Чтение онлайн

Мой папаша говорил: человек - такая сволочь, ко всему приспособится. Я в полной мере осознал справедливость этих слов. Когда нет выбора, поневоле начинаешь довольствоваться тем, что есть.

Через какой-то промежуток времени, казавшийся бесконечным, мне опять принесли поесть. Потом еще раз. И еще. Обед, ужин, завтрак? Неизвестно. Только по этим визитам я мог отслеживать, сколько времени прошло. Синяки пожелтели, заплывший и покрасневший глаз вроде бы тоже понемногу проходил. На мои вопросы и просьбы люди, приносившие еду, не реагировали и не отвечали.

Я перечитал все журналы и десятки раз обыскал камеру. Барабанил и пинал дверь, орал и пел песни, пытаясь привлечь внимание. Бесполезно.

И думал, конечно. Просчитывал варианты и пытался прикинуть последствия. Анализировал свои поступки, решения и возможную реакцию оппонентов. И просто размышлял о том, на что не хватало времени раньше, за бесконечной гонкой повседневности.

Если размышлять логически, у Магистра было два варианта. Первый - отсечь меня от Сферы на месяц. Тогда, по его словам, Ключ сам “отвяжется” от персонажа и вернется в схрон. При этом сценарии мне ничего не светило. Но тогда зачем меня удерживают здесь? Как запасной вариант или...? А может, он вообще врал...

Второй вариант - меня пытались сломать. Когда-то давно я читал статью про методы работы спецслужб, там упоминалось, что физическая беспомощность перед мучителями - необходимый элемент психологической ломки. За ней последуют шантаж, угрозы, давление на болевые точки - и наконец, финальный этап вербовки сломленной жертвы. Это косвенно объясняло жестокое избиение. Хотя вполне возможно, что Магистр просто выяснил правду и хотел проучить меня напоследок.

Исао при нашем последнем разговоре заверил, что у них всё под контролем. Теплилась робкая надежда, что он не обманул. Но где же тогда спецы СБ “Сферы”, полиция, почему не торопятся освобождать меня? Потеряли? Или ведут свою хитрую игру? Я не знал.

Оставалось только ждать. Если прикинуть, что кормежку приносили два раза в день - миновало не меньше трех-четырех суток ожидания, прежде чем меня вновь посетил старый знакомый.

– Выглядишь не очень, Олег, - буркнул Лев Янович, ничтоже сумняшеся присаживаясь за стол и положив на него свой небольшой чемоданчик.

– Вашими молитвами!
– криво усмехнулся я, внутренне собравшись. Раз он явился ко мне, оставив своих быков за дверью, будет разговор. И от его итогов, скорее всего, зависит моя дальнейшая судьба.

– Сам виноват. Честно говоря, ты еще легко отделался, - жестко сказал собеседник, сцепив пальцы рук в замок и пристально глядя на меня сквозь стекла пенсне.

– Спасибо и на том.

– Думаешь, тебя вытащат отсюда? Напрасно, у нас все схвачено. Я же предупреждал, Олег. Не стоило так...

– Лев Янович, давайте обойдемся без заигрываний, - прервал я его.
– Я всё понял. Что вам нужно от меня?

– Я для начала тебе кое-что расскажу и покажу. Мои мальчики - это цветочки. Взгляни-ка сюда.

Он открыл чемоданчик, повернул ко мне. Холодно блеснул металл: скальпели, зазубренные пинцеты, еще какие-то хитрые приспособления, напоминающие пыточные инструменты. Набор старого инквизитора?

Лев Янович вытащил уже знакомый инъектор и небольшой пакетик с белым порошком.

– Мы, конечно, можем тебе просто некоторые части тела отрезать, так, для сговорчивости, - холодно сказал он.
– Но тут насилие, кровь, крики, не люблю всё это. Мы же культурные, интеллигентные люди. Вот, смотри, это “ангельская пыль”. Слышал? Делаем тебе укол-другой, и ты на игле. Будешь за дозу готов сделать что угодно. Хочешь попробовать?

Про “пыль” я слышал. В новостях и фильмах. Мощнейший синтетический наркотик, запрещенный во всем мире, за последние годы он уносил тысячи жизней. Вызывал почти мгновенное привыкание. И подсевшие сгорали очень быстро.

Я вздохнул.

– Не хочу, конечно. Может, все же скажете, зачем пришли?

– А еще можно подсадить на “пыль” твою Алену, - безжалостно продолжал Лев Янович, - С ней пока еще все в порядке, пока... Догадываешься, что тогда будет с ребенком?

Я судорожно сжал кулаки, но тут же разжал, пытаясь расслабиться. Зверски хотелось броситься на него и воткнуть инъектор в кадык, но я прекрасно понимал, что мне не дадут этого сделать. Путь только один - притвориться сломленной жертвой, готовой на сотрудничество, и лихорадочно искать шанс на спасение. Очевидно, что я им еще нужен - иначе этого разговора просто не состоялось бы.

– Может, обойдемся без этого?

Я удивился, как жалко прозвучал мой голос. Главное - не пересолить, Кот, фальшь старый еврей почувствует... Играй, твою мать, старайся! Ведь от этого зависит твоя жизнь...

– Может, и обойдемся, - кивнул Лев Янович.
– Все зависит от тебя.

Условия, которые он изложил мне, были жесткими. Чего-то подобного я подсознательно и ожидал. Я возвращаюсь в Сферу и строго выполняю все указания Магистра. Никакой самодеятельности, никакой двойной игры. Никакой конфиденциальности: постоянно включенная прямая трансляция видео в игре. Регулярное скидывание логов и профайлов. Короче говоря, они хотели смотреть глазами моего персонажа и полностью контролировать все мои действия. Вообще все: за попытку выйти на связь с СБ “Сферы” или дать знать через друзей о своем положении Лев Янович обещал воплотить свои угрозы в жизнь.

– Согласен, - не раздумывая, ответил я.
– Что я, долбаный герой? Вы вернете меня домой? Меня там наверняка ищут с собаками.

– Домой? С ума сошел?
– фыркнул Лев Янович.
– Нет, дружок. Легенду для твоих близких придумаешь сам - например, что уехал в Нью-Токио. Выйдешь на связь, успокоишь. Понял?

– Понял. Что мне делать в Сфере?

– Указания даст Магистр. Прибудешь к нему завтра в полдень. С утра тебя отведут в капсулу. В игре веди себя естественно, живи обычной жизнью. Старайся не выделяться. И упаси тебя боже дергаться! Второго шанса не будет.

Из всего этого я сделал вывод, что все же им нужен. Все остальное - мишура. Зачем и насколько - будет ясно завтра после встречи с Магистром в Сфере. Тогда и сделаю окончательные выводы.

С утра меня покормили и отвели по длинному коридору в помещение, где стояла установленная капсула. Мой нейроинтерфейс, видимо, уже давно интегрировали туда, и она ждала, пока я “созрею”.

А с капсулой была засада. Модель странная, неизвестная мне - большой хромированный цилиндр, сейчас раскрытый, как устрица. Внутри я увидел необычное ложе, заполненное розовым желеобразным составом, и подвижные хоботки датчиков с присосками на концах. Выглядело вся эта машинерия необычно и пугающе.