Чтение онлайн

Глубокие, жёсткие толчки наполняют тело эйфорией. Почти наркотическим опьянением. Скорость становится запредельной. Воздуха не хватает, чтобы дышать. А из глотки вырываются какие-то животные хрипы и рыки в унисон её всхлипам и громким стонам.

Ещё несколько раз толкнуться до упора, так, что яйца бьются об её мокрую плоть.

Почувствовать, как она сильно сжимает меня, охуительно долго и вкусно трясясь от оргазма. Кончает… Сжимает своей горячностью, словно сожжёт под корень.

И я плавлюсь в лаве наших оргазмов, выплёскиваясь струёй под замедляющиеся толчки.

Переваливаюсь на бок, прижимая горячее тело Кейтлин к своему. Мы будто оба искупались в бассейне: мокрые, покрытые потом, дрожащие.

— Так будет всегда, Кейтлин. Тебе нравится всё, что я с тобой делаю. И ты никуда не отвертишься от этой правды…

Кейт молчит, упрямо разглядывая стену.

— Я отправлю запрос. Нужно убедиться, что это не ошибка, что твоя… семья мертва.

— И что тогда изменится? Для меня?

— Ничего. Ты — со мной, подо мной, на мне… Так, как я скажу и захочу. Ты — моя.

Кейтлин разворачивается:

— Это была самая губительная ошибка в моей жизни — вылезти тогда вперёд.

— Предпочла бы Красный Дом мне? — спрашиваю я, наклоняясь к её лицу, и перехватываю сознание, лишая возможности соврать.

— Я бы попыталась выбраться, — поджимает губы Кейт — Если могла бы вернуться. Ни за что не шагнула бы к тебе.

— Уже ничего не изменить… И я рад. Всему. Тому, что твоя семья, скорее всего, мертва, тоже. Не надо будет придумывать нелепые оправдания своему желанию удержать тебя. Тебе никуда от меня не деться.

— Тогда наслаждайся моей ненавистью.

Я смеюсь:

— В постели она оказывается очень сладкая. А что касается всего остального…

Можешь бить меня сколько угодно, отрабатывая навыки владения силой, меня это возбуждает. Нет ничего лучше секса после небольшой схватки. Только не вреди остальным, идёт? Ты устроила занятное представление в торговом центре. У того солдата, что стоял рядом со мной, «перегорели» от напряжения зрительные нервы, лопнули глазные яблоки и повредило часть мозга. Он останется инвалидом.

— Это не я… Я на такое не способна. Я бы не…

— Я покажу тебе чуть позже видеозапись. Посмотришь, как ты не…

— Яне стану ничему учиться. Лучше заблокируй это. Вшей мне под кожу чип.

— Не-е-ет… Если я отдам такой приказ, я не смогу насладиться тобой полностью.

Не хочу лишать такого удовольствия себя. И тебя заодно…

Кейтлин выдала матерную тираду, чем немало меня позабавила: грязные словечки в её исполнении звучат, как песня.

— Завтра мы с тобой отправляемся в «Сердце Альянса».

— Я не полечу с тобой! Возьми другую игрушку.

— Полетишь.

Бессильная злоба душила меня изнутри и не находила выхода. Думать о том, что брат и отец мертвы, было очень больно. Всё было зря… Лучше было остаться на той дрянной планете и умереть, чем жить, зная, что сама послужила косвенной причиной смерти родным.

Если бы я тогда не задержалась при краже лазурита, ничего из этого бы не было.

Мы бы удачно стартовали в брюхе корабля контрабандистов, и… Не знаю, что дальше. Меня держали в неведении и заставляли жить сегодняшним днём. А я сама не задумывалась, не заглядывала далеко вперёд, довольствуясь малым.

Сейчас не осталось ничего…

— Ты меня слушаешь? — щёлкает Мёрдок пальцами у моего лица.

С неприязнью смотрю на роботизированную верную собачонку Тирана.

— Что?

Мердок кривится, сдавленно хрипя:

— Осторожнее. Вымещай свою злобу на ком-нибудь другом. Не на мне.

— Этот кто-нибудь другой получает извращённое удовольствие от всего. — огрызаюсь я.

— Так же, как и ты, — возражает Мёрдок, удаляясь от меня.

— Не!..

— Да. Судя по всему, Тиран Гай отложил разговор до лучших времён.

— Лучшие времена не настанут никогда!..

— Я бы сказал, но не могу ослушаться прямого приказа, — задумчиво произнёс Мердок, — ты чувствуешь себя значительно лучше, когда избавляешься от избытка энергии. Не так ли?

— Я бы хотела избавиться от неё навсегда. Это возможно?

— Исчерпать ресурсы подчистую? — задумался Мёрдок, — наверное, у всех существует свой предел прочности. Но не думаю, что это хорошо скажется на общем состоянии.

— Почему? С чипами же энергии будто и нет.

— Но она есть. В «спящем» режиме, образно выражаясь. Не стоит усложнять себе жизнь. Лучше подумай о предстоящем полёте. Это большая редкость.

— Я бы прыгала на задних лапках от радости. Но не сейчас, когда мои родные оказались мертвы по вине Тирана.

— Тиран отдал приказ их казнить? — поинтересовался Мердок.

— Утверждает, что непричастен. Но я уверена, что это не так. Он и не скрывает своей радости по поводу их смерти: рад, что всё обернулось именно так.

— Радоваться и быть причастным — разные вещи.

— При любом раскладе — это кощунственно, жестоко и…

— Кажется, ты говоришь обо мне, хамелеон? — послышался голос Тирана.

Он остановился в дверном проёме, сканируя меня непроницаемым взором.

Хватило одного взгляда, брошенного в его сторону, чтобы он устремил поток своего сознания ко мне и начал осторожно копаться в моей голове. Как же это раздражает: слишком приятные ощущения возникают во время контакта наших сознаний и пси-полей. Как будто одаривают щедрой порцией тепла, поглаживая и запуская его глубоко мне под кожу.