Чтение онлайн

Генерал не возражал, хоть и понимал, что время таких портфелей уже прошло, что их вытеснили чемоданчики с претенциозным названием "дипломат".

"Сколько времени у меня для чтения?" - спросил генерал.

"Временем я тебя не ограничиваю, но и не задерживай", - дипломатично ответил на вопрос Найдёнов. Генерал улыбнулся, обнял друга и укатил творить свои государственной важности дела. Проводив взглядом пылящую по грунтовке "Волгу", Владимир Михайлович добавил вслух:

"Хорошо бы эту книгу размножить каким-нибудь современным способом. Говорят уже есть такие множительные машины - "Ксероксы", - последнее предложение старый чекист произнес мысленно.

100 -----------------------------------

Только через три месяца состоялась встреча друзей. Теперь уже генерал позвонил сам и предложил встретиться в городе.

Стояло бабье лето, и в этом году оно в Ленинграде выдалось необычайно тёплым.

"Знаете, что бы я хотел с вами обсудить, - заговорил генерал, когда они уже миновали Литейный мост и, как обычно, повернули налево на набережную.
– Я хотел бы обсудить вопрос об истине".

Найдёнов радостно подхватил:

"О, это интересно. Я с этим вопросом долго возился, пока он у меня ни уложился в голове так отчётливо, что теперь я могу беседовать на эту тему с кем угодно; даже с академиком философских наук".

"С советским академиком?" - уточнил генерал и весело взглянул на друга. Найдёнов понял его юмор и, рассмеявшись, подтвердил:

"Да, даже с советским!"

Они продолжали двигаться по набережной Большой Невки в сторону гостиницы "Ленинград", которая, выстроенная относительно недавно по новым строительным технологиям и согласно современным архитектурным веяниям, не нарушала, а даже гармонировала с комплексом старых зданий на противоположном берегу. А Нахимовское училище и революционный крейсер "Аврора" в комплексе с новой гостиницей как бы демонстрировали ход истории. Здание училища имело вид дворца; и вот: революция и крейсер "Аврора" ниспровергают старый режим для того, чтобы напротив дворца могло появиться современное здание из стекла и бетона высотой превосходящее даже здание училища, не говоря уже о "Домике Петра I ", которого, хоть и не видно было с этого берега, но друзья-то знали: он там - левее Училища стоит.

101 "Восхищаюсь я Оксаной. Вот уж умная девка! Ей её учителя говорили, что истины абсолютной нет, и что истина всегда конкретна, а абстрактной истины не может быть. А она их слушала, а своё соображала: как это нет абстрактных истин?! Есть! Горячее - обжигает; железо твёрже дерева, всякая жидкость текуча, не убей, не лги, ..., ну и так далее. Да этих абстрактных истин хоть пруд пруди - их огромное множество. А то, что абсолютных истин нет, как заявляют марксисты, опровергается одним примером. Все люди смертны - вот вам пример абсолютной истины и пусть они докажут обратное, если у них критерий истины опыт, а не мнение начальника".
– Найдёнов замолчал, отдыхая от напряжения вызванного столь длительной тирадой на волнующую тему.

Генерал вдруг произнёс, как будто ставя точку в их разговоре:

"Истина - это такая закономерность, вскрытая человеком в материальном мире, или принятая им в идеальном, которая, поставленная им в концепцию поступка, приводит человека к положительному результату".

Найдёнов просиял:

"О, наизусть заучил! Похвально!" - сказал он, заглядывая на ходу в лицо генералу.

"Не заучил, а понял, - поправил его генерал.
– Только вот я пока не понял что такое критерий. Вернее - понять-то понял, но вот определение не знаю, и в книге его не встретил".

"О, это просто, - встрепенулся Найдёнов.
– Критерий - это средство для проверки достоверности знаний".

Генерал на мгновение задумался, а затем, улыбнувшись, сказал:

"Действительно - просто. Опыт - это средство для проверки достоверности знаний".

Найдёнов хмыкнул и сказал: "Нужно с Оксаной по этому поводу поговорить".

Стал накрапывать дождь. Найдёнов с укором взглянул вверх.

"Э, чёрт, и поговорить не даёт. А зайдём-ка в гостиницу. Там должен быть ресторан", - и он вопросительно взглянул на спутника.

102 "Есть ресторан и хороший, - сказал тот, - но только вот там прослушка под каждым столиком стоит".

"Да?!
– удивлённо-вопросительно воскликнул Владимир Михайлович и добавил, - что-то я совсем уж чутьё потерял".

Генерал застегнул пиджак костюма и раскрыл зонтик:

"Пойдём, я знаю тут не далеко забегаловку. Там перекусим и дождь переждём".

Мужчины перешли дорогу, и генерал повёл своего друга на проспект Карла Маркса. Увидев табличку с названием улицы, Найдёнов удовлетворённо произнёс:

"Очень подходящее для темы нашей беседы место", - сказал он.

Генерал взгляну на табличку, улыбнулся и кивнул головой в знак согласия.

Пройдя несколько сот метров по проспекту, названному именем их идеологического противника, друзья остановились у входа в один из советских пунктов общественного питания. Задрав голову, Найдёнов вслух прочёл:

"Пышечная, и тут же добавил, - ну, чтож, я пышки люблю, особенно запивая их кофе".

Генерал занял место за столиком у окна, а Найдёнов, отстояв небольшую очередь, на подносе принёс по пять горячих пышек и по стакану напитка, который в прейскуранте именовался "кофе с молоком".

"В чём мы расходимся с марксистами, - продолжил Найдёнов разговор приглушённым голосом и, загибая пальцы, стал считать, - Первое, у них вечных неизменных истин нет, а у нас есть. То есть у них истина всегда относительна; а мы говорим, что есть абсолютные истины. У Ленина, например, истина "не убей" исторически обусловлена, а мы говорим: нельзя убивать людей, не может быть такой исторической необходимости. Второе, у них истина конкретна, а не абстрактна, а мы говорим: есть абстрактные истины. Третье, они, также как и мы, делят истины на два вида: субъективные и объективные, однако 103субъективные истины они вообще не признают. Это потому, что они материалисты и для них не существует идеального мира, а мы говорим: мир двойственен - материален и идеален одновременно, а потому субъективные истины есть: субъект способен адекватно оценить обстановку и выдать свою - идеальную, субъективную истину", - Найдёнов замолчал.

"Ты пей и ешь, а то остынет", - посоветовал генерал. Некоторое время собеседники молча поедали вкусные пышки. Но скоро Найдёнов вновь заговорил:

"И последнее. У марксистов есть некий фетиш под названием "абсолютная истина". Что это такое они и сами не знают. Их вождь им когда-то сказал, что, мол, мы будем стремиться к абсолютной истине, но никогда её не достигнем".

"Какой вождь сказал такое?" - поинтересовался генерал.

"Ленин, конечно, - уточнил Владимир Михайлович и продолжил.
– Глупо стремиться к тому, что недостижимо".