И 7
Шрифт:
Еще раз я выстрелил уже под самый конец, для теста всадив пулю в горб на спине самого крупного и светлого роккта, что торопливо уволакивал куда-то в завалы обмякшее тело недомута, то и дело насаживая труп на торчащую отовсюду арматуру. Моя пуля вошла во вздутие и… монстра подбросило на метр и аж выгнуло, хотя на вид в том горбе не могло скрываться ничего жизненно важного. Упав на бок, а не на лапы, тварь тяжело поднялась, шатнулась и, забыв про изломанный труп, слепо ринулась вперед и успела все же утечь в один из темных провалов, хотя и поймав задницей мой финальный выстрел.
Поднявшись, я зашагал к броневику и прикрывающей его накренившейся танкетке — ее вел самый сообразительный из недомутов Хорхе водитель, что никак не мог успеть набраться опыта. Он и встретил меня рядом с машиной, виновато разводя раздутыми руками:
— Рыскнуло и я…
— Еще раз покинешь машину без приказа — даже сука горящую и раздавливаемую — убью — пообещал я, проходя мимо.
— Понял! — рявкнул недомут уже из входного люка — Осознал!
Махнув рукой Рэку, я двинулся в авангарде, держа дробовик наготове и четко следуя неглубокой длинной ложбине, что подобно гигантскому шраму тянулась поперек улиц и зданий. Перешагивая обломки, обходя деревья, я двигался прямо, зная, что нас прикрывает группа Ссаки, что наблюдала сейчас затылок моего шлем в оптику.
Показавшихся из бурой и чем-то похожей на полураздавленную касатку с каменными плавниками постройки кропосов прикончили именно ссаковцы, как их теперь называли, что вот уже как несколько часов таскали на кирасах, шлемах и рукавов грубо нарисованные бутылки с уже зажженным коктейлем Молотова. Причем бутылка была из-под виски, а пламя синим.
Рэк горестно возопил о нарушении несуществующих традиций и попрании сексуального равноправия и толерантности, но к его злому бреду никто не прислушался и тогда он потребовал от жирного недомута помощника придумать к ночи эмблему в пять раз круче, иначе он ему мозг через ноздри вынет.
Но первым был Хорхе — эмблему его группы я увидел еще ранним утром, когда мы только покидали бараки. Эмблема изображала задницей насаженное на гаечный ключ существо, что каким-то странным и даже извращенным образом умудрилось оказаться похожим сразу на тварь Мутатерра, мута и люда. Существо кричало во все три пасти и такое проявление эмоций не удивительно — судя по рисунку ключ был опутан раскаленный колючей проволокой с очень длинными шипами.
Каменный шрам привел нас к входу в длинное серое здание, а значит и к взрывающемуся сундуку с семеркой на верхнем этаже. На нижнем находилось сразу два контейнера с тройками и их мы вскрыли в первую очередь. Оценив добычу, я сразу отдал ее Рэку, а тот уже наспех разделил между своими, оставив себе лишь пару пластин болеутоляющего, что-то пробормотав про нужды старой подземной крысы Рухи.
Сундук с семеркой оказался посреди небольшого гнезда вивер, но пули и картечь мы на них тратить не стало — хватило двух зажигательных коктейлей, чтобы выжечь небольшую комнатушку с пробитыми стенами. В какой уже раз я отметил, что расположение сундуков неслучайно — их намеренно пихали в такие места, что будут облюбованы опасным зверьем. Если этаж первый — значит, там кропосы, роккты или же придется прорубаться через колючие ядовитые заросли. Если этаж верхний — жди вивер и предпочитающих высоту мелких и опять же невероятно ядовитых змеек, которых мы еще не видели, но были предупреждены сурверами.
