i 8e8e7994a237c5f3
Шрифт:
Через минуту Эрик снова вышел, теперь почти полностью забрызганный кровью.
– Нашел еду?
– все также деловито спросил он.
Изаат помотал головой.
– А чего ждешь?
– удивился Эрик.
– Дети когда последний раз ели? Мы выехали-то в обед, а сейчас часов шесть уже. Давай, посмотри, о семье тоже надо думать.
Изаат медленно пошел к двери, не спуская взгляда с налетчика, но тот, уже забыв о нем, открыл новую дверь.
В проходе было пусто, только возле распахнутой левой двери лежал маленький синий тапочек. Изаат заглянул внутрь и тут же отвернулся. Ничего страшного он не увидел, только оголенные до колен женские ноги и красное пятно, расползающееся по полу, но воображение быстро дорисовало остальное. Вторая дверь справа, сказал он себе, просто чтобы хоть что-то сказать и не дать подступившему безумию взять верх над рассудком. Еще несколько шагов по коридору, эта дверь тоже открыта, Изаат зашел внутрь и остановился. Прошла секунда, другая, пока все осколки безумного калейдоскопа сложились в понятную картину, Изаат согнулся и отправил на пол содержимое желудка.
– Что же это, господи?
– сказал он вслух дрожащим голосом и попятился.
Рука сама захлопнула дверь, Изаат продолжил пятиться к выходу из здания. Перед глазами застыла картина кухни с какими-то корзинами, большими кастрюлями на очаге, подвешенными над ними черпаками, большими и маленькими сковородками. К одной из корзин прислонился сидящий на полу дородный мужчина, обеими руками державший выползшие из распоротого живота синеватые кольца кишечника. Голова у него заканчивалась нижней челюстью и лежавшим сверху неправдоподобно длинным языком. Остальное валялось сзади, в корзине со свеклой. Рядом лежал еще один мужчина, с отрубленными по колено ногами. Кажется, он пытался ползти, потому что за ним тянулся кровавый след, а нижней части ног поблизости не было. Чуть дальше, за очагом Изаат успел заметить распластанную женскую фигуру, но к счастью никаких ужасных подробностей не разглядел.
– Зачем они так?
– вырвалось у него.
В этот момент его ноги зацепились за порог, и он вывалился на улицу. В голове словно включили звук, снова послышались крики, людей продолжали убивать, а он зачем-то пошел внутрь, оставил жену и детей одних, лишь бы не злить этого маньяка. Его подхватили чьи-то руки, Изаат вскрикнул, не сразу сообразив, что это Дилен помогает ему подняться.
– Ты в порядке?
– спросила она громким шепотом.
Изаат кивнул.
– Надо уходить, - так же шепотом сказал он.
– Куда?
Взгляд Изаата упал на повозку и четверку лошадей. Обратно до городка на них можно добраться, но что дальше? Они уже продали все свои вещи, домой их никто не повезет. Да и что скажут подельники Евора, увидев их одних на повозке? Там они проживут ненамного дольше.
– Надо спрятаться, - решил он.
– Здесь больше не от кого прятаться, - раздался за спиной глухой голос Димы.
Изаат резко повернулся, мысленно обругав себя за то, что не взял на кухне что-нибудь, сошедшее за оружие. Но человек в капюшоне снова прошел мимо, и руки его были пусты. Он скрылся в коридоре, из которого вышел Изаат.
– Ты, что опять ничего не взял?
– недовольно спросил Эрик.
Изаат снова повернулся, второй убийца шел к нему, забрызганный кровью с головы до ног, словно древний бог войны.
– Эй, как тебя? Димон!
– крикнул он в проход.
– Захвати еды детям!
Дима вышел, держа в одной руке большое ведро с водой, а в другой лепешку и кольцо колбасы.
– Получше ничего не было?
– проворчал Эрик, передавая еду Изаату.
– Детям вредно всухомятку...
Изаат вспомнил трупы внутри, и от этого "вредно всухомятку" едва не засмеялся безумным истерическим смехом. Убийцы склонились над ведром и принялись смывать с себя чужую кровь.
– Отпустите нас...
– робко сказала Дилен.
Эрик поднял голову.
– А кто вас держит? Вы откуда вообще?
– Из колонии, - ответил Изаат.
– Из Новой Хивы.
– Трансгрессор с односторонним движением?
– спросил Дима.
Изаат кивнул.
– Как же вы тогда вернетесь?
– удивился Эрик.
– У меня есть код, - сказал Изаат и тут же прикусил язык, эти люди и за меньшее убьют.
– Индивидуальные коды на каждого.
– А сюда чего потянуло?
– спросил Эрик, наклонив голову и ковыряя в ухе пальцем.
– Колония обречена, - ответил Изаат.
– Ресурсов следующему поколению не хватит.
– Что это за колония такая?
– поднял брови Эрик.
– На мертвой планете, что ли?
Изаат снова кивнул.
– Смысл тогда туда возвращаться?
– спросил Дима.
Изаат посмотрел на здание "пригорода" и вздохнул.
– Нам некуда больше идти.
– Да брось!
– непринужденно сказал Эрик.
– Это тебе только кажется. Или ты думал, в их сраном городе тебе вольготно заживется? Взрослый же человек. И умный. Давно пора перестать в сказки верить.
– За что вы их?
– набравшись смелости, спросил Изаат.
– Работа такая, - пожал плечами Эрик.
Дима поднялся, отряхнул свое пальто, и скрылся в коридоре. Изаат переминался с ноги на ногу. Вроде бы эти люди не желали зла ему и вели себя куда приличнее, чем Евор и его дружки, но они только что без какой-то видимой причины перерезали не меньше сотни человек, с таким видом, будто тараканов морили.
– Там, откуда вы, для нас найдется место?
– спросил он наконец.
– Это вряд ли, - покачал головой Эрик.
– Но не бросать же вас здесь.
– Что-нибудь придумаем, - добавил вышедший Дима. В каждой руке у него было по корзине с припасами.
Глава 2
Картинка расплылась, я проморгался и вытер выступившие слезы. Отец, сидевший в кресле напротив, оторвался от созерцания ветки сирени, залезшей в приоткрытое окно, и посмотрел на меня.
– Неплохая история. Где ты ее откопал?
– Принесли, - неопределенно ответил отец, и снова посмотрел в сад.
– И что я должен из этого вынести?
– Ничего, - сказал отец. Кажется, настроение у него сегодня не очень. Он пригладил волосы, в черных волнах которых начали пробиваться отдельные седые волоски, и забарабанил пальцами по столу.
Я мысленно пробежался по всей истории, пытаясь найти где-то подвох.
– Не понимаю. Причем тогда здесь мы? Это как-то связано с историей города?
– Нет, - вздохнул отец.
– Это было три недели назад.
– Три недели?
– удивился я, а потом перевел взгляд на стиснутую в руках грязную рубашку с пятнами крови. Действительно, вещь довольно новая.
– Где все это произошло?
– В Пустоши.
– Понятно, что в Пустоши. История ведь про дикарей.
– Я вспомнил слова про "пригород".
– Кстати, почему они считают себя частью города?