Иллюзион
Шрифт:
Катерина ожидала услышать от мальчишки все то угодно, но только не это. На мгновение она даже онемела. А затем, едва оправившись от сотрясения, выдохнула:
– Что?!
– Вот только попадитесь мне, маленькие поганцы! – раздался из-за угла голос Галины Петровны. Завуч быстро приближалась.
– Что слышала! – буркнул Игорь и рванул в кусты.
Катерина хотела было догнать его и заставить взять свои слова обратно, но Назаров быстро перемахнул через ограду, спрыгнул на тротуар и понесся прочь от школы.
– О чем это он? – Катерина повернулась к застывшей Наташе.
Та побледнела и настороженно попятилась назад, с ужасом глядя на девочку.
– О каком убийстве идет речь?
– Я… Не знаю… Нам тоже лучше уйти, – быстро проговорила Наташа. – Галина Петровна уже близко.
И не успела Катерина еще что-то сказать, как Наташа побежала к входу в спортзал. Остальные мальчишки к этому времени давно разошлись, на заднем дворе никого не осталось. Катерина решила, что и ей здесь задерживаться не стоит. Хватит на сегодня проблем. Она вернулась в кабинет домоводства за своей сумкой, затем вышла во двор школы и огляделась по сторонам, надеясь увидеть этого блондинистого болтуна или хотя бы его сестру, но обоих Назаровых уже и след простыл.
Ее отец убил их отца! Да у них обоих, похоже, не все дома!
Катерина никогда не слышала ни о чем подобном.
Конечно, она росла в довольно странной семье… Свою маму она не помнила, отец исчез, когда ей едва исполнилось пять лет, и о нем у нее тоже почти не осталось воспоминаний. Его образ сложился у девочки из изображений на старых пожелтевших афишах, которые все еще хранила Аглая, и нескольких фотографий в семейном альбоме. Александр Державин – высокий, представительный мужчина с пышными черными усами. Обычно он выступал в элегантном черном фраке и цилиндре. В таком виде его изображали на плакатах, и Катерина не представляла его иначе. Известный фокусник, выступающий в окружении привлекательных помощниц, выпускающий из рукавов живых кроликов и голубей. Вся его жизнь проходила на сцене театра магии «Иллюзион». По словам Аглаи, он был исключительно умен, обаятелен и галантен и умел нравиться зрителям.
Но чтобы он был убийцей? Нет, эти Назаровы точно спятили!
Однако на всякий случай Катерина решила поговорить об этом с Аглаей. Может, ей известно что-то, о чем она до сих пор предпочитала молчать?
В животе девочки вдруг громко заурчало. Придется оставить на время расследование и перекусить. Ведь стараниями Игоря Назарова пообедать в школьной столовой ей сегодня так и не удалось. Вспомнив, как славно она его сегодня поставила на место, Катерина не смогла сдержать улыбку.
Неподалеку от школы она увидела киоск, где продавали горячие хот-доги с горчицей и кетчупом. Сосиски Катерина всегда любила. В цирке они постоянно питались буквально на ходу сосисками, горячими бутербродами и сдобными булочками из буфета.
Она подошла к ларьку и заняла очередь за каким-то парнем. И лишь пару минут спустя поняла, что перед ней стоит ее недавний болельщик. Теперь она смогла разглядеть его получше. Парень оказался на полголовы выше Катерины. Густая копна черных, не слишком чистых волос закрывала его уши и падала чуть не до плеч. За широкой спиной болтался потертый рюкзачок непонятного цвета. Он вскинул руку и почесал затылок. На безымянном пальце она увидела грязную бинтовую повязку.
И надо же такому случиться! Пока Катерина его разглядывала, он забрал последние два хот-дога! Оставались только какие-то сомнительные чизбургеры, но их она терпеть не могла. Ну что за невезуха сегодня?!
– Черт! – раздосадованно выдохнула Катерина.
Парень обернулся. Сквозь длинную челку, свисающую до носа, весело сверкнули голубые глаза.
– Прости, красотка! – ухмыльнулся он и запихнул в рот сразу половину хот-дога. Затем принялся энергично жевать. – Сегодня явно не твой день! – буркнул парень с набитым ртом.
– Я уже и сама это поняла.
– Хотя ты славно отделала Назарова! Я бы так не смог!
– Тоже любишь подраться? – прищурилась Катерина.
– Хлебом не корми, дай только с кем-нибудь помахаться! Ты вроде тоже боец!
– Может, тогда отдашь мне один хот-дог? – протянула руку Катерина. – Раз решил записаться в клуб моих фанатов!
– Вот уж это обломись! – расхохотался парень. – Не до такой степени ты мне нравишься!
– А двух тебе много не будет?
– В самый раз!
– А ты знаешь, что их делают из дохлых собак? – с невинным выражением лица спросила Катерина. – Потому они так и называются.
Парень поперхнулся и в ужасе вытаращил глаза.
– Кха! – сдавленно прокряхтел он.
– Что? – испугалась Катерина.
– У меня хот-дог в легких!
Девочка с силой стукнула его по спине, повыше рюкзака, выбив из плаща приличное облако пыли. Парень прокашлялся, а затем неожиданно рассмеялся.
– Поверила? Нет, хорошая попытка была, – оценил он. – Но вообще-то мне приходилось есть вещи и похуже дохлых собак!
Он поглядел на нее с насмешкой, а затем зашагал прочь, на ходу доедая последнюю сосиску.
Катерина проводила его голодным взглядом. Ну и ладно, все равно она уже шла домой.
Путь до особняка Державиных занял у нее полчаса. Школа располагалась в самом старом районе города, со всех сторон ее окружали старинные здания, считающиеся историческими памятниками. Почти на каждом доме Катерина видела мемориальные доски с именами знаменитостей, которые когда-то здесь жили. Фамилии известных в прошлом столетии писателей, художников и всяких прочих деятелей, которых сейчас уже мало кто помнил. Неподалеку начинался большой парк, обнесенный чугунной оградой. За ним виднелись ультрасовременные серебристые башни мегаполиса, деловой центр города. Этой же части города исполнилась не одна сотня лет, и время здесь текло неспешно и незаметно.
Катерина шагала по узким улочкам со старыми, тронутыми уже осенними красками деревьями и с интересом все разглядывала: здания с высокими крышами, гипсовую лепнину на стенах домов, маленькие дворики, в которых резвилась детвора, старинные чугунные фонари, кованые скамеечки с узорчатыми спинками. В витринах ей попались два больших современных видеоэкрана, на которых бежали рекламные ролики. Если бы не они, Катерина точно бы решила, что попала в прошлый век.
Наконец она добралась до дома. Когда девочка вошла в гостиную, бабушка Евдокия сидела перед телевизором и смотрела новости. В длинном черном платье до пят она восседала в черном деревянном кресле с высокой, прямой спинкой и выглядела так, словно была его продолжением.
Странно, что у бабушки вообще был телевизор. Катерина уже поняла, что Евдокия терпеть не может все современное и не любит тратить деньги на различные новшества. Мобильник ей заменял старинный телефонный аппарат, энергосберегающие лампы – древние торшеры и лампы с кружевными абажурами, а вместо электроплиты в кухне громоздилась допотопная дровяная печь.
– У меня слишком мало денег, – заявила она в первый же день, – чтобы тратить их на эти ваши новшества. А то вон купишь патефон, оглянуться не успеешь, а уже к нему пластинок не найдешь – одни магнитофонные кассеты кругом! Магнитофон побежишь покупать, придешь домой – а тут уже кругом все слушают эти… как их… ну, опять пластинки, только другие! Так что я пользуюсь старыми, проверенными вещами!