i d22eb7fa14baa6c4
Шрифт:
Пусть наш дом и закрыт как только можно. Отец с Оливером постарались, сделали
крышу и обшивку из прочного металла. Двойная дверь — тоже их заслуга. Хотя, обычно, Хладные не лезут в дома. Им хватает дурочек, которые делают вылазки из дома в ночь.
Так же еще остались те беспутные мамаши, которые не заботятся о своих детях. О своих
дочерях. И они выходят в темноту.
Я подбегаю к дверям больницы. Они стеклянные, но забиты деревянными балками.
– Помогите!
– кричу я, стуча по ним кулаками. За дверьми слышатся шагами, что
шаркают по кафелю.
– Кто там?
– Эй! Кто там? Откройте! Здесь плохо человеку! Это моя сестра. Ей десять!
– кричу я, что есть мочи.
Пару балок быстро убираются. В их проеме появляется голова доктора. Он не молод, но довольно крепок. Его халат белый, но с какими-то маленьким желтыми пятнами. Нет
времени, чтобы его застирать. Работников нашей больницы на окраине очень мало. Кто-то
ушел в центр, а кто-то стоит на защите стены. Женщины же не работают здесь. Слишком
опасно.
Женщинам разрешено лишь работать на огромном консервном заводе, куда их заводят
каждый вечер и закрывают за ними тяжелые двери. Руководство говорит, что те в
безопасности там. Что они охраняют мою мать и тех женщин, которые не могут сидеть
дома, пока их мужья работают или несут службу.
Служба на стене — это самое прибыльное дело. Но туда сложно попасть и еще
сложнее вернуться.
Постоянные вылазки Хладных. Это все беспокоится правительство во главе с нашим
мэром. Их всего семь. Семь городов, что связаны собой под землей. Семь остатков
районов огромных мегаполисов, которые спели обнести стенами от Хладных. Семь мэров.
И они правят нами, напоминая нам, что лишь благодаря им, мы живы.
– Что случилось?
– оглядывает нас доктор.
– Моей сестре плохо!
– Заходите! Быстро!
– он оглядывает улицу.
– Вы одни?!
– внезапно осознает он.
– Да. Наша мать на ночной смене в «консервке».
Он кивает, думая о чем-то своем. Я залезаю внутрь. Осторожно, стараюсь на задеть
Несс. Она стонет. Ее глаза закрыты.
– Клади ее сюда!
– приказывает мне врач. Он помогает мне уложить сестру на каталку, что стоит здесь рядом.
– Быстрее! Сюда!
– зовет он кого-то себе на помощь. Молодой
человек выбегает из коридора. Он тут же оценивает ситуацию.
– Клайв, у девочки скорее
всего острый аппендицит! Быстрее на стол!
Клайв, худой и высокий как жердь парень, кивает и везет мою Несс куда в глубь
больницы.
– Виви!
– зовет меня сестра, приоткрывая глаза на секунду.
– Я с тобой, принцесса!
– кричу я ей в ответ. По ее щекам текут слезы. Мои щеки тоже
мокрые от слез.
– Жди здесь! Мне нужно идти!
– строго говорит со мной доктор.
Я знаю почему он это говорит. Он не хочет, чтобы я вышла отсюда одна и ночью. Там
для меня опасно.
Я киваю.
Он, довольный мои благоразумием, кивает в ответ и быстрым шагом скрывается в
коридорах больницы.
Я опускаюсь на старую и довольно грязную скамейку, что стоит в холле больницы.
***
Запах рвоты Несс, что у меня на плече и стекает вниз. Нужно замыть свой свитер.
Я поднимаюсь и бреду вперед по коридору, чтобы найти нужную мне дверь туалета.
Там раковина. Там вода. Мне бы не помешало и попить.
Вижу табличку. Туалет.
Толкнув дверь, я обнаруживаю маленькую комнатенку, где едва помещаются унитаз и
раковина.
Зеркала нет. Как и света. Лампочка перегорела. И менять ее никто и не думает.
Стараюсь как могу смыть с себя зловонную жижу. Через несколько минут мне это
удается.
Мою тщательно руки и наклоняюсь, чтобы напиться. Мне душно. Страх за сестру еще
не отпустил.
Выхожу из туалета.
Ноги едва двигаются, но я хочу вернуться обратно на ту лавку, что стоит в холле. Я
хочу прилечь. Если получится, то поспать. Время близится к двенадцати ночи.
Как только я достигаю свое цели, ко мне выбегает тот молодой паренек-санитар, что
помогал доктору. Кажется, …Клайв.
Он смотрит на меня.
– Ты сестра пациентки?
– окидывает он меня недовольный взглядом.
– Да, - киваю я ему.
– С ней все будет хорошо. Простое отравление. Ей промыли желудок. Она останется
тут до утра.
– Значит, я тоже останусь тут до утра!
– ставлю я его в известность. Он нервно дергает
плечами. Ему это явно не нравится. Отчего же?
– Иди домой. Тебя потеряют.
Он — дурак или ему настолько плевать на жизни других? Он же знает о запрете и
Хладных. Знает, какая опасность мне грозит.
– Я не пойду. Останусь здесь.
– Как хочешь!
– слишком резко отвечает он мне. Парень быстро разворачивается, чтобы уйти.
Я устраиваюсь на лавке, чтобы хоть немного вздремнуть.
Завтра я получу взбучку от брата и мамы. Но сейчас я не хочу думать об этом.
Едва мои глаза закрываются, я проваливаюсь в сон. Я слишком устала и мои нервы на
пределе.
***
Меня будят голоса. Шепот, что похож на жужжание пчел. Я приоткрываю глаза.
Доктор крадется, а рядом с ним спокойно шагает сильный высокий мужчина.
У парня, которому я на вскидку даю лет двадцать пять, хорошо развитая мускулатура.