Чтение онлайн

– Ваши способности делают вам честь. Немногие в Тайном Городе рискнули бы совершить кражу из зоны Кадаф. Не говоря уже о том, чтобы совершить ее успешно.

– Комиссар поймал меня, – напомнила Инга.

– Сантьяге просто повезло, – махнул рукой Кумар. – И он это понимает. Иначе он сжег бы вас прямо в Александровском саду.

Алир жил в Тайном Городе намного больше рыжей и знал, что говорит.

– А мое предложение? – Робко спросила девушка.

– Вы поставили меня в сложное положение, – покачал головой художник. – Скажите, вы видели те четыре Яйца, которые забрали у несчастного Юрбека?

– Разумеется.

– Ваше впечатление?

– Они совершенны, – грустно произнесла Инга, догадываясь, куда клонит Кумар.

– Теперь вы понимаете, как трудно мне расстаться со своим экземпляром? – негромко спросил Алир. – Принадлежащее мне Этническое Яйцо – уникальное произведение выдающегося мастера. Гения. Оно неповторимо. Оно вдохновляет. Оно единственное.

– Есть еще пять, – буркнула девушка.

– Продайте их мне, – оживился шас.

– Боюсь, это невозможно.

– Вот видите.

– Но ведь есть другие пасхальные яйца работы Фаберже! – отчаянно воскликнула рыжая.

– Мне дорого именно это, – пожал плечами Кумар. Чувствовалось, что разговор начинает его тяготить. – Вы мне понравились, Инга. Честно, понравились. Но чем вам помочь, я не знаю. Продавать Этническое Яйцо я не стану. Предложите мне что-нибудь взамен.

– Что?

– Не знаю! Не знаю! Что-нибудь такое же уникальное. Такое же совершенное! Такое же неповторимое! Не знаю!! – Алир резко развернулся и не прощаясь направился к ожидающей его свите.

Инга разочарованно кивнула и потащилась к выходу.

Заметив, что маэстро освободился, директор выставки немедленно вытолкнул ему навстречу маленького толстяка лет тридцати с испуганными голубыми глазами:

– Господин Кумар, это Саша Антипов. Он ставил свет на ваши работы.

По выражению лица директора было понятно, что проштрафившийся Антипов отдан на заклание и он нисколько не удивится, если Алир убьет несчастного прямо сейчас. Но то, что сделал Кумар, повергло директора в шок. Пару мгновений художник приглядывался к голубоглазому, а затем кивнул:

– Распорядитесь, пожалуйста, чтобы нам принесли кофе. Вы пьете кофе, Александр? Принесите много кофе. Нам предстоит серьезная работа.

Четырехкомнатная квартира Леопольда Владимировича Загорского, располагавшаяся в одном из самых престижных районов столицы, досталась ему в наследство от отца, занимавшего в имперские времена не последнюю ступеньку в Министерстве иностранных дел. После смерти супруга мадам Загорская предпочитала жить на даче в Сочи, и московская недвижимость поступила в полное распоряжение Леопольда, ставшего к тридцати семи годам вполне сложившимся лоботрясом. В свое время мальчик мечтал выучиться на журналиста, окончил соответствующий факультет МГУ, но особых талантов в себе не открыл и погрузился в богемный образ жизни, изредка разражаясь критическим статьями ни о чем. Главным же достоинством Загорского-младшего было огромное количество друзей, таких же великовозрастных шалопаев и богемных тусовщиков, как и он сам. И именно это достоинство использовал Адольфус Пукос, превративший сына дипломата в одного из самых успешных своих драгдилеров. Очень успешных. Адольфус даже представить себе не мог, кем можно будет заменить Загорского, но приказы Крысауласа не обсуждались: раз Езас решил избавиться от всех засветившихся на «стиме» барыг, значит, так оно и будет.

– Изящество, Даниил, изящество! – мягким голосом произнес Леопольд, нежно перебирая пальцами кудрявые волосы юноши. Загорский обожал мыть своих друзей. – Вы должны быть стильным, подчеркнуто стильным. Только стиль отличает цивилизованного человека от варвара. Господи, как много еще у нас варварства!

Сидящий в ванне юноша томно потянулся под умелыми руками любовника.

– Лео, кажется, звонят в дверь.

– Да. – Загорский прислушался к мелодичному шептанию дверного звонка. – Я пойду посмотрю, а ты поплещись пока без меня.

Он ласково провел ладонью по плечу Даниила, поправил шелковый халат, вышел в коридор и заглянул в глазок. На площадке стоял Адольфус Пукос.

«Сегодня мы не договаривались о встрече».

Леопольд распахнул дверь:

– Адик? Не ожидал тебя увидеть, дорогой.

– Срочное дело, – улыбнулся белокурый здоровяк. – Ты один?

– А что за дело?

Пукос резко втолкнул Загорского в квартиру и ввалился следом. В дверном проеме выросли еще две массивные мужские фигуры.

– Адик, что…

– В спальню его!

Сопровождавшие Адольфуса бандиты молча зажали перепуганному Леопольду рот, подхватили его под руки и потащили в дальнюю комнату. Через пару секунд Пукос услышал два приглушенных хлопка: сын дипломата закончил свои земные странствия.

– Лео, кто пришел? – Из ванной высунулась голова Даниила.

Адольфус смерил обнаженного юношу презрительным взглядом и коротким, резким ударом отправил его на пол.

– Не надо…

Пукос выстрелил Даниилу в голову, вернул пистолет в кобуру, достал сигарету и прикурил. В коридоре появились бандиты.

– Мы закончили.

– Сейф?

– Вскрыли.

– Наркота была?

– Немного.

– Заберите. Нам лишние следы ни к чему, – распорядился Адольфус, стряхивая пепел в ванну. – Кто остался по списку?

– Вагиз и Жозеф.

– Вы проверили, где они?

– У Жозефа труба не отвечает, – доложил один из бандитов, – а Вагиз уехал, приедет только вечером прямо в «Лунную заводь».

– Почуял чего? – насторожился Пукос.

– Нет. У него баба дачу снимает где-то в Апрелевке. К ней подался.

– Ладно. – Адольфус задумчиво посмотрел на мертвого юношу. – С Вагизом я разберусь сам, а вы езжайте за негром.

В квартире Монастырева никого не было. Кортес аккуратно закрыл за собой дверь, бросил связку отмычек в барсетку и стал медленно спускаться по лестнице на первый этаж. Краткий осмотр жилища показал, что бывший химик отнюдь не бедствовал: дорогая электроника, престижная мебель, увесистая пачка банкнот во встроенном в стену сейфе. Наемник не упустил ни одной детали и теперь был абсолютно уверен в том, что именно Монастырев работает на наркоторговцев.