Чтение онлайн

— Разумеется, дядя, — сказала я, почувствовав, что он ждет обещания от меня.

— Ладно. Тогда слушай внимательно и ты сама убедишься, где тут правда, а где выдумка.

У матери твоего жениха, леди Тефаны, есть сын от первого брака, Хлимер. Наследство отца ему не досталось, и леди привезла его с собой в Ульм. А еще у нее есть дочь Лизана, на год моложе твоего жениха. Лизану мать обожает не меньше, чем ненавидит Керована. Она обручила дочь с кем-то из своего рода, спит и видит, чтобы наследником объявить ее мужа в обход Керована. Ульрик считает, что она готова на все ради этого, но ничего не может сделать, так как очень уж неосторожно она действует, а он любит сына и вовсе не хочет, чтобы его лишили наследства. Вот он и готовит ему защиту, которая будет действовать, если самого Ульрика не станет. Если Керован породнится с нашим домом, у нас хватит сил поддержать его в борьбе за трон.

Ты знаешь, что лорды никогда не признают достойным трона урода или калеку. Вот леди Тефана и твердит всем и каждому, что ее сын урод и чудовище. Очень неглупо, если она и вправду не хочет допустить его к трону. Торосс наслушался этой болтовни и пришел ко мне требовать разрыва помолвки. Я обещал Ульрику никому не говорить о его домашних неурядицах, и потому просто посоветовал Тороссу не трепать зря языком. Но тебе-то он, вероятно, успел наболтать достаточно.

Я покачала головой.

— Я не стала его слушать. Все, что он мог мне сказать, я уже слышала от его сестры в Травампере.

— Леди Мет рассказала мне об этом, — он совсем успокоился, и я чувствовала, что ему неловко за свой крик. Разумеется, он никогда не признается в этом, но я уже научилась хорошо понимать его.

— Видишь, какие идут слухи! — продолжал он. — Конечно, не мне судить Ульрика, но на его месте я давно бы заткнул рот его леди. Помни, девочка, я посватал тебя за вполне достойного человека. Тебе уже скоро ехать к жениху, поэтому поменьше слушай досужую болтовню. Теперь ты должна понимать, откуда они идут.

— Я рада, что ты объяснил мне это, — ответила я.

Когда он наконец отпустил нас, леди Мет повела меня в свою комнату и долго испытующе смотрела мне в глаза.

— Почему Торосс заговорил с тобой об этом? Он не дурачок и отлично знает, как не любят у нас нарушать обычаи. Может, ты кокетничала с ним, и он вообразил…

— Нет же, дело совсем не в этом, — и я рассказала ей, как Торосс увидел мой портрет, который я приготовила в подарок жениху, и взорвался.

К моему удивлению, леди Мет вполне одобрила мой план и даже пожалела, что никто не подумал об этом раньше.

— Если бы у тебя был портрет Керована, ты спокойно оборвала бы нелепую болтовню Ингильды, — сказала она, — и избавила себя от лишнего расстройства. Значит, Торосс взбесился, узнав, что ты готовишь подарок жениху? Похоже, этого мальчишку нарочно подослали сюда…

Я видела, что леди Мет в ярости, но так и не поняла, кто ее вызвал. Она же ничего объяснить мне не пожелала.

Скоро я закончила свою вышивку, и леди Мет очень похвалила ее, сказав, что это лучшая моя работа. Я спрятала подарок в свой шкафчик и стала ждать посольство из Ульма.

На этот раз посольство задерживалось, но когда оно наконец прибыло, оказалось, что все люди в нем новые. Все они были немолодые ветераны, уже не способные к воинской службе. И старшим приехал не Нолон, как обычно, а какой-то сгорбленный хромой старик.

С обычными церемониями он вручил мне шкатулку подарков и тут же отошел к дяде. Я слышала, что он привез ему важное послание из Ульмсдейла и им нужно немедленно обсудить новости. Сначала я подумала, что он приехал вызывать меня в Ульмсдейл, но тут же отказалась от этой мысли. За невестой обычно приезжал богатый кортеж во главе с самим женихом.

В шкатулке оказалось красивое ожерелье из янтаря и золотой кулон на цепочке. Это был очень богатый подарок, но я, не задумываясь, отдала бы его за портрет моего жениха. Я договорилась, что леди Мет устроит мне разговор наедине с этим Яго, и я сама передам ему свой подарок и просьбу. Но он до самого ужина просидел закрывшись с дядей и никто его не видел.

За ужином нас посадили рядом, и я решила договориться с ним о встрече, на которой смогу передать свой подарок. Но он заговорил первым.

— Леди, — начал он, — я передал тебе подарки как будущей леди Ульмсдейла. А лорд Керован попросил меня передать тебе подарок от него лично как своей невесте.

Я была поражена. Первое, что пришло мне в голову, что Керован опередил меня и сейчас я увижу его портрет. Но это оказалось что-то другое. Когда мы отошли от стола, Яго протянул мне маленький пакет, который был не плоский, а круглый. Я быстро развернула его и… чуть не выронила от неожиданности. В руках у меня оказался тот самый шар с грифоном, который я видела в аббатстве и потом в ночной воде волшебного источника. Я отчетливо ощутила вмешательство Высшей силы в свою судьбу, и мне было не по себе. Я продолжала внимательно разглядывать шар. Над самой головой грифона виднелось кольцо, к которому можно крепить цепь, чтобы носить его, как кулон.

— Удивительная вещь, — наконец смогла сказать я, очень надеясь, что голос не выдаст моего волнения. Не могла же я объяснить ему, где и при каких обстоятельствах я уже видела эту вещь. Чем дольше я смотрела на него, тем больше он мне нравился. Мне казалось уже, что он красивее всех моих украшений и подарков!

— Мой лорд просит тебя принять это, — он явно старался точно передать мне слова Керована, — и, если ты захочешь, носить как украшение, — я поняла, что он очень близок с моим женихом, и не решилась задавать никаких вопросов.

— Передай лорду, что мне очень понравился его подарок, — я уже достаточно взяла себя в руки, и официальные фразы легко слетали с моего языка. — Он всегда будет восхищать меня не только своей красотой, но и щедростью дарителя. — Я осторожно вынула свой подарок и вложила ему прямо в руки. — А это передай от меня своему лорду и скажи, что я жду от него того же.

— Обещаю исполнить в точности, — сказал Яго и убрал сверток.

Может, я и набралась бы смелости расспросить его, но тут пришли слуги и пригласили его в покои дяди. К счастью, о главном поговорить не успели: «к счастью», потому что ни в этот вечер, ни в следующие два дня я его почти не видела.