Чтение онлайн

— Ладно, Дашка, поносила и хватит. Нам дальше надо идти, — сказал он, и сняв с Даши цепочку, вернул ее Хрусталику.

— Что ж, не смею вас задерживать. Если надумаете что заказать, я к вашим услугам, — сказал ювелир. Ребята и гномы попрощались с хозяином мастерской и вышли на улицу.

— Так-так-так, куда же мы теперь направимся? — Борода, хитро прищурившись, посмотрел на Затычку.

— Конечно, в мастерскую нашего знаменитого оружейника Кольчуги.

Оружейная мастерская находилась на соседней улочке. Тут у Петьки глаза разгорелись не меньше, чем у Даши при виде украшений. И было из-за чего. Возле мастерской были выставлены и сабли, и мечи, и шпаги, и палаши. Клинки блестели, как зеркала. Рукояти были покрыты инкрустацией тончайшей работы, а ножны выложены перламутром и отделаны серебром и позолотой.

— Классное оружие, — похвалил Петька.

Молчаливый и степенный оружейник был доволен, что его работу оценили. Он молча поклонился. Как многие люди дела, он был немногословен и привык больше работать руками, чем языком. Кольчуга поклоном пригласил гостей зайти. При виде великолепия мастерской, Петька онемел не в силах оторвать взгляд от развешанного по стенам оружия. Лезвия мечей горели огнем, а ножны, усыпанные самоцветами, играли и переливались. В углу ощетинились копья, острие каждого из которых было тоньше иглы. На болванках красовались кольчуги такие искусные, что казалось, они сделаны из парчи, а зерцала были отшлифованы так, что в них и впрямь можно было смотреться как в зеркало.

— Ну, у вас тут лучше, чем в историческом музее! — восхищенно произнес Петька.

К мастеру подскочил Затычка и затараторил:

— Он у нас самые сложные заказы выполняет. Меч-кладенец — это его работа.

После всего, что Петька увидел этой ночью, он уже не оспаривал существования меча-кладенца. Оружейник Кольчуга обвел рукой свою мастерскую и вопросительно посмотрел на Петьку.

— Он спрашивает, что тебе нравится больше всего? — перевел молчаливый вопрос Затычка.

Петька оглядел мастерскую. Из такого великолепия выбирать было очень трудно, но тут Петька увидел кинжал, который ему сразу чем-то приглянулся. Петька и сам не знал, чем он ему так понравился, может, оттенком стали, а может тем, что особых украшений на нем не было. По сравнению с другими он был, можно сказать, невзрачный. Так или иначе, но Петька сразу же показал на него.

— Вот это.

Кольчуга с интересом посмотрел на Петьку и впервые за все это время заговорил.

— Я вижу, ты разбираешься в оружии. Во всей мастерской только этот клинок сделан из необычной стали.

— А чего в ней особенного? — спросил Петька, но Кольчуга лишь улыбнулся, молча поклонился и больше не проронил ни слова.

Когда ребята снова оказались на улице, Борода сказал:

— А не зайти ли нам в таверну Лакомки, она как раз через дорогу.

— Точно, закусить никогда не помешает, — поддержал предложение Затычка.

Нельзя сказать, что ребята очень проголодались, но при упоминании о таверне Даша опять захотела пить, а Петьке было интересно, что же едят гномы.

Возле таверны их встретил толстенький щекастый гном по прозвищу Лакомка — лучший повар в городе. В обеденное время и по вечерам в таверне яблоку негде было упасть, но сейчас все работали, и таверна была пуста. Столики были накрыты чистыми скатертями в крупную красно-белую клетку, а на окошках висели такие же занавески. Стойка, за которой восседал Лакомка, была натерта до блеска, а возле стойки висело длинное меню. Чего в нем только не было! И супы, и каши, и котлеты, и салаты, и компоты, и кисели, словом, все, что можно приготовить из овощей и фруктов.

— Где же вы все это под землей выращиваете? — удивилась Даша.

— Сами мы ничего не выращиваем. Гномы — ремесленники, а не пахари, но раз в неделю у нас бывает базарная ночь, когда все обмениваются товарами, объяснил Лакомка

— И с кем же вы обмениваетесь? — поинтересовался Петька.

— В базарную ночь кто только не собирается. Лешие с ягодами, грибами, да лесным медом. Русалки с рыбой да морскими водорослями. Маги заморские парчу, шелка, да пряности привозят. Домовые хлеб сухой приносят, что люди выбрасывают.

— Лакомка из него блюда готовит — пальчики оближите, — вставил свое слово Затычка.

— Так что вам принести? — улыбнулся Лакомка.

— Я хочу пить, — сказала Даша.

— Это я мигом, — Лакомка хитро подмигнул Бороде и побежал выполнять заказ. Через минуту он появился с подносом, на котором стояли две глиняные кружки. Лакомка поставил кружки перед ребятами и выжидательно склонил голову. Даша схватила кружку. Вода была холоднющая, — даже зубы ломило, но такой вкусной воды Даша в жизни не пробовала. Она залпом выпила все до дна, и вытерев рот тыльной стороной руки сказала:

— Вкуснее лимонада.

Петька тоже разом осушил свою кружку. Вода освежила его. Казалось, что с каждым глотком ему прибавлялось силы. Усталость как рукой сняло, будто не было долгого плутания по подземным коридорам и побега от карликов. Даже голова, которая после удара нет-нет да побаливала, теперь была ясная и свежая.

— Ну и вода у вас! Ничего лучше никогда не пил, — сказал Петька.

— Это вода из Хрустального ключа, того самого, что питал озеро. Она силы прибавляет, — сказал Затычка.

При упоминании о силе, Петька вспомнил про испытания, и настроение у него испортилось. Даша подумала о том же и внутренне вся сжалась. Ребята не знали, какие испытания им еще предстоят.

Лакомка суетился, расставляя на столе приборы, но Петька решительно отодвинул от себя тарелку.

— Ладно, хватит нам зубы заговаривать. Давайте сначала ваши испытания, — сказал он.

— Так вы их уже выдержали! — хором воскликнули Борода и Затычка.

— Когда? — так же хором удивились Даша и Петька.

— Только что. Подвеска-подковка сделана не из простого серебра. Тот, у кого в сердце есть хоть один черный уголок, не мог бы даже прикоснуться к ней. А от доброты она начинает блестеть, — сказал Борода.

— Сталь на кинжале заколдованная. Он помогает только тому, кто защищается. А если вздумаешь с ним нападать, то кинжал против тебя обернется. Его не мог выбрать злой человек, — продолжил Затычка.

— А вода из Хрустального ключа делает добрых людей сильными, и усталость снимает, а злой пригубит, — себе на погибель, — объяснил Лакомка.