Чтение онлайн

Взаперти.

Иногда он встречал других. Они были такими же несчастными, скитавшимися сначала в мире том, а теперь в этом. Они подружились и стали жить вместе. Скоро встретились иные люди (или астеры, как все живущие в новом мире стали себя называть), которые ничуть не сожалели об утрате того момента, когда свобода становится доступной. Они были искренне рады новому миру, веселились и беззаботно пели дни и ночи, танцевали вокруг костров и вели дружбу со зверьем. Логана умиляла такая беззаботность и веселость новых товарищей, но он не считал их умными. Они были глупы после смерти, как наверняка были глупы до ее прихода. Они предпочитали отказываться от бесед о смерти и свободе, которые иногда заводил Логан. Они говорили, что смерть — пройденный этап, и что они наконец обрели ту свободу о которой всегда мечтали.

Но они были глупцами.

Логан с теми, кого считал равным себе, долго скитался по новому миру, удивляясь, что все чаще встречаются ему умершие и чудесным образом вновь ожившие люди. Все было хорошо, все радовались второй жизни, и никто не враждовал меж собой, и Логан не начинал стычек, хотя иногда ему очень хотелось врезать в какую-нибудь особо счастливую физиономию. Но Логан не был злым или раздражительным, просто он, познав свободу, не мог думать больше ни о чем другом. С каждым днем он все больше уставал скитаться, уставал мечтать и жалеть себя. Наконец, в чудной долине, меж двух широких теплых рек Логан решил обосноваться. Путешествия, в которых ты ни капли не устаешь и не подвергаешь свою жизнь ни малейшей опасности, радовали лишь вначале. Затем наскучили и они. Логан решил, что раз он не смог отыскать свободы в этом мире, он будет пытаться найти ее в мире фантазий, погрузившись в него хоть навечно, если то потребуется.

Но надолго уйти в себя, погрузиться в медитацию не получилось. Один из друзей, оставшихся жить вместе с Логаном, как-то на закате дня прибежал весь взволнованный и долго пытался сказать, что его так взволновало. Когда наконец ему удалось высказаться, Логан вскочил, крылья за спиной будто по мановению волшебной палочки материализовались и раскрылись, понесли астера туда, где находился источник тревог друга. На далекой равнине, которой раньше Логан не встречал, среди цветущего луга лежало распростертое тело астера, изуродованное, изорванное в клочья. Вокруг тела разлилась большая лужа крови.

Логан тогда испугался впервые. Впервые после реинкарнации. Сколько лет уже прожил он, не старея, в новом мире, никто не знал, но ни разу он не видел в нем трупов, свежих ли, гниющих ли. Даже те звери, которых он когда-то истреблял, чудесным образом воскресали и продолжали напрашиваться в друзья.

Но этот астер был мертв.

Друг рассказал, что видел, как кошмарные существа, невиданные доселе ни в том мире, ни в этом, напали на астера и умертвили. Логан воспарил к самому небу, окинул взором долину, но не смог увидеть никаких кошмарных существ. Однако факт убийства заставил Логана и его друзей надолго задуматься о случившемся. Логан, наконец, отвлекся от мучительных раздумий и возглавил строительство первой в этом мире крепости, первого поселения, имя которому решено было дать Икстриллиум, что значило «Вечная свобода». Когда крепость была готова лишь наполовину, чудовища напали вновь…

Стояла теплая, как и всегда, ночь. Несметное количество звезд подмигивало с неба тем, кто решит посмотреть на них, ночные птицы нежно пели колыбельные в густых лесах, мирно дремали животные, растения, астеры. Но вот в круг света, отбрасываемый костром, вошли несколько существ, от вида которых хотелось дико кричать и сдирать кожу с лица. Существа принялись терзать спящих астеров, убивая одного за другим. Существа хотели не напиться крови или утолить голод мясом жертв, а именно убить.

