Чтение онлайн

Константин Деметриос и Александр стояли у распахнутой входной двери. К приему гостей все было готово. Сколько таких вечеринок уже было организовано на вилле Деметриоса! Все было выверено и отлажено до мелочей. И напитки, и закуски, и приглашенный оркестр, и ковровая дорожка на ступеньках, чтобы дорогие гости не запачкали обувь о красноватую почву Ставроса, и живые благоухающие цветы повсюду, и внимательные официанты… Константин Деметриос никогда не жалел денег на свои вечеринки, и попасть к нему на виллу мечтали все его знакомые без исключения.

Но сегодняшний праздник должен был стать особенным. На нем Деметриос собирался официально объявить, что полностью отходит от дел и передает управление своей компанией и ее филиалами Александру. Однако это было еще не все. События последних недель заставили расчетливого бизнесмена уйти на второй план, уступив место заботливому отцу…

Константин Деметриос пожелал встретиться с брошенной дочерью, примириться с ней и обеспечить ее будущее. Он предусмотрел все варианты. Если Пенелопа не захочет его видеть и наотрез откажется ехать с Александром в Грецию, он должен был предложить ей порядочное денежное содержание. Его родная дочь не будет ни в чем нуждаться.

Те же самые деньги Деметриос планировал выделить Пенелопе, если встреча с ней разочарует его. Впрочем, он считал, что так, скорее всего, и будет. Какой могла вырасти девочка вдали от отца, с такой матерью как Элизабет?

Но к знакомству с реальной Лиз Морадо Деметриос оказался не готов. Девочка очень походила внешне на Элизабет, единственную женщину, которой когда-либо принадлежало его сердце, но без ее глупости и алчности. Константин Деметриос за свою жизнь научился разбираться в людях, и никакое притворство не смогло бы его обмануть. Лиз сразу вошла в его сердце и прочно обосновалась там. Ее манеры немного шокировали его, а неожиданные заявления забавляли. Она была милым, взбалмошным ребенком и прелестной девушкой одновременно. Она была именно той дочерью, которую ему хотелось иметь. Разумом Константин Деметриос боялся поверить своему счастью. Он был осторожным, недоверчивым и проницательным человеком. Но сердце его уже принадлежало Лиз и требовало, чтобы он восстановил справедливость. Не просто денежное содержание должен он дать дочери, а подобающее место в обществе. Он обязан изменить завещание и уравнять Лиз в правах с Александром. Так как она слишком юна и неопытна, чтобы справиться со своей долей его состояния, он назначит Александра ее опекуном.

Эта мысль нравилась Деметриосу все больше и больше. Все равно кому-нибудь придется заботиться о Лиз, когда его не станет, и Александр подходит для этой роли как нельзя лучше. Деметриос был уверен, что он не станет возражать. У мальчика никого нет в целом свете, если не считать корыстных родственников, и после его смерти он будет совершенно одинок. Лиз станет для него сестрой. А может быть, и не только… Константин Деметриос не хотел торопиться с выводами, но кое-что в поведении и Лиз, и Александра указывало на то, что молодые люди неравнодушны друг к другу. Это было бы настолько чудесно, что Деметриос запрещал себе думать об этом, чтобы потом не испытать горького разочарования.

В любом случае сегодня он официально представит Лиз как свою дочь и наследницу. Она слишком долго прозябала в безвестности, и ему следует поспешить, если он хочет порадоваться ее успехам на светском поприще…

Константин Деметриос взглянул на настенные часы. Без пятнадцати шесть. Вот непослушная девчонка! Скоро приедут первые гости, а она до сих пор копается! Он повернулся к Александру, чтобы выразить свое негодование. Но ничего сказать не успел, потому что сзади раздался звонкий голосок Лиз.

– Извините, я немного опоздала.

Деметриосу даже не надо было смотреть на дочь, чтобы понять, что выглядит она бесподобно. В глазах Александра как в зеркале отразилась ее красота. Деметриос никогда не видел подобного выражения на лице сына. Восхищение, любование, благоговейный страх – все сплелось в тугой клубок эмоций, в центре которого Константин Деметриос разглядел любовь…

– Девочка моя, ты восхитительна! – вырвалось у Деметриоса, когда он повернулся к Лиз.

