Чтение онлайн

– Остальные тоже случайно…

– На ближайшем перекрестке разворот.

– Сеня!

– Перестраивайся! Молодец. Только в следующий раз давай не через сплошную.

– Постараюсь… – пробормотала я, разворачиваясь и направляясь в обратную сторону. – Ну, короче… Еще один с работы. Попросился помыться, когда воду отключили.

– Тоже остался?

– Ага.

– Всех мужиков к себе селишь? А нормальные у тебя были? Здесь, давай, ищи место для разворота в три приема. Не забудь пропустить встречку.

– Нет, не всех! – возмутилась я. – Были нормальные! Я как-то поехала на вечеринку в загородный коттедж и послала там нах одного наглого товарища. А он сказал, что вообще-то я пришла на его день рождения…

– Ну ты даешь…

Я привычно переключала передачу на заднюю, выруливала, снова на переднюю, разворачивалась и…

– А чего он мне сигналит? – обиженно надулась я, глядя вслед белому «мерседесу», который специально газанул, обгоняя меня – как хвостом махнул.

– Дебил потому что, – отмахнулся Сеня. – И чем кончилось с посланным?

– Он потребовал поцелуй в качестве подарка и извинения, – пожала я плечами. – Ну и… Завертелось. Самое смешное, что я узнала, как его зовут только через пару дней. Зато потом пять лет вместе прожили.

– А почему разошлись?

– Долгая история… – уклонилась я от ответа. – Тут куда поворачивать?

– По знакам, – широко улыбнулся Сеня. – Какие тут знаки?

– Синенькие.

– Так!

– Только направо, – вздохнула я.

– Куда ты опять тормозишь?

– Там голубь!

– Улетит.

– А если не улетит? – заупрямилась я. – Он пешком дорогу переходит. Давить его, что ли?

– Дави!

– И котиков давить?!

– И котиков.

– Ну вы, Арсений Владимирович, и зверь… – протянула я. – Еще скажите, самокатчиков можно давить.

– Этих – особенно можно! – разрешил он. – Какую машину собираешься брать, кстати?

– Китайца! Чтобы знаки показывал! – фыркнула я.

– Да ну этот хлам… Давай я тебе подборщика подгоню, возьмешь японку подержанную.

– Хочется новенькую!

– Ага, тебе новенькую хочется, а сама на первом свидании в койку прыгаешь. Нет, чтобы…

– Беречь себя до свадьбы? – закончила я. – Вот не надо людей с машинами сравнивать. Вещь это вещь. Это просто функционал. А я личность.

– Все мы друг для друга только функционал…

– Философ вы, Арсений Владимирович…

– А вы, Вера Сергеевна, вертихвостка.

– Слово шлюха вам остатки приличий не разрешают произносить?

– Остатки вашей оплаты за курс вождения. У нас еще пять занятий.

– Шлюха, Арсений Владимирович, отдалась бы красивому мужику за тачку. Не китайца и не подержанную японку. А я дура.

– Чего это? – покосился Сеня. – А что – тебе предлагали? – И тут же дернулся, чтобы перехватить руль. – Веруня!!! Смотри, куда перестраиваешься! Вмажешься сейчас в этого красавца – я в жизни не расплачусь!

А я смотрю.

Очень внимательно смотрю.

Только не в зеркала и не по сторонам. А на золотистый «майбах», за которым я свернула, даже не задумавшись, будто коза на веревочке.

Паника накрывала меня волнами: сначала жар до кончиков пальцев от мысли о том, что это машина Филиппа, потом ледяная волна по позвоночнику, когда я поняла, что реально чуть не устроила аварию, потом дрожь в руках, когда я выкручивала руль, чтобы вернуться в свою полосу и обморочная слабость, накатившая, когда уже все вроде кончилось, я встала на свое место в потоке, набрала безопасные сорок в правой полосе и смогла выдохнуть.

«Майбаха» тем временем и след простыл.

Отлично. Еще его тут не хватало. Мы и без того выехали на дорогу, которую Сеня называл «обучающим отрезком», а я «дорогой позора».

Каждые сотню или две метров ее правая полоса то становилась парковочной, то, напротив, парковка там была запрещена. И дорогой инструктор использовал это остроумное решение как тренировку. Перестраиваться я ненавидела до одури, постоянно забывая порядок действий.

Сначала в зеркало, потом поворотник, потом опять зеркало, потом руль… Так, стоп, а если пока я включаю поворотник, уже кто-то появился? А если я первый раз посмотрела в зеркало – а там свободная дорога, и надо бы уже смещаться, а поворотник я не включила? А если включила, посмотрела в зеркало, а там все забито и никто не пропускает? Так и ехать с поворотником как дура – до упора?

В общем, где-то через три минуты попыток запомнить, когда надо успеть перестроиться до знака, когда после, всякие золотистые «майбахи» вылетели у меня из головы вместе с их владельцами «из ада».

Ну и в конце концов, Москва – город большой, тринадцать миллионов человек. Не один же он такой – золотистый? И только у Завадича?

– Опять не успела перестроиться! Верунь, все же просто! Бросила взгляд, если никого нет – лезешь! – командовал Сеня. – Нет, Верунь, опять слишком рано поворотник включила. Минус один балл на экзамене!

– Да к черту экзамен! – психовала я. – Давай я водить сначала научусь, а потом будем про экзамен думать!

– Моя задача – тебя натаскать. Потом делай со своими правами, что хочешь. Ой, смотри, какая собачка в розовых сапожках!

– Сеня! – рыкнула я. – Какая, к херам, собачка! Я глаза от дороги боюсь отвести!

– Не притормозила у пешеходного перехода, – парировал Сеня. – Минус семь баллов, конец экзамена.

– Зато притормозила у трамвайных путей! – похвасталась я.

– Да, трамваю лучше уступить, он большой, железный и тормозить не умеет. А вот пассажиры мягкие, маленькие и ненужные, согласен. Но у ГИБДД почему-то другое мнение. На ближайшем перекрестке направо.