Чтение онлайн

— Я живу очень близко к ним, — наконец, ответил я. — Я построил дом на территории нашей семейной собственности.

— Ой.

— Но это не по соседству или что-то в этом роде, — поспешил пояснить я. Мне действительно не хотелось, чтобы она думала, что я живу с родителями. Я не был тем парнем. — У нас огромная собственность, поэтому, когда пришло время построить или купить дом, я решил сделать это здесь. В конце концов, они дойдут до того, что им понадобится моя помощь, а я не хотел быть слишком далеко.

— Это мило с твоей стороны.

— К тому же это сократило мою ипотеку, — признался я.

— Да, я понимаю эту логику, — шутливо ответила она.

— Мой отец не позволил мне ничего платить, пока я не найду работу, поэтому я оставляю деньги дома в надежде, что он найдет их и решит, что это его.

Я громко рассмеялся и напугал Ариэль, заставив все ее тело напрячься.

— Извини, милая, — пробормотал я, целуя ее в макушку. — Работает? — спросил я Морган.

— Я не уверена, — ответила она. — Но вчера я нашла двадцатку в джинсах и знаю, что не клала ее туда.

— Он кладет их?

— Возможно, — проворчала она.

— Похоже, твой отец хороший парень.

— Да, — сказала она. — Самый лучший.

— Я с нетерпением жду встречи с ним.

— Когда это произойдет? — спросила она. — Я сказала ему сегодня, что вы, ребята, скоро приедете.

— Моя мама хочет приехать в пятницу.

Прежде чем она ответила, последовала долгая пауза.

— Она не теряет времени зря.

— Я говорил тебе, — напомнил я ей, стараясь не защищаться от ее тона.

— Мы устроимся, а потом я надеялся, что увидимся в субботу?

— Конечно, у нас ничего не запланировано на эти выходные. Ты знаешь, как долго вы пробудете здесь? — вопрос прозвучал немного натянуто.

— Я не спрашивал, но предполагаю, что всего несколько дней. Мне нужно вернуться к работе, мы не можем задерживаться надолго.

— Работа? Что это такое? — поддразнила она.

Несмотря на то, что я слышал тревогу в ее голосе, когда мы обсуждали визит, мы с Морган продолжали разговаривать почти два часа, пока Ари не уснула у меня на коленях. А разговор все длился и длился, и я знал, что должен дать Морган немного поспать, но не мог заставить себя перестать разговаривать по телефону. Я узнал о ней то, чего не узнал бы, если бы мы узнавали друг друга как-то иначе. Разговор с ней на расстоянии изменил способ нашего взаимодействия. Не было никаких преград на пути к тому, чем мы делились, никаких затруднений. Как будто расстояние между нами давало нам возможность действительно быть самими собой, а не отполированными версиями, которые мы показывали миру. Единственное, что мы не обсуждали — что никогда не обсуждали, — это Генри.

Я был рядом с ней лично всего один день, но, когда той ночью я разговаривал по телефону, то понял, что скучаю по ней.

О, и мой голос, в конце концов, заставил Ариэль уснуть.

Морган

— Почему ты так чертовски нервничаешь? — спросил меня отец в субботу утром, подражая мне, махая руками, когда кружился по кругу. — Это они должны нервничать. У тебя здесь вся власть, детка.

Я знала это. Хотя точно не чувствовала, что у меня есть какая-то сила.

Накануне вечером, когда Тревор написал, что они благополучно прибыли, я чуть не позвонила и не попросила его приехать. Вместо этого я струсила и позвонила своей младшей сестре, чтобы слушать ее болтовню больше часа. И когда ложилась спать с ее положительными утверждениями в голове, чувствовала себя спокойно.

Но как только проснулась утром, все это спокойствие исчезло. Я нервничала. Слава богу, мой отец понятия не имел, что большая часть моих нервов исходит от того факта, что я снова увижу Тревора. Тревора, который был сложен как танк и у него была самая широкая улыбка, которую я когда-либо видела. Тревора, который признался мне, что мама была его самым любимым человеком на планете, хотя он был почти уверен, что это делало его маменькин сыном. Тревора, который, как я знала, был под запретом, но не могла перестать думать о нем.

— Твево, — сказала Этта в сотый раз за утро. — Твево идет.

— Ага, — подтвердила я, оглядывая дом, чтобы убедиться, что все в порядке.

Дом моего отца был маленьким и старым, и это было заметно. Но этот человек всегда гордился этим местом, и это тоже сказывалось. Он купил его, как только накопил на первоначальный взнос, примерно через шесть месяцев после того, как мы переехали к нему, и приложил все усилия, чтобы выплатить ипотеку. Во дворе были ухоженные цветы, а сзади слегка засохшая, но аккуратно подстриженная трава, и, хотя он был холостяком и не содержал дом в такой чистоте, как я, внутренняя часть была функциональной и явно ухоженной.

— Твево, мама! — закричала Этта, глядя в переднее окно со своего места на диване. — Твево, сюда!

— Время показа, — поддразнил мой отец, смеясь, когда я впилась в него взглядом.

Я медленно двинулась к входной двери и подождала две секунды после стука, чтобы открыть дверь, хотя Этта рядом со мной нетерпеливо шумела. В конце концов, не нужно было показывать свою нервозность. Я держала власть.

Я цеплялась за это чувство, когда встретилась глазами с Элли Харрис.

— Привет, — поздоровалась я, едва взглянув на ее мужа и Тревора, когда наклонилась и посадила Этту себе на бедро.

— Заходите.

Власть у меня. Власть у меня.

— Привет, — выдохнула она в ответ, делая шаг вперед, когда я отступила назад, чтобы впустить их. На мгновение женщина казалась загипнотизированной, когда ее взгляд остановился на Этте, затем покачала головой с легким смехом и посмотрела на меня. — Большое спасибо за то, что приняла нас.

— Конечно.

— Рада снова видеть тебя, — сказала она, перевешивая сумочку на другое плечо. — Я сразу вспомнила, кто ты, как только Тревор упомянул, что ты жила с нами.

— Я тоже рада вас видеть, — сказала я. — А Тревор упомянул, что он не вспомнил меня?

Я усмехнулась, когда она бросила взгляд через плечо на своего сына.

— Да ладно тебе, — простонал он, ухмыляясь.

— В то лето я был слишком стар, чтобы обращать внимание на детей.

— Ваш дом был лучшим из тех, в которые меня помещали, — серьезно сказала я Элли.

— Спасибо.

— Поддерживаю, — сказал отец, присоединяясь к диалогу. — Спасибо, что позаботились моей девочке, когда я не мог.