Александр молчал. У него не было подходящих слов, чтобы описать свои чувства. Восхитительна, божественна, великолепна, очаровательна – все это годилось для кого угодно, но только не для Лиз. Она была выше всяких слов и комплиментов. Такую красоту можно было лишь принизить сравнением. Ей можно было только поклоняться…

А Лиз в свою очередь не могла отвести глаз от Александра. В черном смокинге и белой рубашке он был очень похож на жениха, не хватало только белоснежного цветка в петлице. Черно-белое сочетание удивительно шло ему. Хотя, тут же спросила себя Лиз, что бы ему не пошло?

Она тихо поздоровалась с Александром и встала рядом с отцом. Когда Деметриос давал последние указания дворецкому, Александр шепнул девушке.

– Платье действительно замечательное. Беру свои слова обратно.

Лиз покраснела от удовольствия. Она была немного обижена тем, что Александр не сказал ни слова, когда увидел ее. Неужели у него не нашлось для нее ни одного комплимента? Но сейчас все обиды были прощены. Он признал свою ошибку, он искренне любовался ею, и Лиз почувствовала, что вечеринка для нее удалась, даже еще не начавшись.

Первые гости действительно появились в шесть часов. Давний партнер Константина Деметриоса с супругой и дочерью. Лиз быстро оглядела молодую красивую гречанку, увешанную бриллиантами, и нескромно решила про себя, что Артемида Аруполос не выдерживает с ней никакого сравнения. Константин представил свою дочь Аруполосам, и девушка искренне насладилась их изумлением.

До семи часов Деметриос, Лиз и Александр встречали гостей. Лиз уже давно перестала запоминать новые имена и лица. Кого только она не успела повидать за один короткий час! Пожилые влиятельные мужчины склонялись над ее рукой, их жены всех возрастов и дочери ревниво оглядывали ее с ног до головы, пытаясь найти хоть один недостаток. У женщин были все причины негодовать. Мужчины молодые и не очень столбенели при виде Лиз и не пытались скрыть заинтересованность, чтобы не ранить чувства своих дам.

На этой вечеринке Лиз была королевой. Не вспоминая больше о своих ролях в театре, она инстинктивно сдерживала резкие жесты и громкие слова. Не сознавая того, Лиз Морадо давала отличное представление. Роль дочери миллионера удалась ей на славу, все ее Федры и Таис не могли сравниться с Пенелопой Деметриос.

Однако не только сногсшибательный успех у мужчин пьянил Лиз. В конце концов, она всегда пользовалась популярностью у сильного пола. И посетители бара хромого Джо в Фениксе, и эти богатые и влиятельные друзья Константина Деметриоса были, в сущности, сделаны из одного и того же теста, и утонченная красота Лиз действовала на них одинаково. Но впервые в жизни Лиз чувствовала, что она не одна в этом мире, что есть люди, готовые позаботиться о ней просто так, не рассчитывая на ее благодарность. С правой стороны от нее стоял отец, с левой – Александр, и Лиз знала, что она надежно ограждена от похотливых взглядов и неприличных предложений, которыми изобиловала ее прошлая жизнь. Все эти толстяки и смазливые юнцы не постеснялись бы предложить ей денег, если бы встретились с ней там, в Америке. Однако здесь она находилась на недосягаемой высоте, была для них объектом рыцарского преклонения и обожания…

Вечеринка была в самом разгаре, когда подъехала последняя, опоздавшая гостья. Она не понравилась Лиз с первого взгляда. Было что-то хищное в глубоко посаженных черных глазах незнакомки, ярко накрашенных полных губах, ее стремительной походке и властных манерах. Лиз была одной из первых, кто заметил ее. Женщина по-хозяйски ворвалась в дом, не дожидаясь того, чтобы дворецкий чинно проводил ее к Константину Деметриосу для официального приветствия.

Лиз беседовала с Артемидой Аруполос, которая многословно рассказывала ей о своем единственном путешествии в Нью-Йорк, и краем глаза следила за незнакомкой. Она была очень эффектна в своем темно-красном платье с большим разрезом, открывавшим крепкие ноги при каждом шаге. Черные густые волосы женщины были убраны в высокий хвост, и эта простая прическа смотрелась более стильно, чем закрученные локоны Артемиды Аруполос, заколотые на затылке.