Чтение онлайн

С краю площадки скопился невероятно неприятный мусор. Какие-то спутанные мокрые шевелящиеся волосы, отвратительно пахнущие свежей рвотой, нечто похожее на окровавленные кишки, дрянь, напоминающая ободранных собак... Вит догадался, что это и есть антионтроника - отходы от изменения онтологических законов. Кто знает, быть может, умные головы найдут и им применение. Нелоголазу показалось, что это сам сумбур, сконденсированный и умерщвлённый, лежит на краю площадки. Мусорная нелепость сметена могучей Изоброй и собрана в зловонную кучу.

Когда Павел объявил, что площадка нормализовалась, все, кроме Фила, бросились к нему, подхватили его на руки и несколько раз подбросили. Философ был грузен, и его быстро опустили на землю.

Силён, брат!
– похвалил его Гусаров.
– Я, честно признаться, не верил, что у тебя получится. Ай да башка!

Он в "Межмирторге" самым умным аналитиком был, ничего удивительного, - улыбался Игнат.
– Такие задачки раскусывал! Половина дилаперов ему жизнью обязана. И премиями.

Вит молча пожал руку Павлу. Все слова уже сказаны, добавить ему было нечего. Нелоголаз посмотрел на алогометр. Прибор показывал алогию в один балл. Норма. Мир в радиусе тридцати метров снова стал абсолютно нормальным.

Гусаров, заметив, что Вит смотрит на прибор, очнулся от эйфории. К нему снова вернулась деловитость и решительность.

Ладно, порадовались и хватит, - сказал он сурово.
– Пора за дело приниматься. Паша, где связь?

Павел достал из рюкзака аппарат межмировой связи и начал его настраивать.

Ты хорошенько проверь состояние, - посоветовал вездесущий оперативник.
– Через такой сумбур пробирались, мало ли что.

Я что, маленький?!
– возмутился философ и тут же остыл.
– На вид вроде всё нормально. На батарейках апельсины не выросли, и корпус остался пластмассовым, а не пряничным.

Что-то бубня себе под нос, Павел начал возиться с аппаратом. Он щёлкал тумблерами, нажимал какие-то кнопки. Всё это он проделывал не спеша, и это вывело из себя Гусарова.

Ты побыстрее не можешь? Два часа будешь копаться?!

Тогда сам делай!
– надулся изобретатель.

"Сперва добейся" - это не отговорка, - парировал оперативник.

Подстегнув философа, деятельный Гусаров обратился к Игнату:

А ты, болезный, придумал, как спасти мир?

Дилапер угрюмо отвернулся.

Жаль, то ты не такой умный, как наш Павлик. Через часок мы переместимся на Землю. Павлика я отмажу, а вот ты, родной, через пару часов будешь сидеть в "обезьяннике". А потом, дилапер, загремишь ты на наш славный Север и будешь махать кайлом лет так с десяток, если не больше. Заработаешь туберкулёз, это уж как водится...

Тут Павел закричал так, что все подпрыгнули.

Я догадался! Это горловина вещевода, а не Врата!

Гусаров подскочил к нему с состаром наготове.

Какая горловина? Где?

Вит огляделся, но нигде открывшейся горловины не увидел. Откуда ей было взяться, горловине, когда ещё связь не налажена.

В Либре сказано, что Лепест проявился из Врат и принёс в этот мир Изобру, - возбуждённо проговорил Павел.
– Что-то мне не давало покоя. Всё время эти Врата не выходили из головы.

Причём тут Либра?!
– раздражённо спросил Гусаров.
– Ты связь настроил, книгочей?

Да при том, - оставив аппарат, проговорил философ, - что Врата - это горловина. Лепест - не бог, не создатель, а такой же забредыш, как и мы. Только он прибыл из очень развитого мира. Может, цивилизация в том мире поднялась выше разума, как разум у нас на Земле поднялся над жизнью, а жизнь - над неживой природой...

Ну, понёсло опять тебя в диалектику!
– рассердился оперативник.
– Дай-ка сюда аппарат. Толку от тебя...

Но тут настала очередь Игната поразить всех. Дилапер подскочил к Павлу, схватил его за грудки и заорал:

Что ж ты раньше не додумался, умник?! Ведь это спасение! Всей Земли нашей спасение! Ведь наш мир уже спасён!! Как ты не поймёшь, дурень ты хвостатый!

Гусаров и Вит, ничего не понимая, смотрели на орущего Игната.

Но то, что произошло через секунду, вообще ни в какие ворота не лезло. Воздух над путешественниками задрожал, и на нормоплощадку выпухнуло много людей. Полтора десятка гвардейцев во главе с полковником Гведом и собственной персоной Лар. На последнем была надета коричневая гвардейская одежда. Заметив своего начальника в таком обличье, Павел застыл над недонастроенным аппаратом.

Лар, заметив произведённый эффект, улыбнулся и представился:

Гвардии генерал Лар прибыл проконтролировать ход эксперимента.

Гусаров, увидев гвардейцев, упал на землю и прицелился. Генерал Лар кивнул, и на Павла с Игнатом тут же нацелились с десяток гвардейских состаров.

Не торопись, забредыш!
– покачал головой генерал.
– Или тебе не жалко друзей? Встань, брось оружие и сделай десять шагов вперёд.

Видя абсолютное преимущество противника, оперативник медленно поднялся и, оставив на нормализованной траве состар, побрёл к гвардейцам. Его моментально взяли на прицел трое, а Лар, не обращая больше на него внимания, подошёл к Павлу.

Ну, как результаты, подчинённый?
– ехидно спросил он.
– Где расщепа, которая расщепляет сущности? Мне нравится делить массу на гравитационную и инерционную. Где двойняк, который генерирует дуализм любых сущностей на манер корпускулярно-волнового?

Но Павел, оцепенев, во все глаза глядел на генеральские погоны начальника.

Ты разве в Гвардии?
– выдавил он наконец из себя.

А ты не знал?
– притворно удивился Лар.
– Ах да, я же забыл тебе об этом сказать! Вот растяпа! Извиняюсь, конечно. Теперь всё время буду ходить в форме, чтобы не было недоразумений.

Лар по-хозяйски оглядел нормоплощадку и снова повернулся к Павлу:

А ты в самом деле умён! Я в тебе никогда не сомневался. Научиться управлять онтологическими законами - это многого стоит. Я тебе премию выпишу: смену белья, две, нет, три банки пива и блок сигарет. Здорово, правда?

Генерал явно чувствовал себя хозяином положения, поэтому он играл с забредышами, как кошка с мышкой.

Я всегда говорил, что ты - полезный человек, хотя и неполноценный. Увы, у нас в Гвардии полно горлопанов, которые мизинца твоего не стоят, - Лар не обратил внимания на нахмурившегося полковника Гведа.
– По мне, так пусть человек будет неполноценнее некуда, лишь бы работал мозгами на благо народа. К сожалению, горлопаны этого не понимают.