Чтение онлайн

Но стоило Доу подняться на крышу, как Маск принялся расспрашивать его об издержках. Доу – крупный мужчина, даже крупнее Маска, и им трудно было удерживать равновесие на крыше, скользкой из-за морского тумана. Они сели на конек, и Доу стал показывать финансовые данные на экране своего телефона. Маск стиснул зубы, увидев, сколько денег они теряют при установке каждой крыши. “Издержки нужно урезать, – сказал он. – На следующей неделе покажи мне план по сокращению издержек вдвое”. Как и раньше, Доу проявил энтузиазм. “Понял, будет сделано! – ответил он. – Надерем всем задницу и урежем издержки”.

Все выходные он составлял план по снижению издержек, который должен был представить Маску в понедельник. Однако, не успело совещание начаться, как Маск сменил тему и забросал Доу вопросами о том, сколько крыш установлено за прошедшую неделю и как рабочие перебрасывались с объекта на объект. Доу не смог ответить на некоторые вопросы и сказал, что с самого своего дня рождения работал над планами по сокращению расходов, не уделяя внимания деталям, о которых спрашивал Маск. “Спасибо за старания, – наконец сказал Маск. – Но так издержки не урезать”.

Доу не сразу понял, что Маск его увольняет. “Это было самое дикое, самое странное увольнение, какое только можно представить, – говорит он. – Нас с Илоном многое связывает, и, несомненно, в глубине души он знает, что во мне есть кое-что особенное. Он знает, что я умею рвать задницу, ведь в прошлом, на аккумуляторном заводе в Неваде, мы делали это вместе. Но почему-то он решил, что я теряю хватку, хотя в свой день рождения я не сидел в кругу семьи, а торчал с ним на крыше”.

После ухода Доу у Маска никак не получалось добиться желаемых показателей. Через год Tesla Energy устанавливала лишь около тридцати солнечных крыш в неделю, хотя Маск упрямо твердил, что их количество необходимо довести почти до тысячи. Но в апреле 2022 года его энтузиазм несколько поугас, когда суд в Делавэре встал на его сторону при рассмотрении иска акционеров Tesla о покупке SolarCity. Угроза миновала, и Маск больше не чувствовал отчаянной необходимости доказывать, что в финансовом отношении это приобретение имело смысл.

“Всем, кого я обидел, хочу напомнить, что я заново изобрел электрические автомобили и собираюсь отправить людей на Марс на космическом корабле. Неужели вы и правда думали, что я просто какой-то чувак, в котором нет ничего примечательного?” Маск смущенно улыбался, произнося свой вступительный монолог в качестве приглашенного ведущего передачи Saturday Night Live. Переступая с ноги на ногу, он вполне справлялся с тем, чтобы делать свою неловкость очаровательной.

Маск поставил перед собой цель показать, что он отдает себе отчет в своей эмоциональной неразвитости. Заручившись поддержкой продюсера Лорна Майклза, который умеет представить любого гостя с хорошей стороны, он использовал свое выступление в качестве приглашенного ведущего в мае 2021 года, чтобы смягчить свой образ. “Сегодня я творю историю, ведь я первый человек с синдромом Аспергера, который ведет Saturday Night Live, – или, по крайней мере, первый, кто готов заявить о своем диагнозе, – сказал он. – Я почти не буду переглядываться с актерами, но не беспокойтесь, я довольно хорошо вживаюсь в образ «человека» в этом симуляторе жизни”.

Передача вышла в День матери, поэтому на сцену поднялась и Мэй. На репетиции в пятницу она прочла текст с суфлерских карточек и сказала: “Это не смешно”. Ей разрешили сказать несколько фраз экспромтом, и она воспользовалась этим. “Мы сделали шоу гораздо реальнее и смешнее”, – говорит она. В скетче по мотивам игры Super Mario Bros. небольшую роль исполнила Граймс. На репетиции они еще пробовали сыграть на антиполиткорректных твитах Маска, сделав из него предельно политкорректного Джеймса Бонда, но получилось не слишком удачно, поэтому в прямом эфире сценка не вышла.

С Мэй на сцене Saturday Night Live

Вечеринка после передачи состоялась в популярном клубе Иэна Шрегера The Public Hotel, который был закрыт из-за эпидемии COVID, но открылся специально по такому случаю. Среди гостей были Крис Рок, Александр Скарсгард и Колин Джост, а также Граймс, Кимбал, Тоска и Мэй. Илон ушел около шести утра и вместе с Кимбалом в небольшой компании отправился в гости к интернет-писателю Тиму Урбану, где беседа затянулась еще на несколько часов. “Он такой ботаник, что в юности просто не знал, как веселиться, – говорит Мэй, – но теперь он это наверстал”.

Свои дни рождения Маск часто отмечал на прекрасно организованных фантазийных вечеринках – самыми запоминающимися были те, что устраивала Талула Райли. Но когда 28 июня 2021 года ему стукнуло пятьдесят, он только что перенес третью операцию на шее, чтобы облегчить боль от травмы, которую получил, когда попытался повалить на землю борца сумо на своем сорок втором дне рождения, и потому решил, что просто соберет близких друзей в Бока-Чике на скромный праздник.

По дороге из браунсвиллского аэропорта Кимбал скупил почти все фейерверки в придорожном ларьке. Их запустили со старшими сыновьями Илона – Гриффином, Каем, Дамианом и Саксоном. Это были настоящие фейерверки, а не слабенькие хлопушки, потому что, как отмечает Кимбал, “в Техасе можно делать что угодно”.

Помимо боли в шее Маска одолевала усталость после работы. Он целый день инспектировал производственные ангары в Бока-Чике и разозлился, увидев, насколько сложен участок, где первая ступень Starship соединяется со второй. “В обшивке дыр не меньше, чем в швейцарском сыре! – негодовал он в письме Марку Джанкосе. – Отверстия для антенн должны быть крошечными – чтобы провести через них единственный проводок. Все подвески и другие конструктивные требования должны сопровождаться конкретными именами. Никаких коллективных проектов!”

В праздничные выходные друзья дали ему отоспаться. В конце концов он проснулся и собрал всех на ужин в ресторане Flaps, построенном SpaceX неподалеку от стартовой площадки специально для сотрудников. После этого они вернулись в его крошечный дом и забились в стоящий на заднем дворе малюсенький коттедж, где обычно работала Граймс. Вместо мебели там были огромные напольные подушки, гости расселись на них – Маск лег на пол, положив подушку под шею, – и проговорили до рассвета.