Чтение онлайн

В конечном итоге, вопрос стоял так, спасутся ли Старх и его приближённые, не говоря не только о людях вообще, но и об остальных талхах.

Темнело. Луж всё чаще посматривал на главу Ордена, но тот по–прежнему был погружен в свои мрачные думы. Между тем, Старх осознавал, что от него ждут мнения по поводу предстоящей остановки на ночь, когда её сделать, и нужна ли она вообще.

Когда Старх, наконец, отстранился от мыслей о мальчике, сосредоточив внимание на предстоящей ночёвке, один из талхов, ехавших в арьергарде, приблизился к карете и сообщил, что их процессию нагоняет всадник. Это был гонец, как раз подошло его время, и Старх приказал остановиться.

Талхи замерли, растворяясь с подступавшей ночью.

Спустя минуту послышался отчётливый галоп. Старх определил направление и нахмурился, сердце сжалось в нехорошем предчувствии. Всадник приближался с севера, и хотя это ещё ни о чём не говорило, и это направление вполне мог выбрать гонец со стороны Антонии, Старх сказал себе, что этот человек принёс сведения из тех мест, откуда исходили последние данные. Если так, значит, мальчик действительно отклонился к северу, а близость Столицы тем более была нежелательна.

Старх вышел из кареты, желая первым услышать новые сведения. Гонец, не видевший ожидавших его людей, останавливался резко, подняв облако пыли, и конь его громко заржал, встав на дыбы. Гонец быстро слез с него, отыскал взглядом членов Совета и на секунду замер в низком поклоне.

— Говори, — нетерпеливо потребовал Старх.

Гонец привстал, снова поклонился и только затем заговорил:

— Севернее Столицы началась эпидемия странной болезни, у которой нет названия. В тех землях паника. Правитель, говорят, взбешен, — гонец вежливо замолчал, предоставляя членам Совета возможность проанализировать услышанное.

Тягучая, как сироп, тишина расплылась меж людей и ветвей ближайших деревьев. Слышалось лишь прерывистое дыхание гонца, запыхавшегося, как и его лошадь.

Вот он конец Мира, подумал Старх. Его предчувствия, к сожалению, не только оказались верными, но и, в некотором роде, запоздали. Предпринимать столь радикальные меры, судя по всему, надо было пораньше.

— Это же болезнь, которая упоминается в Пророчестве, — прошептал Уинар, то ли спрашивая, то ли утверждая.

Ему никто не ответил. Это было и так ясно. Известие на какое–то время обдало их души смрадным дыханием, заставившим талхов осознать себя уязвлёнными и слабыми, даже несмотря на их «просветлённость» в сравнении с простыми смертными. Жуткое, непозволительное мгновение, казалось, жаждало длиться сколь угодно долго, но его прервал Старх:

— Продолжай.

Гонец медлил, и глава Ордена быстро спросил:

— Это всё?

Гонец в очередной раз поклонился.

— Есть непроверенные сведения, что мальчик, нужный Ордену, какое–то время был в руках гвардейцев Правителя, но они его упустили. От Драго не поступало сведений после того, как он покинул Антонию. Тот же человек в Лакаслии, согласившийся за плату передать сведения от Уда, сообщил, что они с Драго якобы покинули город. После чего прошло уже много времени, но больше от них ничего нет.

Каждая фраза, казалось, издала холодный свист меча, рассёкшего воздух у самого горла. Мальчика схватили псы Правителя! На мгновение Старх почувствовал холодок на спине, хотя от подобной реакции избавил своё тело ещё в юности. Драго и Уд канули в неизвестность, и молчание, исходившее от них, действительно длилось долго. Но мальчик…Где же сейчас мальчик? Вот почему ребёнок отклонился к северу. Его схватили! И повезли в Столицу! По дороге он сбежал! Как ему это удалось? Гвардейцы, в особенности те, кому поручили искать ребёнка, вряд ли были нерасторопными глупцами, они знали, кого им суждено везти с собой. И всё–таки мальчик перехитрил их.

Конечно, Старх не знал подробностей, и они могли всё просто объяснить, однако эта деталь, бегство мальчика, горячей иглой вонзилась в его мозг. Ощущение разбавил Луж, что–то заговоривший, помогая себе жестами.

Старх вскинул руку и произнёс:

— Подождите! Времени мало. Нам надо поспешить. К Лакаслии. У кого другое мнение и почему? — Старх обвёл взглядом членов Совета. — Так, вижу, возражений нет. Отлично. Детали обсудим по дороге.

Тряска была адская. Прежде они так не разгонялись даже на самых свободных участках. Карета неслась, прорезая собой лесную тьму, и за ней едва поспевали всадники.

Старх, молниеносно реагирующий на любую информацию, не позволил истратить на разговоры и лишней минуты. Ясно было, что остановки ночью не будет. Они получили новые сведения, и глава Ордена, до этого немного сдерживавший процессию, как будто наверстывал упущенное. В конечном итоге, он оказался прав, ведь решение, так или иначе, получилось бы именно таким.

Он сидел хмурый, и Луж с Унаром почему–то не решались прервать эту паузу. Между тем им было, что обсудить.

Наконец, Старх поднял голову, глянул на своих сподвижников, как бы говоря, что они могут прервать молчание.

— Старх, — заговорил Луж. — Я могу ошибаться, но не кажется ли тебе, что Уд и Драго снова могли отклониться к югу вслед за мальчиком? Раз уж он сбежал от гвардейцев?

Старх кивнул.

— Вероятность высока. Но это всего лишь вероятность. Надо ждать гонцов, и лишь затем что–то менять. Может случиться, что мальчишка где–то поблизости от Лакаслии, ведь так?

Луж кивнул. Старх добавил:

— Если так, чем раньше мы там окажемся, тем лучше. На месте мы разберёмся быстрее, кроме того, сокращается расстояние, которое необходимо преодолевать гонцам. Конечно, может оказаться, что мы спешили не в ту сторону, но точно также может оказаться, что мы потеряли время, когда остановились на ночлег.

Старх неожиданно сделал странный жест рукой.

— О, Небо! Всё это не важно, это всё мелочи. Вы думаете совсем не о том, талхи!

— Не о том? — недоверчиво переспросил Уинар.

— Как бы самой серьёзной проблемой не стало то, что мальчик сбежал от гвардейцев.

Уинар вопросительно смотрел на главу Ордена.

— Правителю не повезло, согласен, но что в этом такого серьёзного для нас?

— Ты считаешь, гвардейцы — раззявы? Да, они — не талхи, но стеречь мальчишку, это не самое сложное в их службе.