего один из них протянул Кегану. — Однако мне неизвестно, где именно эголетсо, и потому я готов возместить в финансовом эквиваленте время, которое ваш отряд потратит на его поиски.

Кеган принял стакан и сделал глоток. Напиток обжёг глотку и пищевод, и музыкант едва заметно поморщился.

— Но почему ты не можешь сделать это сам? Зачем ты отдаёшь ключ мне, когда ты можешь сам спрятать его?

— Во-первых, в виду обязанностей градоначальника, оставить сапор я никак не могу, — Кемром, залпом осушив стакан, повернулся к панорамному окну. Огни Заповедника в ту ночь горели особенно ярко. — Во-вторых, я всего лишь марионетка, кайр Аматрис. Куда бы я его не спрятал, он его найдёт. Найдёт также, если прятать возьмётся кто-то из моих приближённых. А с вами мы, видит никто, в скором времени станем врагами, потому что таков его сценарий.

— Неужели от власти этого Каэльтина никак не избавиться? — осторожно спросил Аматрис, убрав артефакт в карман пальто. — Это существо… оно каким-то образом Воздействует на мыслительные процессы, осуществляет ментальный контроль?

— Моё сознание не теряет чёткости. У меня свои резоны служить ему, — возразил дезертир. — Капитан Кемром, прогнозистка из Стиха Сумерек — все мы его марионетки, кайр Аматрис. Пророчество, которое получили сектанты, было ложным. Каэльтин хотел заманить твою спутницу в Заповедник и устроил так, чтобы на неё объявили охоту. Мне же он поручил наблюдать за вейной. Я проник в Градемин под личиной бармена и защитил её от убийц из Стиха. Теперь, когда Нинанна здесь, наступает второй акт.

— Зачем она ему?

— Не знаю, — Кемром посмотрел на настенные часы — близилось три ночи. — Наступает призрачный час. Время, когда он особенно силён. Оставьте Атриум и займитесь подготовкой. Отправляйтесь в Тельгард, как и планировали.

Допив свой стакан, Кеган поставил его на кофейный столик и повернулся к выходу. Немёртвая исчезла с прохода.

— Я собирался отказаться от похода, — признался музыкант, — в силу его опасности… для Нины. Однако, если хоть немного истины есть в твоих словах, я отправлюсь туда.

— Если ты видел пауков, то самое время оставить сомнения. Поверь, на Обрыве их куда больше, чем в некоторых книгах.

Обдумав услышанное, Кеган кивнул. Тогда ему вспомнилось, что Нина нередко жаловалась на обилие встречаемых ею пауков — на то, что они будто бы преследуют её. Решение принялось быстро.

— Ладно, — сказал Аматрис, — я поверю тебе. Но нам потребуются ещё провиант, боеприпасы, ещё оружие и медикаменты. Возможно, кто-то из наёмников. Втроём мы туда не пойдём.

— Вам понадобится больше человек, разумеется. Госпожа Хольт, думаю, сможет составить вам компанию — она наёмница, к которой обратился бы я сам. Также можешь заглянуть к Сорину — ему есть, что тебе предложить.