Чтение онлайн

Ага. Наивная.

Через два дня в три часа ночи в квартиру ворвалась Аленка. Радостными воплями и не менее бодрыми шлепками вытащила меня из теплой постельки и поволокла к ноутбуку. У меня от такой наглости даже сил возмущаться не было. Я тупо таращилась на экран, пытаясь сообразить, что же так разволновало мою «дочурку».

– У нас получилось. Мы выиграли! – вопило несносное создание.

– Что там получилось? – сонно переспросила я. – Что выиграли? Во что ты в очередной раз вляпалась?

– Нет, Светик, не я. Вляпалась ты!

Стоп. Что?

Прильнув к экрану, я читала сообщение, пришедшее на Алёнкину почту.

Уважаемая… бла-бла… Рады сообщить… Вы победили в конкурсе, – я сфокусировала зрение, пытаясь осмыслить, – единственный победитель. Приглашаем на учебу в Ортанскую академию на факультет творчества и чего-то там.

Я протерла глаза руками.

– Это шутка, да? Алена? Ну, скажи, твои друзья прислали, чтобы разыграть меня. Ты ж до сих пор не простила новой аватарки с изображением жирного тролля в пайетках?

– Нет, Светик. Это не я, – девушка скромно подвела глазки и сделала ангельское личико, – с тем делом виновата. Признаю. Заслужила. Без обид.

– Угу. Коротко и ясно. А это что за ерунда? – указала на письмо.

– Это по-настоящему. Посмотри на адрес.

Действительно, в адресатах стоял незнакомый сайт с успевшим набить оскомину названием «Ортанская академия».

– Бред какой-то. А давай просто удалим сообщение. Все. Никто и ничего. Как так и было.

– Неа, – Аленка мотнула головой, – не прокатит.

– Почему?

– Я со своего компа уже раз двадцать удалила. А оно снова появляется, будто заговоренное. И еще вот, – девушка подала мне письмо в дорогом конверте с иностранными марками и уже известным обратным адресом. – Нашла в почтовом ящике. Хорошо, мама почту не проверяет.

– Та-ак, – я начинала тихо звереть, предчувствуя, что эта история так просто не закончится, – есть вещи, о которых мне нужно знать?

Виновница ночного переполоха побоялась смотреть в глаза и просто кивнула.

– И… – с нажимом произнесла я.

– Когда заявку отправляла, – Аленка шмыгнула носом, – указала все данные. Ну, адрес, паспорт, сведения о родителях.

– Допустим. И что? – я почувствовала легкий холодок, сбегающий вниз по спине. Такое происходило, когда неприятности цеплялись на мою пятую точку.

– В общем, там был один договор.

– Какой договор? – я зверела с каждой секундой. А выдернутый из приятного сна организм начинал лютовать.

– Ну, как договор. Обычный, – пискнула девушка.

– Показывай!

Алена открыла еще одно сообщение, в котором уже переслала со своего адреса копию договора. Я начала читать. Когда добралась до последнего пункта, была уже красная, как рак, и могла разорвать любого голыми руками.

– Как! Ты. Могла. Такое. Подписать? – голос сорвался на визг.

– Я не думала. Просто… Не хотела. Не знала, что ты пойдешь. Выиграешь, – лепетала девчушка в свое оправдание, пятясь от меня к выходу.

Я тебя не породила. Но убью, блин, с особой жестокостью!

С молчаливой решительностью кинулась на «дочурку», размахивая своим же компом.

– Ой! Давай, завтра поговорим, – Аленка шмыгнула в незапертую дверь.

Я услышала топот и то, какими скачками ребенок преодолевал лестничные пролеты. С досады запустила ноутбуком вслед. Впечатавшись в дверной косяк, он рассыпался на «микросхемы».

– Черт! – я ударила кулаком по стене. Тут же запрыгала, зажав стесанную руку, и подвывая от боли. Затем и вовсе сползла по стеночке на пол. Обняв колени руками, заплакала.

В целом, в контракте не было ничего такого, кроме одного пункта. В случае отказа победителя от учебы, он обязуется компенсировать все расходы, связанные с проведением конкурса. ВСЕ! Учитывая, что сюда входит не только оплата проезда участникам, съем жилья для них и преподавателя, но и компенсация за ущерб в размере оплаты пятилетнего обучения, то сумма набиралась фантастическая. Ни у меня, ни у Вероники таких денег не было. Или мы отправляем Алену на учебу, или… становимся бомжами. Потому как придется продать обе наши квартиры.

Постепенно мысли в голове упорядочились, приводя меня к единственному выводу: Аленка поедет в Ортанскую академию! Осталось убедить в этом саму Алену и ее маму.

Я стояла на перроне и вновь мысленно ругала девчонку, отлучившуюся «на пять минут». Поезд вот-вот отойдет. А у меня ни билетов, ни пассажирки. Только огромный розовый чемодан и куча нецензурных выражений.

– Суворова?

От голоса, раздавшегося над ухом, чуть не подпрыгнула. Обернувшись, увидела того самого, сероглазого с самодовольной ухмылкой на красивом до дрожи в коленках лице.

Доли секунды потребовались, чтобы взять себя в руки и улыбнуться нахалу.

– А вот и нет. Я не Суворова. Вы меня с кем-то путаете, – нагло заявила я, при этом наивно хлопая ресницами.

– Алена Владимировна, ну, что вы. Вас трудно с кем-то перепутать

– И все же, вы ошибаетесь.

– Тогда позвольте узнать, что вы здесь делаете? Да еще с чемоданом?

– Не позволю, – грубо ответила я, – не обязана отчитываться.

– Зря вы так, Алена. Вам пять лет учиться под моим началом.