Чтение онлайн

Сантино

Я узнал о том, что Алекс, Карина и Жен уехали из города, когда на пороге моей квартиры появился приживал в лице адова дитятка. Я и в страшном сне не мог представить, что однажды стану нянькой, но обстоятельства вынуждают. Хотя, пожалуй, будь на месте братца-кролика его добрый близнец, номер бы не прошел. Здоровые и занудные люди вызывают у меня приступ неконтролируемого цинизма, а такие вот придурковатые — самое оно. Над ними даже глумиться не скучно.

Нет, это не значит, что я готов предоставить жилплощадь всем питерским уродцам, но Яна впустил, ибо начал всерьез опасаться одной блондинистой мечтательницы. Пусть лучше у меня в квартире обживаются кролики, чем Ви. С тех пор, как она влезла в ящик с моими семейниками, дабы собрать больничный, мать ее, чемоданчик, возомнила о себе бог весть что, понатащила еды и даже лишила девственности перечницу. Это стало последней каплей. Ее перец рядом с моей солью — это ладно, но черта с два в моей ванной рядом с бритвой поселится депилятор. Гладкие ножки — конечно, супер, так же, как и ежедневная порция качественного секса, но, если стоимость удовольствия неприлично завышена, стоит поискать более непритязательную компанию.

Хотя пожрать Ян мог бы и привезти, ведь это их семейка гребет золото лопатой. А фигушки: троглодит снова открывает мой холодильник и сует в него прожорливую башку в поисках еды. Когда кто-нибудь из приютских так делал, обязательно находился второй — пинающий его под зад. Иногда еще дверью припечатывал. Жаль, что на четвертом десятке лет мне быть тем «вторым» по статусу не положено, а то иногда ужасно хочется устроить одному субъекту прелести приютского воспитания и посмотреть, чем закончится образовательный процесс. Вдруг кролик человеком окажется?

— И как там? — спрашиваю по возможности бесстрастно.

— Плов уже закончился? Когда?

— Я чуть не лопнул, пытаясь доесть его, чтобы тебе не досталось.

Ян поворачивается и смотрит на меня круглыми глазами.

— Серьезно?

— Как удар по яйцам.

После моих слов братец-кролик морщится. Думаю, он вспомнил упомянутый мной коварный прием: такие, как Ян бывают биты нередко.

— Вот ведь паразит, — наконец сообщают мне.

— На месте недомерка, который опустошает мой холодильник и спит на моем диване, я бы обзываться поостерегся.

— Я мог бы спать рядышком, на кровати, — тут же находится пацаненок. — Я худой и незаметный.

А то как же. Такой же скромный и тихий, как пушечный залп среди ночи.

— Смотрю, адекватная самооценка — это у вас семейное, — фыркаю. В ответ на вопросительный взгляд приходится пояснить:

— Твоя сестра полагает себя человеком исключительно предсказуемым.

Сказал вот и жалею теперь. Потому что незачем кролику знать, насколько отчетливо я помню часы в сладких объятиях его сестрицы.

— Жен что ли?

— А у тебя есть еще?

— А тебе снова спать не с кем? Ну прости, я больше не помощник. Две, и взятки гладки.

Однако. Отбрил что надо. Иногда я задаюсь вопросом: корректно ли поступил, связавшись с блонди. И ответ таков: навряд ли. Хотя… с Жен бы в любом случае ничего не получилось, а с Ви долговременную интрижку я завязывать не планировал. Вот только когда инопланетянка увидела нас вместе на пороге палаты ее отца, разочарование в ее взгляде прошило насквозь. Она мне с тех пор всего пару фраз сказала. Да и то все больше по медицинской части.

— Короче, я в казино, а ты в магазин топай, еды купи, коли собираешься задержаться.

— Да, милый, — по-девчачьи пропевает Ян. — Кстати, что там с кроватью? На диване так неудобно…

Бормочу себе под нос ругательства. Мы действительно напоминаем двух супругов. Живем вместе, еду и походы в магазины делим, по вечерам в карты играем. Только до кровати добраться осталось.

— Я старательно делаю вид, что не слышал вопроса, сечешь?

— Ханжа, — доносится вслед.

Казино, пока я отсутствовал, не развалилось. Тем не менее работы там непочатый край. Сижу в кабинете, пытаюсь сосредоточиться, но сегодня это особенно сложно.

У меня всегда были свои любимчики, и я не видел смысла скрывать их имена. Я вообще не люблю притворяться, когда можно этого не делать. Куда там, даже школьные учителя проставляют оценки в зависимости от собственных пристрастий, с чего мне быть лучше? От того, что одних людей я люблю больше, чем других, мир не развалится. Люди не рождены равными, на своей шкуре испытал, а с вершением справедливости и защитой обездоленных не ко мне. Можно подумать, что как человек, выросший в крайне неблагоприятных условиях, я должен быть мягче, сочувствовать, но черта с два! Я не для этого рисковал собственной шкурой, чтобы теперь миндальничать с неудачниками.

А я это все к тому, что полюбилась мне одна стриптизерша. Уважаю девчонку. Лет в семнадцать выиграла какой-то конкурс красоты с подачи богатого папика, а тот поигрался с ней, сделал ребенка, да и вышвырнул вон. Но на аборт она не согласилась, и не стала упихивать сынишку в приют как последняя тварь. Теперь крутится, растит дитя, живет с матерью, терпит мозговынос и насмешки, но под общественное мнение не прогибается и жизнь себе не облегчает. Прибежит вся задерганная, синяки под глазами замажет, и давай зажигать пожары в ширинках озабоченных козлов, которые приходят пялиться на ее задницу. И все для того, чтоб в магазине конфет сыну купить.

Мальчонок, кстати, классный. Пять ему. Веселый, смышленый. И с машинкой на радиоуправлении. На нее весь персонал казино косится. Завидуют. Нет мужика, который бы не мечтал иметь сына, чтобы заполучить возможность погонять такую игрушку… В саду у них карантин, мать у Катерины заболела, и ребенка оказалось некуда деть. Привела его на работу, а я позволил. Другую бы вертихвостку вышвырнул вон вместе с приплодом, а Катьке разрешил. Хорошая она потому что. Вчера принесла для нас с Яном кастрюлю куриного супа (жаль было отдавать половину братцу-кролику, но что поделать). Так и знал, что за удовольствие придется платить, однако вчерашняя вкуснотища стоила парочки сбитых с ног официантов.