Логан успел увернуться от двоих чудовищ и вступил с ними в рукопашную схватку. Было трудно, потому что чудовища имели острые зубы и длинные когти, а Логан — лишь могучие крылья. Но астеры одолели врагов и заставили их бежать. Астеры преследовали чудовищ до той самой равнины, где когда-то обнаружился первый труп.

Первая жертва войны.

Там, посреди равнины чудовища исчезали, растворялись в воздухе, едва перешагивали невидимый рубеж. Логан не побоялся и ринулся в погоню за убийцами, тоже перешагнул невидимую грань и оказался в совершенно другом мире.

То был мир хаоса, тьмы и боли. То был мир неизбежности, утраты и горя. То был мир, названный Яугоном. Преисподняя. Антипод второй родины Логана — Актарсиса.

И в Яугоне кишели черви, кличущие себя демонами…

Вместе с крепостью Логан принялся создавать и оружие. Он отыскал в горах Актарсиса удивительных свойств металл, из которого получались волшебные мечи. Астеры дали название своему оружию — лиандры. Каждый астер, хоть раз вступивший в схватку с демонами, получал свой лиандр и титул хранителя Актарсиса.

Шли годы, крепость Икстриллиум разрослась до невероятных размеров, а кроме хранителей появились и другие астеры. Чтобы упорядочить руководство над гарнизоном и защитить всех жителей Актарсиса от нападений демонов, появились архангелы. Долину, в которой всегда появлялись демоны, назвали Порталом и отторгли от Актарсиса, превратив в своеобразное «междумирье», пограничную зону, независимую ни от Актарсиса, ни от Яугона.

Вскоре пришли новые заботы. Те, что умирали в Срединном Мире, перестали проявляться в Актарсисе, от чего мир стал приходить в упадок. Начинались стихийные бедствия, болезни и всевозможные напасти. Проблему удалось решить, послав в Срединный Мир наиболее пронырливых астеров, которые организовали там Орден — инструмент борьбы с силами Зла.

Сами астеры считали себя воплощением Добра, о чем попытались рассказать во многих легендах и мифах Срединного Мира, и даже в священных писаниях. Своими действиями они смогли установить относительное равновесие между Добром и Злом в Срединном Мире, и такое положение дел устраивало всех. Ведь выяснилось, что Актарсис страдает не только когда умершие перестают поступать в него, а стекают в Яугон, но и в обратном случае. Когда приток душ становится слишком плотным, вновь наступает время катаклизмов и болезней. Несколько раз убедившись в негативности этого влияния, архангелы, к тому времени уже выбравшие из своего числа Светлейших правителей, всячески старались сохранить равновесие, а вновь прибывающие души лишали телесной составляющей, оставляя лишь разум и чувства.

Такое вмешательство казалось архангелам разумным.

Много битв прошел Логан, много получал ранений от существ Тьмы, с каждым разом становящихся все сильнее и хитрее. В таких битвах Логан участвовал вместе со своим другом, встреченным еще в незапамятные времена, до закладки Икстриллиума.

Им был Игнат. Веселый, общительный астер, единственный, пожалуй, из числа тех довольных реинкарнацией, с которыми Логан нашел общий язык. Вместе с Игнатом Логан заложил первый камень крепости, вместе с ним водрузил на самой высокой башне знамя Актарсиса, вместе же с ним стал первым архангелом и первым Светлейшим. Они были неразрывны, пока…

Икстриллиум разросся до таких размеров, что его стены стали подпирать небо. Логан, часто стоявший в дозоре на высоких башнях, опять стал мечтать о том утраченном некогда ощущении свободы, вновь хотел испытать его раз и навсегда, хотел уйти изо всех миров, чтобы никогда более не воскреснуть ни в одном из них. Иногда он хотел специально подставить голову под топоры демонов, но останавливался: как воину, такая смерть казалась ему неприемлемой. Он отчаянно сражался с самыми сильными демонами Яугона, но неизменно одерживал верх. Смерть не ждала его на этом поприще.