Чтение онлайн

Всё было тихо. Казалось, это может продолжаться вечно…

Пока не появился он.

(зловещая музыка с диссонансами , сумрак , ветер )

Он пришёл в Диптаун тёмным осенним вечером, чудовищно небритый и вонючий. В одной руке он держал метлу, а в другой — бутылку с какой-то дрянью.

Гримаса отчаяния и ненависти застыла на его лице. Он безумен.

И он дворник.

Его проклятием было его Второе Имя.

( недоумевающи е прохожие, замершие в ожидании)

— Who is it? Кто это?

(и стошный крик сына пастора, больного эпилепсией)

— This is Palytch! AAAA!

Пришёл тот, кто способен превратить жизнь жителей Диптауна в ад…

— А! Это Палыч!

(паника, люди бегут)

Теперь всё изменилось. Люди боятся выходить из дому по вечерам. Горе тому, кто повстречает его…

— А! Это Палыч!

( горбатый гробовщик на кладбище )

— Своей метлой безмолвный дворник наводит чистоту и бьёт прохожих. — Зловещий блеск в глазах. — Ха, после трёх ударов метлой любой превратится в Palytch’а…

( страшные сцены превращений женщин и детей в небритого мужика)

— А! Это Палыч! Их много!

( кроваво- красное солнце над горизонтом, тысячи дворников ходят по улицам с мётлами )

Над миром нависла угроза. Правительство в панике. Люди бегут с континента.

Но есть только один герой, способный остановить это порождение тьмы.

(силуэт крепкой женщины в косынке, с ведром и шваброй наперевес , шепелявый голос )

— Где ж ты, милок?

(крупными буквами на весь экран)

БАБА ДУСЯ

С девятого июня.

Во всех кинотеатрах страны.

ЗАРИСОВКИ. Астральный дисконнект

Реальность снова ослепла.

Не видит меня.

Я пингую небеса, землю и воду, но глаза реальности не видят меня — маленькие мыслепакеты, посылаемые мной, теряются где-то в астрале, на полпути к реальности.

Может, у меня неполадки? Так. Пробуем пинговать что-то другое…

Ад и рай пингуются без проблем. Пакеты возвращаются со штатным интервалом. Значит, у меня всё нормально, и мой астрал тут не причём.

Хорошо, давайте попробуем по-другому. Давайте попробуем пинговать адрес с другой маской, может, администратор реальности переключил её на другую подсеть?

«Превышен интервал ожидания запроса».

Нет, адреса небес, земли и воды остались прежними. Это всё же реальность виновата. Не администратор реальности, а сама она — ослепшая от бесконечных ДДОС-атак глупостями человечества.

Ну, что поделать, поживём какое-то время без доступа к реальности. Не впервой. Будем надеяться, астральные техники уже нашли причину неисправности, и глаза реальности скоро будут снова зрячими.

ЗАРИСОВКИ. Яхонтовый мой

Сидит на шкафу, возмущённо глядит на меня коричневыми пуговками, моргает.

— Где мой чёрствый хлеб?!

— Я его выбросила.

— Куда?

— В мусоропровод.

Я говорю и наблюдаю за происходящем как в мутном, странном сне. Нафаня-567 объяснит мне, что это особенности работы излучения «ступы» и специальной НЛП-фразы, но это случится после, а пока… «Будет, будет тебе настоящая сказка…»

Мой возлюбленный вскакивает и начинает бегать по мебели:

— Мой «Бородинский»! Мой сладенький!

Носастая горбатая старуха, что прилетела к моей хрущёвке на гравилёте, всё ещё безумно пляшет, изображая «сказку». Манит крендельками, сыплет эпитетами. Её инопланетная инаковость может свести с ума, но цыганские песни и шаль создают ощущение уюта.

Всё меняется, когда Кузя-98 спрыгивает со шкафа и бежит в коридор.

— Держи его, хватай!

Киберскаут «Кот» начинает носиться за ним по комнате. Всё верх дном. Они выбегают в коридор; «бабушка» срывается с места и бежит за ними.

Он нужен им живым.

Я не разобралась, в каких отношениях водитель ступы-гравилёта состоит с моим постояльцем. В плане родственном — бабушка и внук. В плане иерархическом — не могла понять.

Нафаня, проходимец, двойной агент. Лишь спустя пару дней он поведал мне, что на гравилётах в их мире летают только бойцы касты инквизиторов. И что Кузя-98 вовсе не совершил боевое десантирование с целью разведки, а дезиртирствовал со станции, отказавшись совершить экстерминатус планеты.

Моей планеты, Земли. В тот миг решалось многое. Я угадала.

Оцепенение проходит. Я понимаю, что никакой сказки нет, а есть боевая операция. Вхожу в нужный режим. Вскакиваю с детского стульчика, хватаю припрятанный от мамы пулемёт. Бегу с ним в коридор, пытаясь поймать силуэты «бабушки» и «кота».

Поздно, слишком поздно. Гравилёт мелькает в окне.

Я глотаю слёзы, бью стекло на лестничной клетке и посылаю очередь в сторону гравилёта. Нет, яхонтовый мой, нет, мой милый маленький космодесантник Кузя-98, я не отдам тебя никому. И сдался мне этот чёрствый кирпич «Бородинского»…

ЗАРИСОВКИ. Табуированное лакомство жителей бункера

Вкусно пахнет, ой, что это, ам.

Посплю.

Хлоп по затылку.

— Ты съел мои крендельки?

Крендельки?! Надо соврать.

— Нет.

Быстрые, мягкие и пушистые шаги по кафелю бункера. Убегает, суетится. Конечно, вожаку сложнее всего. Реальность немилосердна ко всем нюхачам — тут тебе и нехватка еды, и вечная скука. Ещё бы — глупая, слепая реальность подземелья.

Тишина. Звуки в тишине — шебуршание фантиков, под которыми обычно спят. Шёпот и глухой шлепок по затылку, визглявый голос Лысого «Это не я!». Вот, правильно Лысый говорит, я так же скажу, если чего: «Это не я». И хоботом махну, вот так.