Чтение онлайн

Ангел как будто издевался над нами. Защищенный толщей воды и сиянием Абсолютного страха он на выбор наносил все новые и новые удары, отбирая сотни жизней. Все эти мысли промелькнули у меня в голове, когда "Шлезвиг", раньше носивший гордое имя "Айова", получил удар из-под воды. Его стальной хребет оказался переломлен пополам, а обшивка - просто разрезана, так что обломки ушли под воду, унося с собой храбрых моряков.

– Ксо!
– Я треснула кулаком по ближайшей стальной поверхности передо мной.

Похоже, я совершила очередную ошибку. Гнать меня надо из тактических офицеров. Я приказала ребятам начать синхронизацию... а надо было отправлять их ко всем западным демонам отсюда. Ну что они смогут сделать с противником, который как дома чувствует себя в среде, чуждой Евангелиону? Хотя... может еще не поздно... пока Ангел крошит флот прикрытия...

– Адмирал!

– Да, капитан Кацураги?

– Передайте на "Венчур" - пусть дают полный ход и валят отсюда к такой-то матери!

– Не поможет. У "Венчура" парадный ход - четырнадцать узлов, сейчас - дай Бог, чтобы двенадцать сделал, а эта штуковина легко обгоняет идущие тридцатиузловым ходом эсминцы. Пока транспорт в общей куче - тварь не обращает на него внимания, но стоит ему выделиться...

– Ксо!

Транспорт "Венчур". Синдзи.

Сила, порожденная гибелью тысяч людей потоком струилась через близлежащее пространство. И, внезапной вспышкой озарения я осознал, чем были действия проклятых Ангелов: это было жертвоприношение, а сами Ангелы... нет, они - не жрецы, они - жертвенные ножи, которыми неведомые, считающие себя священниками, приносят жертвы неизвестному божеству. Несомненно - во имя Всеобщего блага, ибо любому смертному, для удовлетворения самой разнузданной фантазии хватило бы и малой доли Силы, порожденной творящейся гекатомбой. Боль переломанных внезапно обретшими подвижность стальными балками, отчаянье запертых в медленно погружающихся, запертых бронированными дверями отсеках, смерть... Сила лилась сплошным потоком.

Что ж. Будь что будет, но этот нож я сломаю! Я вновь одеваю на глаза повязку, и на ней вспыхивают невидимые смертным руны, славящие Древнего Змея. Теперь Сила, заставляющая колыхаться саму ткань мира, льется и в меня тоже. Я забираю себе часть этого неизмеримого потока. Спите спокойно, храбрые воины: ваша смерть будет не напрасной, а Сила ее - пойдет на то, чтобы отомстить вашему убийце. И, клянусь, я не остановлюсь, пока не найду тех жрецов, руки которых направили этот нож! И даже не потому, что я - такой весь из себя Светлый Паладин, но потому, что они угрожают Рей! А значит, красота их еще непонятного замысла - столкнется с ужасной красотой варпа, их мечты и чаяния - рассыплются прахом под ударом боли и отчаяния, их сакральное Знание - станет пеплом, который развеют Изменчивые ветра, их кровь - прольется, а черепа - станут украшениями для Трона Черепов!

– И да не узнают они спасения и возрождения! Так будет!

– Икари! Что с тобой?!
– Голос, раздающийся сверху полон тревоги.

– Прости...
– Почти неслышный выдох, но я точно знаю, что Аска меня слышит.

– Что?! Болван! Что ты...

Поздно. Начата синхронизация высшего уровня. Я, Аска и Красная обретаем новую степень единства. Теперь я вижу не своими глазами, слышу чужими ушами, в металлических руках вибрирует квантовый нож. Я слышу и знаю то, чего слышать и знать не должен. Изменчивые ветра летят надо мной, шелестящим шепотом рассказывая мне о том, чего не могло быть. И яростный рев Вызова сотрясает небеса.

– Синдзи! Аска! Что с вами? Черт, да ответьте же!

– Мисато...
– Я вспоминаю не слышанный мной разговор на мостике "Радужного пути".
– Передай капитану "Венчура": курс зюйд, полный вперед!

– Но тогда... Тогда Ангел кинется к вам!

– ДА! Пусть приходит. Я жду его!

Немыслимыми чувствами я воспринимаю, как Духи машины, разбуженные огнем, пылающим в стальном сердце, начинают разгонять наш транспорт. И я знаю, не "верю", не "предчувствую" - просто "знаю", что Ангел сейчас, бросив недобитых жертв, поворачивает к нам. Что ж. Иди сюда. Иди! Я - жду тебя.

Авианосец "Радужный путь". Мисато.

Алая молния взлетает с борта транспорта, чтобы обрушиться на Ангела. Шестиугольный щит АТ-поля пытается задержать Еву, но разлетается мелкими брызгами радужного сияния. Над морем проносится жуткий скрежещущий вой, в котором слышна мука. Это первый раз, когда Ангел вообще издавал какие-то звуки... но при общем статистическом материале аж в шесть Ангелов, из которых ни один ни разу не повторил другого - можно ли сказать, что мы знаем об Ангелах хоть что-то?

– Ева вогнала кинжал, тщательно переработанный по наброскам Синдзи, и намертво закрепилась на огромной спине Ангела. Тварь снова взревела пароходной сиреной... и нырнула. Кабель питания начал разматываться. Ксо!

– Эй, на "Венчуре"!
– Я бросаюсь к рации, не обращая внимания на возмущенных адмирала и капитана "Радужного пути".
– Разбейте вашу лоханку в щепки, но кабель не должен оборваться!

А поворачиваюсь к морским начальника, ожидая справедливого разноса за инсубординацию... Но адмирал Шеер, однофамилец того самого Шеера, только кривится.

– Капитан Кацураги. Ваше поведение... недопустимо, но, к сожалению, не могу не признать, что распоряжения - правильны.

– ШррКхрр - Приемник зашипел, пытаясь донести до нас какую-то информацию с "Венчура".

– "Венчур"! Здесь - "Радужный путь". Не слышу вас. Повторяю: вас не слышно. Помехи!
– На этот раз коммуникацию с "Венчуром" берет на себя капитан "радужного пути" фон Рудов.

– Хррхрр ... дзи ... шрр ... пед веер шшш...

– Повторите!

Ксо! Три тысячи вечно голодных акума! В передаче явно сказано что-то о Синдзи и торпедах... но что именно? Радист "Радужного пути", спешно вызванный в рубку, несколько томительных секунд крутит какие-то ручки настройки, и на мостике авианосцу раздается четкий голос радиста "Венчура".

– Икари Синдзи запрашивает поддержку. Говорит, что сбивает АТ-поле, но до ядра добраться не может. Просит атаковать Ангела торпедами.

– Химельгерготт!
– Выругался фон Рудов.
– Торпеды с акустическими головками на эту тварь просто не наводятся, а кидать их вслепую... Я на мгновение задумываюсь, а потом меня озаряет.