Чтение онлайн

– Ника, ты моя гостья, я бы даже сказал, почетная гостья – делай все, что тебе угодно. В твоем распоряжении весь мой бар, – сказал напоследок Смерчинский.

Парни скрылись в комнате, чтобы обговорить свою «проблемку» наедине, без лишних ушей, и последнее, что слышали обе девушки, были слова Петра, что про «крысу он осведомлен более чем», и ему хочется знать, как Март собирается решать проблему с клубом – «Алигьери» не нужны неприятности с представителями закона.

Ника и Лида остались в комнате одни. В ней было совершенно тихо, хотя за стеклянной стеной бесновался народ, отрывающийся под очередной задорный электронный трек.

Ника продолжала сидеть на своем кресле, задумчиво оглядывая кабинет взглядом светло-голубых глаз и сжимая в руке мобильный телефон, который ей было страшно выпускать из рук. А Лида медленно, чувствуя, как у нее кружится голова, привстала. Полет прекратился полностью. Теперь только жутко болели виски, и тяжелая лапа посталкогольного синдрома давила на затылок.

– Привет, – дружелюбно кивнула ей Карлова.

– Привет.

– Я думала, ты спишь. Меня зовут Ника, а тебя?

– Лида. Это твой парень, Никита? – полюбопытствовала тут же Лида и поморщилась от боли.

– Э-э-э… да, – отозвалась светловолосая девушка, помня, что играет роль подружки Укропа. О том, что Лида знает Ника и его настоящую герлфренд – Ольгу Князеву, она и не догадывалась. – Да, точно, мой парень.

– И… давно вы встречаетесь?

– Давно, – уверенно отозвалась Ника. – Три месяца.

Она говорила все, что сказал говорить всем вокруг Укроп, и была довольна собою.

Лида пребывала в шоке. Может, у Никиты есть брат близнец? Но довольно ехидный-таки внутренний голос тут же спросил: «Ага, брат-близнец, и тоже Никита? Оригинальные родители. Эх ты, алкашка, надралась дряни какой-то, вот и несешь фигню».

– А что? – подняла светлые тонкие изогнутые брови на Лиду Ника. – Что-то не так?

– Да нет, все так… Просто… неожиданно, что у м-м-м… Никиты есть девушка.

– А, он не хотел, чтобы все знали о наших отношениях. – Карлова подумала, что Лида и Ник давно знакомы, раз она подружка черноволосого парня в очках. И если они знакомы, то она, Ника, должна играть и перед ней роль влюбленной.

– Вот как… Ясно.

– Но я его это, очень люблю, – не преминула заметить Карлова.

– Здорово, – отозвалась черноволосая девушка.

С одной стороны, Лида начала вдруг чувствовать страх – такой, какой чувствуют путники, идущие по карте в незнакомой местности, смутно понимающие, что карта-то неправильная, но еще не осознавшие того, что заблудились окончательно. Поэтому девушка, несмотря на плохое самочувствие, хотела сбежать отсюда как можно дальше. Но с другой стороны, ей стало жутко любопытно: что же такое с Кларским и в чем он замешан? К тому же хозяин клуба, который вдруг показался ей красивым, нереально красивым, притягивал к себе Лидию, переживающую личную трагедию. Рассудительная всегда брюнетка, знавшая точно, что ей делать, пребывала в замешательстве.

«Разузнаю про Кларского и сбегу», – приняла она решение сквозь давящую головную боль и подступающую тошноту. Никита стал проявлять повышенное внимание к Машке, и Лида, как преданная подруга, хотела разобраться в ситуации. Не дай Бог, этот вечный ребенок, ее доченька, ради Клары бросит своего суперидеального Смерча (ну да, и он не без греха, но он куда лучше и перспективнее Никиты!).

– Слушай, а ты девушка хозяина этого местечка? – спросила Ника Лиду. Ей хотелось слышать хоть чей-то голос, даже этой незнакомой девушки, потому что она продолжала бояться, хотя и храбрилась назло Нику.

Лида неуверенно кивнула и взглянула в сторону двери, за которой скрылись парни.

– Слушай, Ника…

– Что?

– Мне надо знать, о чем эти двое разговаривают, – прошептала девушка в розовом платье.

– Зачем?? – не поняла Карлова.

– Надо. Очень надо. Я боюсь… боюсь, что мой м-м-м… парень изменяет мне.

– С Ук… с Никитой? – вытаращилась на Лидию Ника.

– Да нет! С девушкой одной. Короче, мне надо подслушать, о чем там эти двое говорят, чтобы понять, изменяет ли он мне или нет, – невнятно выдавила из себя Лида, чувствуя себя выжатой половой тряпкой. Ей становилось все хуже и хуже. Ее кровеносной системе явно не полюбился вкус абсента. Хотя и выпила она его всего ничего…

– А что ты от меня хочешь? – устало спросила Ника.

– Мне надо подслушать их разговор. Вдруг они там обсуждают, что поедут в сауну с девочками? Или в массажный салон к ним же… Мой парень с Никитой любит в такие места ездить, – сочиняла черноволосая девушка. В ее лице было столько муки, что Карлова даже пожалела дурочку, которая беспокоится из-за такой ерунды. Она не знала, что Лиде просто нехорошо после алкоголя.

– Ну, подслушай. Таки быть, не скажу никому. Да я, пожалуй, тоже к тебе присоединюсь. Вдруг и мой Никита тоже в какую-нибудь сауну захочет поехать, – вдруг решила Ника, подумав, что ей следует как можно больше знать о враге, запугивающем ее. К тому же она заметила, что дверь в комнату, куда удалились молодые люди, прикрыта не совсем плотно. Видимо, Петр и Ник не боялись, что девчонки вздумают подслушать их «деловой» разговор.

А они решились: одна от отчаяния, вторая из-за чувства ответственности за подругу. Голоса молодых людей раздавались не слишком громко, но разобрать слова было вполне возможно – девушкам даже не пришлось приоткрывать дверь еще.

Чем больше Лида узнавала о Петре и Нике, тем меньше чувствовала в сердце застрявшую вилку. Она как-то резко забыла о Евгении и о том, как он поступил, она даже перестала изнывать от желания узнать, что там сделала с ним охрана Петра и почему у хозяина клуба были сбиты костяшки. Она забыла, что сдуру назвала Петра хорошим и красивым, хотя сделала это искренне. Забыла о том, зачем вообще решилась подслушать этот разговор. Даже о собственной боли и тошноте не помнила!

Ника, которая и так подозревала Никиту в чем-то подобном, была шокирована меньше, хотя неприятный осадок (или даже осадочище) оставался и в ее хрупкой и вообще-то творческой душе.

Девушки не вникли во все тонкости разговора двух парней, но поняли, что молодые люди связаны с распространением наркотиков в клубе: Петр, так сказать, был «официальным дистрибьютором» Пристанской группировки, которая в свою очередь «заведовала» не только банальными таблетками и порошком, но и «поставляла» особенные ингредиенты для запрещенных коктейлей – синтетических наркотиков, продаваемых под видом алкогольных энергетиков проверенным людям. Петр «заведовал» продажей последнего в «Алигьери», получая нехилую выручку.