Сам сундук порадовал меня огнестрелом. И я лишь ухмыльнулся в рожи сунувшихся к сундуку «наблюдателей» из Форта. Нет. Три тактических пистолета-пулемета под девять миллиметров останутся в отряде. По одному на каждый десяток. Свое решение я сразу и озвучил, остальное из сундука отдав сопровождающим нас крысам, которые, неумело скрывая недовольство, все пересчитали. Там еще было немало, включая неплохую экипировку, но я пусть и с трудом, но промолчал и позволил крысам все утащить в броневик. Я знал, я отлично знал, что мое решение забрать самое вкусное никому из верхушки Форта не понравится, но… они промолчат. И будут молчать до тех пор, пока я притаскиваю им из руин Мутатерра хотя бы большую часть — пусть изредка и изымая кое-что редкое. И я знал, что с каждым новым днем я стану получать от них все больше карт, а условия будут все щедрее — тут немного постарается Хорхе, а еще сработает привыкалка — гоблины быстро привыкают получать что-то сладкое, не прилагая при этом никаких усилий. Сидишь себе в Форте и обеими лапами гребешь под себя…
Покинув здание, мы миновали еще один залитый почти вечным железобетоном крохотный сквер и вышли на параллельно идущую каменному шраму улицу, что была зажата между однотипными невысокими зданиями из светлого крошащегося коралла. Эти четырехэтажки были напечатаны века назад — легкие, долговечные, дешевые… самое-то для бюджетных плавучих городов для псевдо-среднего класса.
Стоило на выйти на середину улицы, как из накрененного здания выскочило три протяжно застонавших роккта. Еще четверо показались за нами. И вся семерка с двух сторон ринулась на нас, причем ринулась гребенкой, умело перекрыв всю улицу. С позиции Ссаки ударили выстрелы, мы щедро добавили того же, одновременно смещаясь под защиту техники. Крутнувшаяся танкетка ударила в косматый бок монстра, сбивая его и наваливаясь сверху. Еще раз повернувшись, машина встала боком и приняла на себя таранный удар, защитив группку прижавшихся к боку броневика недомутов. Пятясь, двумя злыми очередями прочертив бока двух рокктов, я отшвырнул в сторону замешкавшегося недомута, а сам подпрыгнул, пропуская несущуюся тварь под собой, успев всадить две пули в мясистый горб. Роккт завалился, заскрежетал рогами по битому камню, а я уже палил в окна второго этажа типового здания.
Дерьмо…
Гребаное сука однотипное дерьмо.
Одни и те же постройки для одних и тех же гоблинов прошлого.
Одна и та же общая похоже методика атаки для уже двух убежищ — пусть и с небольшими модификациями под условия Мутатерра.
У плуксов та же самая сука фишка. Один умный координатор руководит тупыми исполнительными бойцами, что не знают страха.
Как там мне говорили разумные машины?
Они любят вечерком поболтать в своих закрытых каналах «Чисто для Управляющих?». Обмениваются данными… И пусть Формоз не выходил на связь, это не мешало здешнее двуликой суке Управляющей напитываться данными и тут же внедрять их в дело.
Но где здесь лабы?
Не помню…
Но знаю, что уж чего-чего, а вот лабораторий в Формозе очень немало. Их тут раза в четыре больше, чем в других убежищах, где исследования вообще не планировались. Зачем исследовательские лаборатории в типовых глобальных убежищах? Это все придумалось позднее — и пример брали с Формоза.
Но не факт, что где-то скрытые здешние лабы еще работоспособны.
Вряд ли.
Ведь еще я помню те чудные сука открытия в джунглях и на Вест-Пик. По приказу Первого сюда на Формоз отправлялись сотни контейнеров с самой затейливой убойной херней. После того что здесь сделали с его любимой дочуркой Первый возжелал превратить это место в живое воплощение ада для всех тех, кто посмел посягнуть на самое дорогое.
И глядя на Мутатерр — на его «приветственную зону» — я верю, что у Первого это неплохо получилось. Самой невероятной хрени тут в избытке. Но еще я понял, что Формоз обломал все надежды Первого. Прямо сука с хрустом обломал.
Почему?
Да потому что все здешние твари распределены по отчетливо видимым зонам.
В Гнойном Каньоре — свое дерьмо.
В Дублине вообще ничего — не считая прущих из руин редких рейдов.
Мутатерр — тут полно всего и с каждым днем мы делаем все новые чудные открытия, от которых в изумлении корежит рожу и жопу. Но при этом все твари не пытаются соваться за пределы своей зоны — в Дублин не залетает ни одна из вивер. А ведь они быстрые. А кропосы? Одна большая стая кропосов, что так легко двигается по здешнему хаосу, столь же легко прорвется через фланговые завалы до Дублина и вмиг окажется на оживленных улицах. И начнется бойня… но нет… кропосы вместе с рокктами в обнимку сидят в Мутатерре и ждут, когда мясо само придет к ним в пасти.