Чтение онлайн

Артемьев посмотрел новости – удивился: "Ничего себе… оказывается бабки мне не солгали, и Иллюзионист настоящий Потемкин. А мамаша этой Клавдии передала ему в свое время бельишко с вензелями. Проведенная экспертиза показала, что ткань одежды ребенка изготовлена, примерно, в 1915 году, а вензеля настоящие. Потемкина-Иллюзиониста признали все Романовы. Но зачем это потребовалось Герасимову, он же заварил эту кашу"?

Меньше знаешь – дольше живешь, он вспомнил слова своего шефа. А еще лучше, сделал он для себя вывод, когда меньше болтаешь. Коллеги по работе, словно предчувствуя его участие в событиях, неоднократно пытались расспрашивать, но он все отрицал категорически.

Вскоре Герасимова повысили в должности, назначив заместителем директора СВР. Артемьева назначили на его должность и присвоили звание генерал-майора. Он хорошо понял, что это связано не с Реем Харрисом и помалкивал в разговорах даже с Герасимовым, который так и остался его непосредственным шефом. Генерал – это уже не полковник… вот что значит держать язык за зубами…

Виктора Иллюзионистом теперь не называл никто и он сменил фамилию пока на двойную, а несколько позже и вовсе стал только Потемкиным. Народ это воспринял нормально и вскоре уже редко кто вспоминал его прежнюю фамилию. Князь Потемкин – по-другому его не называли. Его сын Олег и внук Петр тоже сменили фамилии.

– Витенька, если бы ты раньше стал Потемкиным, то я бы была княгиней, – с тоскливой улыбкой произнесла Лиза.

– Тебе не нравится твоя фамилия? Оставь сцену и станешь княгиней, – ответил он.

– Я все понимаю, родной мой…, и ты знаешь прекрасно, что сцену я не оставлю. Так сказала… в размышлениях. Для меня главное ты и сцена, остальное все приложения. Так и состарюсь с тобой в надежде, что ты будешь любить меня и старушкой, как Алису.

– Чего это тебя на лирику потянуло?

Виктор подошел к Лизе, присел на корточки, целуя ее коленки и бедра, стал подниматься выше вместе с платьем, снимая трусики. Она расстегивала его ремень, скидывая вниз брюки, и он овладел ею стоя…

– Давно мы не занимались экспромтом, милый, – произнесла Лиза после любовных утех и скидывая с себя все, – продолжим на столе, дорогой?

– Конечно, – ответил он.

Виктор постепенно передавал весь свой бизнес сыну Олегу, а тот в свою очередь банк Петру. Теперь он жил на заработанный деньги своей жены и им вполне хватало. Лиза не задавала лишних вопросов, понимая, что если муж так поступает, то это необходимо.

Виктор становился публичным человеком, часто выступая по телевизору, в лицо его знала вся страна и не только. Очень часто показывали в телеэфире микро интервью рабочих с его многочисленных заводов и фабрик. Тема одна – достойная зарплата всегда вовремя, условия труда прекрасные. Для контраста показывали другие предприятия, где иногда даже не оформляли трудовых книжек и зажимали зарплату.

Как-то Виктор сам спросил Лизу, что она об этом думает и получил достойный исчерпывающий ответ:

– Витенька, ты меня обучал и воспитывал с шестого класса, развивал мои способности, и я считаю, что кое-чему у тебя научилась. Конечно, у меня нет твоих способностей, но я и без них понимаю, что тебе делают имя. Народ уже сейчас готов тебя носить на руках, образно выражаясь.

Она наклонилась к нему и прошептала несколько слов на ушко.

– Да, Лиза, я не сомневался, что ты у меня умница, – ответил Виктор, – ты все правильно поняла. Одобряешь?

– Конечно одобряю. Только иногда становится грустно – ты будешь занят постоянно, и мы не сможем проводить вместе столько времени, как раньше. Но я не конченная эгоистка, понимаю, что это необходимо. У меня есть эстрада, стану больше уделять времени ей. Зарубежные гастроли мне вряд ли будут светить, но ничего, мне хватит и отечественной публики. Милый наш самолетик, – вздохнула она, – его, конечно, возьмет себе Олег.

