Чтение онлайн

– Какая другая?

– Она очень строго соблюдает традиции того, что можно назвать альтернативной религией. – Еще одна пауза. – Она очень трепетно относится и к природе.

– Она викканка[Ворожея - обладает викканским колдовством.]?– Ну, что-то вроде этого.

Джейсон настороженно смотрел на Джастину.

Она начала убирать от него руку, но Джейсон мягко сжал пальцы.

– Я была воспитана как язычница, – сказала она. – Большую часть своего детства я провела на духовных фестивалях, встречах, посвященных волшебству и экстрасенсорике... Я даже принимала участие в некоторых языческих парадах. Я уверена, что люди воспринимали нас как сумасшедших. Да и я считала нас сумасшедшими... – Джастина улыбнулась и попыталась казаться равнодушной, но пульсирующая венка на ее лбу выдавала ее. – Я всегда была другой. Я это ненавидела.

Джейсон хотел дотронуться до ее лица и стереть все следы воспоминаний о горестях детства. Вместо этого он позволил своему большому пальцу провести по ее руке.

– На Хэллоуин, – продолжила Джастина, – я никогда не переодевалась в костюмы и не ходила за сладостями. Вместо этого мне приходилось идти на ужин по случаю Шамхейна[Шамхей – один из важнейших праздников у кельтов. Празднуется 1 ноября. Кельты верят, что в этот день мир богов становится видимым для людей.] и сидеть рядом с пустыми тарелками, которые предназначались для духов умерших родственников.

Он приподнял брови.

– И кто-нибудь из них появлялся?

– Не могу сказать, иначе ты убежишь или до смерти перепугаешься.

– Уж точно не до десерта... У меня сложилось такое впечатление, что твое язычество включается в себя элементы... магии?

Джастина побледнела и не произнесла ни слова.

К ее удивлению, в глазах Джейсона появились смешинки.

– Так ты хорошая ведьма или плохая?

Узнав цитату из «Волшебника из страны Оз», Джастина попыталась улыбнуться, но не смогла.

– Лучше не навешивать на меня ярлыки.

Она слишком много ему рассказала. А что еще хуже – это все правда. Что такого в нем, что она превратилась в такую болтушку? Она снова попыталась убрать руку, но Джейсон ей не позволил.

– Джастина, – сказал он спокойно. – Подожди. Я могу кое-что сказать? Последние десять лет я провел за созданием игры про магический мир с драконами и людоедами. Нормальный человек такого сделать не смог бы. Два ближайших моих друга, которые, так случилось, работают со мной, носили заостренные уши и ноги хоббита на все офисные встречи. А я – страдающий от бессонницы трудоголик без души, как я уже и говорил. Так что немного баловства с черной магией в свободное время совсем для меня не проблема.

Джастина боялась верить ему. Но она прекратила попытки отодвинуться от него. А гнетущее чувство сходило на нет. Ее пальцы теперь наслаждались теплом его ладони. И она не собиралась отступать.

Никто из них не собирался.

Все оставшееся время ужина Джастина чувствовала себя опьяненной – и не от двух бокалов вина. Разговор уже проходил без усилий и без неловких пауз. Оказалось, что Джастина и Джейсон любили одинаковую музыку. Джейсон пытался объяснить своей спутнице, что аниме – это форма искусства, стилистическое преувеличение, выросшее на японской каллиграфии. Она все-таки согласилась посмотреть «Ходячий замок»[«Ходячий замок» – полнометражный аниме-фильм.].

Есть мужчины настолько красивые, что им и не надо быть сексуальными. Есть мужчины настолько сексуальные, что им и не надо быть красивыми. С этим же мужчиной становилось понятно, что жизнь была не справедлива: он был одним из прекраснейших творений природы; Джейсон вытянул генетический лотерейный билет.

«Никто бы не осудил меня, если бы я с ним переспала. Это красивое лицо, эти руки... Даже я бы себя за это не винила...»

Они заказали один десерт на двоих: фруктовый пай, украшенный апельсиново-имбирным мороженым. Первая ложечка лакомства растаяла на горячем языке Джастины.

«Я хочу поцеловать его», – подумала она, беспомощно уставившись на его четко очерченные губы.

Пытаясь хоть как-то отвлечься, она спрашивала его о семье, маме, а он любезно отвечал. Его маму звали Амайя, что в переводе с японского означало «ночной дождь». Она была доброй, но довольно холодной женщиной. Она содержала дом в чистоте, а на столе всегда стояли цветы в вазе.

«Я хочу лечь с ним в постель и почувствовать его руки на моем теле. Я хочу почувствовать его везде. Хочу ощутить его дыхание на своей коже».

– Твои родители любили друг друга? – выдавила она. – У них отношения хотя бы начались с любви?

Джейсон покачал головой.

– Мой отец всегда думал, что если он женится на женщине, в чьих венах течет и японская кровь, то у него будет послушная жена. Вместо этого у него была несчастная жена.

«Я хочу почувствовать, как он двигается во мне; увидеть удовольствие на его лице. Я хочу, чтобы он дразнил меня, пока я не буду умолять его о большем».

– Зачем она вышла за него?

– Думаю, это был вопрос времени. Она была одинока, а он сделал ей предложение. Она не отказала.

– Я бы никогда не согласилась, – сказала Джастина.

– Ты никогда не была такой одинокой, как она. Она была чужаком. Большинство членов ее семьи жили в Японии.

– Я была такой одинокой. Когда ты ни к чему не привязан. Иногда ночью появлялось такое ощущение, будто ты вот-вот умрешь. Ты настолько одинокий, что даже начинаешь смотреть на тех людей, на которых раньше клялась не обращать внимание. Поэтому ты загружаешь себя работой, проходишь всякие тесты в журналах и ненавидишь парочки, которые носят тупые футболки с признаниями в любви и которые выглядят абсолютно счастливыми друг с другом даже в очереди...

Джастина резко замолчала – Джейсон взял ее руку в свою. Он смотрел на нее не отрываясь, его большой палец описывал мягкие круги на ее ладони, которая стала слишком чувствительной.

Она с ужасом поняла, что разговаривала далеко не шепотом – разглагольствовала на весь ресторан. Об одиночестве.

«Духи, пожалуйста, просто убейте меня тут».

Она такое не выдержит. Ей нужно срочно уехать из страны и поменять имя. Это единственное правильное решение.

– Обычно на первом свидании я так не делаю, – прошептала она.