Звонок из президентской администрации никого не удивил. Виктор пробыл в Кремле полдня и вернулся домой. Лиза спросила сразу же:

– Назначили?

– Да, сегодня выйдет Указ, а завтра с утра на новую работу.

Лиза обняла мужа.

– Страшно мне, Витенька, ты теперь такой большой человек… Видеться мы станем только ночью и то не всегда из-за твоих командировок. Но я к этому готова, ничего не поделаешь.

Каждый министр знал кто такой Потемкин, на работу шли нервничая, думая пока об одном – кого уволит. Его финансовую империю хоть и не сравнить с Россией, но все отлажено, отрегулировано, воровство, хищения, взяточничество и другие правонарушения практически отсутствуют. Это означало одно – так придется работать всем. Не высиживать в кресле, а именно работать на благо народа и каждого человека в отдельности. Интересно – какое министерство он начнет "потрошить" первым? Вот, оказывается, почему СМИ проявляли к нему повышенное внимание весь последний год. Президент задумал его поставить на должность давно и готовил общество к этому, а мы-то слона и не заметили. К этому с хорошей статистикой и подобострастным лицом не подъедешь. Статистика – вещь нужная, но он с ней умеет обращаться еще лучше. На первое заседание правительства при новом Премьере шли по-разному – кто словно на эшафот, кто-то будь что будет, и лишь небольшая часть с мыслью: поработаем.

– Господа министры, глядя на ваши озабоченные лица, скажу сразу, – начал свою речь Потемкин, – саблей махать не стану. Заслушаю каждого лично и вместе определимся – улучшится работа в будущем по факту или нет. Готовя отчет о проделанной работе прошу концентрировать внимание на существующих проблемах и путях их решения без статистики добрых дел, о них позже поговорим. Полагаю, что каждый министр располагает данными в своем ведомстве и подготовить тезисы своего доклада может в течение рабочего дня. Прошу завтра в девять утра быть готовым министра здравоохранения, в одиннадцать министра культуры и в пятнадцать часов министра образования и науки.

На следующий день министр здравоохранения выскочила от Премьера словно из парилки, выпила залпом полстакана воды в приемной, махнула рукой на вопросы и убежала. Поздно вечером она рассказывала мужу:

– Представляешь, он даже слушать не стал, что у нас сделано хорошего, зациклился на проблемах и их решении. Задавал вопросы, к которым я была совсем не готова. Не то, чтобы не готова – я не ожидала такое услышать. Например, спросил, как часто и в каком количестве к нам на оперативное или консервативное лечение приезжают из Германии или Израиля? Как часто едут рожать иностранцы в Россию? Да никто к нам лечиться и рожать не едет. А почему наши туда едут? У нас что – врачи тупые или оборудования нет или что? Представляешь? Вот, например, говорит, что заболел простой человек простудой, ОРВИ, как у нас говорят, а к участковому врачу только по записи можно попасть, а запись на неделю уже кончилась, только на следующую можно записаться. Выходит, что остается человеку заниматься самолечением. У нас есть прекрасные доктора, но в организации здравоохранения бардак полный. Вы, говорит, попробуйте поехать в глубинку, в город средненький, где вас в лицо не знают, и попытайтесь попасть на прием к врачу – уверяю вас: не попадете.

– И что теперь? – спросил муж.

– Через месяц снова заслушает предложения по искоренению недостатков.

Ни один из министров "зачет" Премьеру с первого раза не сдал. Но никто не был уволен с должности, всем предложено исправить ошибки и навести порядок в своей отрасли. Но многие руководители федеральных служб вылетели со своих кресел и в отношении некоторых было назначено служебное расследование. Чем оно закончится – не сомневался никто. За утрату доверия уволили руководителей федеральных агентств по образованию, лесного хозяйства, по управлению государственным имуществом. Начато служебное расследование в отношении руководителей антимонопольной и миграционной службы, таможни и агентству по рыболовству.